The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Ты должен быть счастлив за нас.


Ты должен быть счастлив за нас.

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

1. Название:
Ты должен быть счастлив за нас.
2. Участники:
Авена Бейкер, Бити Алкала, Грэджом Неро.
3. Место и время:
Временный дом семьи Бити и Вайресс в Капитолии, вечер.
4. Краткое описание квеста:
Обычный семейный ужин, разве может что-то произойти? Еще как, ведь так трудно пережить пополнение в семье.
5. Очередность постов:
Бити, Авена, Вайресс, Грей.

Отредактировано Beetee Alcala (2014-11-16 12:17:33)

0

2

Семья – самое дорогое, что у нас есть. Каждый день происходит много разных событий, которые приносят хорошие или плохие последствия. Может оказаться так, что твоего близкого человека не будет завтра. Из-за этого стоит проводить больше времени с тем, кто дорог тебе. Из этих соображений, Бити сказал Вайресс и Авене, что каждую неделю они должны целый вечер проводить вместе.  Сегодня был как раз такой день.
Они хотели  сходить в гости к Примавере, которая обещала устроить грандиозный ужин. Бити уже потихоньку собирался: сходил в душ, причесался, надел рубашку, брюки и галстук. Ему хотелось выглядеть прилично перед дамами, да и он не может вспомнить, когда последний раз выглядел так презентабельно.
До выхода оставалось минут тридцать, поэтому мистер Алкала решил провести это время за чтением книги. Неожиданно в дверь позвонили.  Вряд ли это мог быть кто-то из его семьи, ведь Авена сегодня должна была пойти на какое-то заседание, а Вайресс вместе с Примаверой занимались каким-то «секретным делом» вместе.
- Входите, я дома! – крикнул парень, не вставая с дивана. Бити удивился, когда на пороге увидел Авену, одетую в красивое платье, с двумя тяжелыми на вид пакетами. Бити, конечно же, оставил книгу в стороне, помогая девушке с такими тяжелыми пакетами. Пока он нес их на кухню, та что-то тараторила про Примаверу, Вайресс, себя. Но из сказанного Бити не смог разобрать нм единого слова.
- Так, Авена Бейкер, успокойся и давай все медленнее с самого начала, - они оба сели за стол и Авена, наконец, ясно изложила всю суть того, что хотела. Оказалось, что работа Вайресс и Примаверы затянулась, и если Вайресс еще сможет освободиться, то Примавера останется работать до самой ночи. Из-за этого, Авена решила сама приготовить ужин для своей семьи.
- А это не опасно, справишься? – Бити засмеялся в голос.  Конечно, это была шутка.  Авена была из тех немногих девушек, которые с юного возраста умели готовить, причем очень недурно. Признаться, что даже Вайресс не умела делать то, что умела делать Авена.
Расставив все продукты, они начали готовку. Авена командовала им: «Принеси, помой, порежь, вытри, положи, возьми». Бити нужно было лишь только успевать выполнять все то, что говорила Авена.
- Может, ты просветишь меня насчет того, чем занята моя дорогая женушка с Примаверой? – Бити скорчил милую улыбку, но и это не помогло. Ответ был резко отрицательный. С одной стороны, можно было гордиться тем, что его дочь не из тех, кто выдает секреты, с другой стороны, любопытство прямо-таки съедало бедного паренька.
- Ну и обработала же тебя Вайресс, что даже своему собственному отцу не хочешь говорить всю правду, - буркнул под нос парень. Авена никак не отреагировала на это, лишь сделала замечание из-за того, что он неверно резал помидор. 
– Я режу его кружочками, что не так? Знаешь, режь их сама, а огурцы отдай мне, - сказав это, они поменялись местами и продолжили готовку. Они сделали в общей сложности два вида салата, паста, мясо по-французски, а в духовке еще стоял яблочный пирог на десерт.
- Тебе не кажется, что трое  не съедят все это?  Тем более если учесть то, что вам с Вайресс, чтобы наесться, нужна ложка салата, то это совсем много, – Авена пожала плечами. Она была из тех людей, который делали все «от души», что иногда было хорошо, а иногда не очень. В любом случае, им придется съесть хотя бы четверть этого. 
Осталась сама приятная часть – накрыть на стол. Авена снова дала четкие указания насчет того, какого цвета должна быть скатерть и салфетки, и какие приборы нужно положить. Они разложили все, кроме салфеток, потому что за ними нужно было сходить в кладовку. Конечно же, этим занялся Бити. Идя обратно на кухню с салфетками в руках, Бити услышал еще один звонок в дверь.
- Авена, я открою дверь, не отвлекайся! Должно быть это Вайр…- нет, не она. Это был его старый друг Грэджом. С ним неделю назад состоялся неприятный разговор, из которого Бити узнал, как тот любит его дочь, что именно он издевался над Авеной в Капитолии. Сказать, что сердце Бити еле пережило это разговор – ничего не сказать.
Вернемся же Грэю. Он выгляди прямо-таки великолепно: смокинг с бабочкой, а в руках перевязанные батиками бутылки водки и шампанского, а на лице кривая улыбка. На него это было очень похоже. Этот парень умел нравиться людям, но не сейчас и не Алкале.
- Правда что ли? Зачем пришел? – фыркнув, про себя сказал Алкала. Затем, Бити зло посмотрел на Грея и закрыл в дверь перед самым его носом.
- Неужели Авена позвала его? - Вернувшись на кухню, он посмотрел на стол. Он накрыт на четверых, что значит, появление Неро было ожидаемо. Проигнорировав вопрос Авены о том, кто же это был, он всучил ей салфетки и снова направился к двери. Повторно открыв ее, можно было заметить, что улыбка Грея стала еще шире. Бити все с таким же каменным лицом посмотрел на него.
-Мне нужно выпить, - Алкала взял из рук Грея бутылку водки  снова закрыл дверь. Он вернулся на кухня, а Авена, кажется, поняв, кто это был, побежала к прихожей. Бити, быстро открыв бутылку, налил содержимое в стакан для вина. Затем за два раза полностью осушил бокал.
Непростой сегодня день. Непростой.

Отредактировано Beetee Alcala (2014-10-19 17:56:47)

+2

3

Последний год, прожитый с диким страхом каждый день встретить старуху с косой, оставил отпечаток на судьбах каждого, даже тех, кто не участвовал в этой революции так явно. Видеть каждый день смерти, слышать плач и крики, а затем понимать, что ты никак не можешь помочь. Все это несло за собой лишь одно – нужно больше ценить сегодняшний день, сиюминутный момент, и все больше и больше времени проводить с теми, кто тебе так дорог – это семья. И это чувство даже не проходит тогда, когда уже считается, что все спокойно и все хорошо в мире, в котором совсем недавно царил хаос. И если головой это понять можно, то вряд ли поймешь сердцем. Наверное поэтому я раз в неделю позволяла провести вечер с Вайресс и Бити вместо того, чтобы зубрить нейрофизиологию от корки до корки.
Этот вечер Не был каким-то исключением. Традиционно суббота, а Вайресс уклончиво отвечала на все вопросы о том, во сколько она собирается очутиться дома. Я любила Вай, но если в жизни ее можно было понять при помощи жестов, то по телефону она могла замолчать до тех пор, пока сама не сброшу вызов. И, наверное, на пятый звонок ответила Примавера, объяснив, что ужин отменяется, а вечер с Вай затянется, быть может, до самой ночи, уверив, что ее довезут до самого дома и лично передадут в руки Бити. И, пожалуй, это был единственный изъян моего плана. Вайресс легко могла успокоить Бити, даже не сказав ему ни слова, а то, что я запланировала на вечер, требует именно этого… или несколько стандартов валерьянки, перемешанных с крепким алкогольным напитком.
Немного принарядившись (все же вечер должен был быть крайне официальный), я отправляюсь в магазин. По плану я решила сама приготовить ужин, выставив на стол свои коронные блюда: паста, мясо по-французски, яблочный пирог, несколько видов салата - это должно понравиться всем. Я отправляюсь в магазин, чтобы купить все необходимое, и уже через час я стою на пороге дома Бити, держа в руках два огромных и очень тяжелых пакета.
- Вечера, - достаточно бодро говорю я, передавая пакеты со съестным своему отцу. – Примавера сегодня отменила ужин, поэтому отмененный ужин отправляется в дом к вам. Вайресс предупредила, что ее не будет долго. Но ты не волнуйся. Мира обещала доставить ее до самого порога, - продолжаю говорить несколько быстрей, оставляя летний плащ и сумку в прихожей и следуя за Бити на кухню. – Здесь все для пасты. Надеюсь, что ты еще ее любишь? И да, мой фирменный яблочный пирог, который я пекла по средам, украшая его листиками мяты для изменения вкуса. Помнишь, как ты долго угадывал, что это. Что? Медленней?
Наливаю стакан воды и, сделав пару глотков, начинаю вновь излагать всю суть дела конкретней, чуть ли не начиная говорить пунктами.
1. Ужина не будет. 2. Вайресс задержится. 3. Ты любишь пасту?
- А это, между прочим, очень обидно. Справлюсь! – пожимаю плечиками, а затем, слегка отбарабанив пару синкоп на столе, поднимаюсь на ноги и отправляюсь искать по кухне фартук, чтобы не испортить красивое вечернее платье соком от томатов. И когда боевое одеяние было найдено, а продукты все выставлены на столе, будто это прилавок магазина, мы начинаем готовить. Чтобы было веселей, я традиционно включаю музыку, вручая Бити досточку, нож и пакетик с томатами.
- Не отвлекайся! – говорю я, бросив на отца сердитый взгляд. – Дела у них государственной важности.
И продолжаю напевать какую-то незамысловатую песню, которую слышала всего пару раз, заменяя пару слов протяжным звуком «м», вызывая у Бити приступ смеха.
- А я и не соврала. Заняты. И хватит информации на сегодня. А ты режь томаты быстрее, а то ведь ничего не успеем.
И опять пою, быстренько шинкуя овощи и отправляя их тушиться.
- О боги, Бити, ты серьезно? Кто режет на пасту томаты кружочками? Или ты решил сделать пиццу?
Мы меняемся досточками. Ему достается картофель на мясо, а я продолжаю делать пасту. Вечер близился к самому интересному. Совсем скоро должен будет здесь очутиться один важный гость.
Я отправляю яблочный пирог в духовку, а сама, кинув на столешницу рядом с мойкой фартук, отправляюсь на поиски праздничного сервиза, чтобы красиво украсить стол. Бити говорит, что еды слишком много на двоих. Поправочка. На троих. И если Вайресс быстро управится, то на четверых. Пожимаю плечами, доставая по три тарелки каждого вида.
- Салфетки! – восклицаю я, делая шаг назад, чтобы полюбоваться на нашу работу. Вызвался их достать Бити, поэтому я вновь отправляюсь к духовке, чтобы посмотреть на пирог с яблоками. Звонок в дверь меня слегка отвлекает. Бити говорит, что он сам откроет дверь, а это значит, что можно было не торопиться. Я беру прихватку и аккуратно достаю горячий противень из духовки, а затем, вновь подойдя к шкафу с посудой, достаю и четвертый прибор, ведь это может быть Вайресс.
- Кто это? – спрашиваю я, ставя на стол бокал из красивого стекла. Но Бити лишь молча вручил салфетки, а затем опять вернулся в прихожую.
Черт возьми, что там происходит?
Оставляю пресловутые салфетки на столе, выходя в прихожую. Мне на встречу несется недовольный Бити, сжимая в руке бутылку… водки? Кажется, я знаю, кто там.
Бегом отправляюсь к двери и уже в третий раз открываю ее, пропуская Грея внутрь дома.
- Недели ему было маловато, да? – виновато спрашиваю я у него, забирая из рук бутылку шампанского и оставляя на щеке практически невесомый поцелуй. Вечер определенно начинается замечательно. В первые пару секунд никто никого не убил. Радует.
- Я пойду его проверю и унесу шампанское, а то мало ли, вдруг уже с тостером пьют пятую рюмку по счету.
И ухожу на кухню, чтобы отобрать у отца-маленького ребенка крепкий напиток и спокойно с ним поговорить.
- Бити…. – Я говорю тихо, поставив на стол красивую бутылку. – Бити, пожалуйста, давай нормально проведем этот вечер, хорошо? Без скандалов, ругани и истерик. И без алкоголя до того момента, пока все не сядут за стол.
Отбираю бутылку и переставляю ее другой конец кухни. Вайресс, пожалуйста, приезжай быстрее.

+2

4

- Не-а, не фывдет.
Грэй отрицательно замотал головой, не забывая при этом запихивать за обе щеки поздний ужин. Элика и его мать отчаялись и уши спать, но Авенка его дождалась, и даже не дала умереть голодной смертью. Грэй был уверен, что этим он мог быть благодарным больнице, в которую устроилась работать его девушка: она наверняка пришла немногим раньше его, и ожидание было не таким уж длительным. Капитолий стоял на ушах, и они, все четверо, перебрались в дом в Личерим. Причин высказывалось много, но основная была негласной, хотя ее все прекрасно понимали - так было легче охранять семью от дурдома, творящегося в столице после входа войск повстанцев. Оцепление вокруг дома маскировалось, как могло, но квадратные челюсти и подтуповатый взгляд солдат, когда-то называвшихся миротворцами, выдавали их с головой. Грэй знал большинство из них, и не строил особых иллюзий об их способностях к маскировке. Никакое штатское им не поможет, рожа всегда красноречивее нашивок и погон. Домашним это не нравилось - конечно, все ощущали себя, будто заключенные в тюрьме. Но Грэй был неприклонен, и спорить в этом вопросе было бесполезно. Охрана хотя бы дома будет стоять до того момента, пока в городе не установится порядок. Квадратные морды будут маячить.
- Я тебе говорю, не выйдет ничего. Я, конечно, готов пожертвовать своим носом, но он слишком на меня зол, и жертва эта может быть напрасной, - он повернулся, потянулся, снимая с плиты чайник и добавляя кипяточку в вечернюю порцию мятного чая. Кофе в чашке не было только из-за присутствия Авены. Утренний и вечерний кофе отличались только наличием или отсутствием виски.
- Все будет хорошо. Один раз вы уже подружились, сможете и второй. Все будет очень красиво - вечерние платья, свечи, отличная еда... - слова медом лились из уст Авены, но лицо Грэя продолжало красноречиво отвечать на все это неприкрытым сомнением. Разговор с потенциальным свекром, по совместительству лучшим другом, прошел, мягко говоря, скверно.
- Ну пожалуйста, - он поднял бровь. Венушка явно решила перейти к тяжелой артиллерии. Повисла пауза - конечно, она знала, что он редко когда может ей отказать. Из ее уст волшебное слово реально было заклинанием.
- Вечерние платья, говоришь... Костюмом мужская половина обойдется?
- Смокинг, - она улыбнулась, чувствуя свою победу.
- Мерлиновы подтяжки, Венушка... - попытался возразить он...
- Смо-кинг. Не спорь.
- Ты вьешь из меня веревки... - деланно тяжкий вздох. И все-таки, он был уверен, что идея была не фонтан.

- Идея была не фонтан, - шепнул он ей, получая свой мимолетный поцелуй-компенсацию и отдавая бутылку шампанского. Только что перед ним дважды захлопнули дверь. И если в первый раз он еще ожидал подобного поворота, то во второй успел откровенно обрадоваться, решив, что сейчас его, как раньше, хлопнут по плечу, ворчливо скажут "ладно уж, заходи", и пропустят в святая святых. Но у него только забрали бутылку с тем, что покрепче, оставив девчачье пузыристое безобразие в утешение самому Грэю. Улыбка сползла. Неро умел ценить друзей, и подобный поворот его совсем не радовал.
- Хоть бы бутылку мне оставил. Алкоголик старый, - пробурчал он себе под нос, проходя к накрытому столу и на автомате поправляя в строго параллельное состояние столовые приборы. Старый алкоголик был всего на год старше его самого, но сейчас он об этом как-то запамятовал. Сейчас это был не старый друг, которому звонил с залихватским "гоу в бар, я при деньгах", зная, что победитель из Третьего в Капитолии. Это был приемный отец его любимой девушки, и эта девушка в его глазах до сих пор была мелкой девчонкой с косичками и наивными глазами. Грэй его понимал - его родная сестра выросла также быстро и внезапно. Но сестру ее первый парень не пытал, и с первым парнем она не прожила в одной комнате половину Революции. Да, на месте Бити он тоже захотел бы съездить пару раз по носу наглецу. Но, в конце концов, Грэй был не таким уж плохим вариантом...
Заготовленная улыбка сползла с лица, и он не знал, удастся ли нацепить ее вновь, когда хозяин дома войдет в эту комнату. Грэй успел отметить, что Бити-то как раз отделался только костюмом, и очевидно чувствует себя менее глупо. Рука непроизвольно потянулась к бабочке, Неро потянул за край, намереваясь развязать и выкинуть в камин проклятую пижонскую удавку. Если он тут на правах неопытного наглого юнца он вполне имеет право быть одетым не по канонам. Будем считать, что ему семнадцать. Будем считать, что никакой революции и никаких проживаний в одной комнате не было, а они с Авеной ходят, держась за руки, на расстоянии метра друг от друга, как комсомолец с комсомолкой. Платонические отношения, черт возьми. Стихи друг другу читают и чай пьют, глупо хихикая. Юнцы...
Капитолиец никогда не жаловался на воображение - картина получилась яркой, и он не удержался - ухмыльнулся. Ну конечно, юнцы. Уж Бити-то знает, сколько девушек сменил Грэй, и Бити знает, что "склеить цыпу" удавалось буквально за пару часов. Не удивительно, что он с таким недовольством воспринял новость о том, что они давно уже встречаются и даже живут вместе. Но неужели он мог подумать, что Венушка, их с ним прекрасная, светлая, чистая Венушка была одной из "чик", одной из массы, лишь волей революции задержавшейся в статусе спутницы "капитолийского выпендрежника" надолго...
В комнату вошли. Грэй убрал руку от несчастной бабочки, которой успел основательно подмять крылья. Вечер начался, и Грэй понимал, что должен хоть что-то сказать, как-то найти лазейку в сердце друга. Только вот что говорить в таких случаях он не знал... Воистину, легче организовать государственный переворот, чем объясниться с отцом любимой!

+2

5

Почти разбит. Именно так можно было описать состояние, в котором находился мистер Алкала. Целую неделю его личный психолог Вайресс вела с ним беседы о том, как замечательно, что жених Авены - Грей,  и как смириться с этим, не угрожая никому частичной потерей здоровья.  Помогло ли это? Как сказать. Бити смирился с тем, что он ничего не сможет сделать в этой ситуации, но не с тем, что его друг -жених его любимой дочери.
Сейчас большего всего гению хотелось бы выговориться кому-нибудь, но кому? Вайресс и Примавера на работе, Энобарии просто страшно звонить, ведь если у нее дела, или она спит, а ты потревожил ее - ничем хорошим это не закончится. Маркус и Индиана тоже заняты чем-то. Джоанна будет не слишком рада звонку. Ну, кто остается? Цинна - самый верный друг, который не соблазнял Авену, да и Бити уверен в том, что он не стал бы этого делать, ведь правда?
- Давай, друг возьми трубку, - Бити знал его номер наизусть, поэтому быстро набрал его.
- Эй, привет, - послышалось на другом конце трубки. Бити уж было обрадовался, но - сейчас я не могу ответить, но ты можешь оставить сообщение. Может я перезвоню, а может и нет.
Бити сбросил звонок и снова налил себе водки.
- Что у меня за друзья такие, один не отвечает на звонки, в самый трудный момент, а другой клеит мою дочь, - взгляд изобретателя упал на тостер, который он сделал сам. Это было одно из его первых самостоятельно собранных вещей, он прошел с Бити через года, не потеряв то, для чего был изобретен - поджаривание хлеба. Казалось, что это вещь стала для не просто средством для делания завтрака, а настоящим другом.
- Лишь ты, мой дорогой, со мной! Вздрогнем! - Бити прислонил бокал к тостеру, затем, снова выпил содержимое залпом.
Алкала уже готовился налить еще, но на горизонте появилась Авена, которая забрала и бутылку, и бокал.
Хорошо, что хоть тостер оставила.
Девушка просила успокоиться, не пить, постараться держать себя в руках.
- Хорошо, я постараюсь быть максимально милым, - сказал Бити, выдавив из себя улыбочку. От части Бити понимал, что выбор Вены - Грей, что нужно радоваться, ведь Неро - его друг уже 10 лет. Кто может быть лучше? Никто.
Авена тотчас засияла. Она любила свою семью всей душой и была бы рада, чтобы у них все наладилось. Только она еще не догадывалась, в чем будет проявляться эта "милость".
Наконец, они сели за стол. Авена начала накладывать еду. Еще она пыталась разбавить обстановку болтовней о происходящем за неделю.
- Это так здорово Вена, - перебил ее на половине рассказа Бити, - но не забывай, что у нас есть гость. Нужно поинтересоваться как дела у него.
Бити сидел четко напротив Грея. На лице у Алкалы сияла вынужденная улыбка, а взгляд его был направлен на Неро, говоря: "Не делай глупости, я следу за каждым твоим шагом".
- Чего молчишь? Как дела, друг? Не уволили еще?  - Это было сказано с какой-то угрожающей интонацией, но Бити продолжал улыбаться.  Грей, как полагается политическому деятелю, собрал себе в руки и спокойно ответил. Затем поинтересовался делами Бити.
- Как мои дела? Чудно, -  он хотел закончить фразу, но его немного понесло, - знаешь,  можно кое-что спросить у тебя? Сколько лет дают за убийство политического деятеля? - На этот вопрос не следовало ответа, потому что телефон Бити неожиданно зазвонил.
- Авена, ответь на звонок пожалуйста. Скорее всего, это дядюшка Цинна, а если даже не он, скажи, что я очень увлечен общением с нашим гостем и перезвоню позже, - Бити снова улыбнулся. Авена все же ушла на кухню за телефоном. Это значит, что Грей и Бити остались вдвоем.
- Зачем пришел, политик? Кстати, как твое здоровье? Вижу, что нос твой уже совсем в порядке. Жаль, что не пришлось делать пластическую операцию, - шепотом сказал Бити, надеясь, что Авена ничего не услышит, иначе будет нехорошо. Бити обещал быть милым.

Отредактировано Beetee Alcala (2014-10-20 12:11:02)

+2

6

- Идея была не фонтан.
Согласна.
Если бы сейчас позволили обстоятельства закатить глаза, то именно это я бы и сделала, вместо того, чтобы относить бутылку с алкоголем на кухню и отбирать уже другую от маленького-мальчика-папы-который-с-горя-выпьет-весь-ликероводочный-завод.  Ей богу, ну как дети, которые не поделили игрушку, а теперь дуются друг на друга. Точнее, нет, не так. Будто один треснул другого совком, а тот другой строит из себя обиженного на весь свет. Парадокс.
- Хорошо, я постараюсь быть максимально милым, - ответил на мои причитания Бити, натянуто улыбнувшись. Уж лучше так, чем найти в тостере друга-собутыльника.
- Мне это очень важно, - говорю я Бити, выпроваживая его с треклятой кухни в гостиную, где уже нас ожидай Грей. Наверное в этот момент отец взглядом пару раз расстрелял Грея, а поверх аккуратно прицепил уже изрядно помятую бабочку. Вот тебе и историческая живопись налицо. На автомате поправляю бабочку. Какого черта мне пришла в голову такая дурацкая идея устроить все… культурно донельзя?
- И долго мы будем так стоять? Еда остывает, а холодная паста крайне невкусная вещь.
И пока мои любимые мужчины усаживаются, я начинаю накладывать еду, чувствуя дикое напряжение в комнате и повисшую в воздухе тишину. Так дело совершенно не пойдет. Нужно любыми способами помирить две враждующие стороны, а мне перестать быть «Швейцарией» в этих переговорах.
- Кстати, Бити, я же ведь не рассказала, что устроилась на работу. Точнее, как. Это практика и работа одновременно в одном из лучших медицинских центров Панема. Пока я занимаюсь детьми, которые были доставлены из других Дистриктов. Вот недавно была у твоего хорошего друга Цинны, чтобы забрать кое-какие вещи… - рассказываю я самую обыкновенную бытовуху, чтобы хоть как-то заполнить эту тишину, которая оглушала похлеще мягкой комнаты в психбольнице. Но меня на полуслове перебивает Бити, достаточно резко интересуясь, как дела у Грея. Ну вот и понеслась душа в рай.
Сажусь на свое место, закончив раскладывать еду по тарелкам. Сама же обхожусь салатом, который положила в тарелку, лишь бы только что-то было, в чем можно было бы поковырять вилкой.
- Знаешь,  можно кое-что спросить у тебя? Сколько лет дают за убийство политического деятеля? – вопрос-провокация.
- Бити! – начинаю шипеть на отца, приготовившись толкнуть его ногу каблуком, да вот рассинхрон срабатывает классно, поэтому каблуком получает Грей. – Прости, Все нормально? - сразу же извиняюсь я, слегка посмотрев в сторону любимого человека. Он же ведь обещал, или что, обещания нынче и гроша не стоят?
- Авена, ответь на звонок пожалуйста. Скорее всего, это дядюшка Цинна, а если даже не он, скажи, что я очень увлечен общением с нашим гостем и перезвоню позже.
Меня нагло выгоняют из гостиной. Телефон разрывается где-то на кухне, а у соседей, кажется, дико орет кошка. Прямо начало какого-то ужастика/комедии.
- Я на минутку. Не убейте тут друг друга, - последние  слова говорю Бити, делая акцент на слове «не убейте». Надеюсь, что отрицательную частицу он услышал, хотя мог по своему строению всегда отвергает все с «не».
Отправляюсь на кухню, чтобы ответить на звонок. Действительно, звонил Цинна, чтобы узнать, отчего его старый друг Бити решил вот так позвонить ему.
- Слушаю. Цинна? Привет. Тебе Бити звонил, но он сейчас немного занят, - отвечаю я, выглядывая из кухни, чтобы хоть мельком слышать разговор Бити и Грей. – И, я думаю, освободится нескоро. Как дела?
Простая вежливость, чтобы не слыть хамкой в глазах одного из друзей своего отца. Впрочем, другого он решил распотрошить, прямо как индейку на День благодарения.
- Я обязательно передам ему, что ты звонил. До скорого.
Кладу трубку и, захватив алкоголь, который я оставила на кухне, возвращаюсь в комнату. О боги, может быть хоть эта дрянь позволит им нормально поговорить?

+2

7

Нацепить полноценную улыбку назад не вышло, а кривое ее подобие Грэй счел даже каким-то оскорбительным. У него было полное ощущение, что в следующую секунду Бити метнет в него вилку, которая, как известно, оружие страшнее, чем нож, ибо делает сразу четыре калиброванных отверстия. Капитолиец в долгу не оставался, мысленно прикидывая, сколько лет его старый друг за это получит.
Оскорбление служебного лица. До 10-ти лет. У Бити смягчающее обстоятельство, он герой революции и в состоянии аффекта, значит, скосят до 5-6. Нет, 7-ми, герой-героем, а правила все должны соблюдать...
За этими мыслями он едва не упустил обращенный к нему вопрос. Что? Как дела? Хреново дела.
- Отлично дела! Работы навалом, домой прихожу заполночь, ухожу с рассветом. Ни минуты свободной, а где нет безделия, там и скук никаких нет... депрессий, - ответил он спокойным, ровным, идеальным чиновничьим тоном. За такой ответ он сам себе был готов съездить по морде, потому что сарказм, направленный в адрес пьющего с тостером будущего тестя, был более, чем очевидным, - А ты как? Все в порядке? - продолжил он, с усилием понижая количество яда в голосе.
- Как мои дела? Чудно. Знаешь,  можно кое-что спросить у тебя? Сколько лет дают за убийство политического деятеля?
Грэй уже открыл рот, собираясь озвучить уже точно посчитанную цифру, но резкий удар каблука его прервал. Он закусил губу, думая, что шпильки нужно законодательно отнести к опасному оружию и перестать продавать на каждом углу, особенно бывшим трибутам, знающим, куда и как бить.
- Все отлично, - кивнул он Авене, не сводя, впрочем, глаз в Бити. Обстановка накалялась, искры, кажется, уже начали летать, заставляя мигать свисающую с потолка люстру. Видимо, понимая, что жертвы неизбежны, Бити поспешил удалить Авену с поля боя, чтобы по возможности свести их к минимуму - и этот шаг Грэй всецело одобрял.
- Зачем пришел, политик? Кстати, как твое здоровье? Вижу, что нос твой уже совсем в порядке. Жаль, что не пришлось делать пластическую операцию, - заговорил Бити ледяным тоном, едва Венушка скрылась за порогом. Грэй все-таки стянул с шеи чертову удавку - бабочку.
- Бити, ну что мы, как дети, а? В конце концов, мы же оба хотим, чтобы она была счастлива. Уж ради Авены мы можем не бить друг другу морды, ну правда, - заговорил он, нагибаясь вперед, и игнорируя все прозвучавшие вопросы - Один раз ты мне лицо разбил - и хватит. Я ж и в ответ дать могу, - ляпнул он раньше, чем понял, что несет. Это только в книжках гении - милые ботаники с очками, линзы в которых соревнуются размером с колесом паровоза. На самом деле гении - довольно крепкие и сильные ребята, которые бьют быстро, особо не опираясь при этом на свой исключительный разум. Бити рванулся навстречу, снося на своем пути одну из салатниц, и Грэя спасло только то, что он эту салатницу попытался поймать. Аккуратно выглянув из-за края стола и подняв с пола пару просыпавшихся долек помидора, Неро попытался вернуться к конструктивному диалогу.
- Окей, понял, не выступаю. Возьми себя в руки, дыши глубже. Венушку наш дебош не порадует, сам знаешь, не будем портить ей вечер, - он поднял руки в извечном примирительном жесте, - Просто доужинаем спокойно и разойдемся. Жалко, конечно, я для тебя пару интересных штук припас, из последних местных разработок, думал, порадую тебя... А теперь, видимо, придется выбросить. Там, кажется, портативный энергореактор... Знаешь, штучка такая, с мобильник размером, а по мощности - огого! Будет, чем телефон в поездке зарядить, - заговорил капитолиец, косясь на дверной проем, в котором исчезла Авена. С ней было как-то спокойнее, если можно было назвать спокойствием этот локальный театр военных действий. Сейчас Грэй был готов забрать свои слова назад. Неро вновь посмотрел на Бити - как подействовало на него обещание интересной игрушки. В конце концов, ярость была из тех же простейших чувств, что и желание обладать чем-то интересным и важным, и если легендарный изобретатель поддавался первому из чувств, то почему не попробовать сыграть на втором?
Авена наконец появилась на пороге, неся в руках бутылку. Очень кстати. Выпить не помешало бы им обоим. Грэй завернул в салфетку упавшие помидоринки.
- Ну, как там Цинна? Это ведь был он? Давно его не слышал...
Да уж, вот, как играет теперь их непопедимое трио, а ведь десять лет назад они были дружнее, чем три мушкетера, в комплекте к которым шел тостер - д'Артаньян, теперь ставший собутыльником Бити.

+2

8

Авена совершила ошибку, думая, что Бити и Грей - взрослые люди, которые могут спокойно обсудить сутуацию. Помнится, что в молодости, они бок о бок махали кулаками, услышав самое безобидное оскорбление в их адрес. Сейчас они выросли, что изменилось? Бити может также без особого повода ударить кого-то, а Грей притворятся, что не может этого сделать. Политик же, весь из себя правильный стал.
- Что? Ты и меня ударить? - Бити засмеялся, как злой гений из самого страшного ужастика. Затем, снеся с пути пару тарелок, взял Неро за рубашку. - Запомни, что я выиграл в Голодных играх, а ты просто политик. А еще я гениальный изобретатель, так что даже мой тостер сможет убить тебя. А когда полиция придет на место преступления, они даже догадаться не смогут, что причиной нового трупа стала машинка для поджаривания хлеба. - Бити говорил быстро, но четко, давая понять, что сегодня политику нужно использовать все свои умения красиво изъясняться, чтобы уйти из этого дома совершенно здоровым.
Он отпустил беднягу, но злость все еще бурлила в крови, поэтому он "случайно" опрокинул тарелку с помидорами. К счастью, Грей успел поймать тарелку и быстро пребрать все содержимое.
- Спокойно поужинать не получится, малыш. Я все еще сижу здесь только из-за Авены. - Немного успокоившись, они снова присели за стол. Грей все же воспользовался своим талантом оратора, и знанием слабостей Бити. - Что за штуки? Портативный энергореактор?
Глаза изобретателя загорелись, а в голове загорелись мысли  о том, как можно разбрать всю это прелесть, поняв в чем дело и усовершенствовать для себя.
- Знаешь, я думаю, что могу относиться к тебе более благосклонно. - Желание быть лучше остальных изобретателей всегда брало вверх. Ведь, зная в чем недочеты других, он мог создать нечто более лучшее и совершенное.
Хотя, с чего вдруг Грей упомянул эти изобретения сейчас? Стойте-ка... он попался. Бити попался на его сладкие речи.
- Стоп, забудь. Задобрить он меня захотел. От чего ты думаешь, что я такой наивный? Вернемся к тому, что происходило до этого. Помнишь, что я выиграл в играх? Друга моего, тостера, знаешь? - Бити снова уставил свой грозный взор на политика.
В этот момент как раз вернулась обратно Авена.
-Ох, ты вернулась. Я даже не заметил, как пролетело время! С ним так увлекательно общаться! У тебя очень интересный ухажер, только он- жутка болтушка, знаешь это? - наигранно сказал изобретатель. Единственно правдивое из сказанного было про "болтушку". Грей с юных лет любил говорить, а когда выпьет, его невозможно было остановить. Благодаря ему, Бити стал более разговорчивее. От друзей, как известно, можно перенять самые разнообразные хорошие и вредные привычки, черты характера.
- Цинна звонил? Жаль, что его нет с нами. Я бы рассказал ему, какая забавная ситуация в нашей семье! - Тут он наврал. Цинна был первым, с кем Бити поговорил после того, как узнал все это. Он был хорошим другом, знаете почему? Он поддержал сторону каждого в этой ситуации. Цинна еще тогдаскащал так: "Ты ударил его? Теперь успокойся и смирись. Он прежде всего твой друг. Ты должен его принять".
- Если бы ты действительно беспокоиться о своих друзьях, ты бы знал, что с ним все нормально, - тут его уже вывел из себя другой факт. Бити с Цинной довольно долго не слышали о том, что с ним и как. Через десятых людей они узнавали, что все нормально. А буквально в прошлую субботу Бити впервые увидел Грея за долгое время.
- Но я рад, что ты не умер, - грустным голосом произнес гений. Он всегда беспокоился за них. - Потому что иначе я не смог бы исправить тебе форму носа. - С вами снова брутальный и злой мачо из Третьего.

Отредактировано Beetee Alcala (2014-10-20 22:24:26)

+2

9

Детский сад так и не унимался, особенно если воспитательница вышла в другую группу, оставив деток без присмотра. Примерно такая же ситуация была и сейчас. Я с телефоном охраняю дверной косяк, выглядывая то, какую же вселенскую катастрофу я пропустила. Главное, что не бьется посуда и на полу нет трупа. Обнадеживает.
Кладу трубку, захватывая шампанское и водку. Вроде бы подтверждено, что крепкие алкогольные напитки развязывают язык так, что все успеют высказать друг другу и двадцать раз помириться. О Боги, я серьезно возлагаю такую ответственность на чертову гадость?
- Что здесь происходит? – с укором смотрю на каждого, будто пытаюсь выведать все государственные тайны, и ставлю на стол алкоголь, демонстративно постукивая каблуками по деревянному полу. Оцениваю масштабы. Пытались перевернуть тарелки с едой и у кого-то нет бабочки.
- Да, это был Цинна. Он перезвонит чуть позже, - это я говорю своему отцу. – У него все хорошо. Больше я ничего не узнавала, - это я говорю Грею. Но как бы я не пыталась сгладить этот разговор, Бити вновь и вновь поддевал его, и если теперь уже не вопросами и иронией, то прямым тексом прямо в лоб. Кажется, тормоза Бити оставил в Третьем, а я сейчас с ними оставлю все свои нервы.
Впрочем, говорят, что нельзя реагировать на такое поведение. Что советует психология? Успокоиться. Кто-то должен быть еще в рассудке и сохранять холодную голову для решения всех проблем.
- Может быть мы наконец-то поужинаем? – спрашиваю я нарочито деловито, делая акцент на слове «поужинаем», а не покидаемся словечками, не разукрасим друг друга, не устроим из дома тренировочный центр. И это, кажется, срабатывает на несколько минут. Тишина да и только…
- Слушай, Бити, что-то ты давненько не рассказывал о своих изобретениях. А то после всех последних событий годовой давности ты как-то расслабился. Совсем ничего не слышно. Даже так скажу… я тебя совершенно не узнаю.
Улыбаюсь отцу, пытаясь перевести разговор в нейтральное русло. Он любит свое дело, изобретения, ИЗОБРЕТАТЬ, поэтому это может его хоть ненадолго отвлечь. Но кажется у них совсем другие планы. И как только Бити пытается рассказать, все опять возвращается на свои места. Опять напряженная обстановка и опять словестная баталия.
- Так, все, хватит! – Резко высказываюсь я, смотря на любимого папочку, который желает мне вагон и маленькую тележку счастья. – Мне надоели эти ясли. Передо мной сидят два ВЗРОСЛЫХ мужчины, которые ведут себя даже не просто как дети… - Я не могу подобрать слов, поэтому в воздухе появляется достаточно странный жест. - Либо вы сейчас при мне говорите все, что вы друг о друге думаете, либо, клянусь богом, в ход пойдут не только каблуки.
Столовые приборы позванивают от встречи с поверхностью тарелки. Кажется, что от злости сейчас я начну кидаться тарелками, как типичная девушка-истеричка, которая хоть как-то пытается привлечь внимание. Черт возьми, они же были друзьями! Или что, теперь, все вспоминаем скелеты у каждого в шкафу?
Делаю глубокий вдох и выдох. Надо настраиваться на позитивную волну. Этого стоило ожидать? Вполне. Первый разговор закончился кулаками и затем высказыванием мне, будто я первоклассница, что я совсем не понимаю, что творю.
Обиженно скрещиваю руки на груди, слегка прикусив нижнюю губу.
- Сначала выпейте, а затем начнем сеанс психоанализа. - Дядюшка Фрейд просто молча сейчас нас всех ненавидит из-за того, что в такой извращенном виде используем его труды. Уж простите. По-другому мирить двух их трех лучших друзей просто нет смысла.
Я замечаю, что они оба удивлены от такого даже не предложения, а требования. Но пока в голову не вдарит алкоголь, смысла утраивать беседу просто нет.
- Начнем, пожалуй, с Грея. Бити уже высказался от и до.
Перевожу суровый взгляд на любимого. Ну давай же, доставай все скелеты из своего шкафа.

+1

10

Наверное что-то в духе этого чувствует рыбак, когда на крючок попадается отличный улов, он подсекает, и в последнюю секунду "рыба его мечты" срывается с крючка. Грэй едва не треснул ладонью об стол в извечном жесте "черт, облом". Но столу и так досталось...
- Если бы ты действительно беспокоиться о своих друзьях, ты бы знал, что с ним все нормально,
- Да что ты говоришь. Я о каждом вашем шаге знал, едва вы за пределы дома выходили, пока вы в Тринадцатом куковали чуть кони не двинул, пытаясь понять, как разузнать ваше состояние, а едва в этот Тринадцатый попал сам - пошел о вас справляться, даже синяков после побоев не подлечив. А ты где кстати был, когда меня в бункере ногами били? Неделю, целую неделю мой бравый друг херней страдал, вместо того, чтобы брать свой всемогущий тостер и вытаскивать меня из этого каменного мешка, - вспылил Грэй на откровенно несправедливое обвинение. Вот тут-то и реально пошло ребячество, будто им были все те же незабвенные семнадцать, когда они вспыхивали от первой искры, кутили ночами напролет, соревновались, кто соберет больше бумажек с номерами, на спор совершали практически невозможное и безумно бестолковое...
- Так, все, хватит! Либо вы сейчас при мне говорите все, что вы друг о друге думаете, либо, клянусь богом, в ход пойдут не только каблуки, - капитолиец мгновенно заткнулся, хотя и понимал, что вряд ли два взрослых мужика не справятся с одной хрупкой девушкой, пусть даже и трибутом. Просто Авена действительно вела себя как наиболее адекватный человек из всех присутствующих здесь, и Неро почувствовал что-то вроде стыда от того, что не сохранил никакого самообладания. Но о каком самообладании может идти речь, если лучший друг хватает тебя за рубашку, стоимостью со среднюю зарплату в Третьем, и предлагает провести бесплатную пластику носа методом молота и кувалды?
- Сначала выпейте, а затем начнем сеанс психоанализа, - глаза округляются, обычно Венушка довольно сдержанна в отношении алкоголя. Неро порадовался, что помимо сладкой пузыряшки додумался взять с собой и бутылку водки - пузыряшкой они догонялись бы долго.
- А почему, собственно, и нет, - Грэй снял пиджак смокинга, мгновенно понизив градус пафоса в обстановке, и откинулся на спинку стула, вытянув ноги. Первая порция алкоголя приятно обожгла пищевод, он сразу же наполнил вторую, но пить пока не стал, опустив руку со стаканом вниз и смотря на друга. Воспоминания о былом веселье настроили его на мирный и позитивный лад, да и признание Бити в том, что он рад, что Грэй еще не кормит червей, тоже действовало расслабляюще.
- Я, друг мой, по-простому буду, бог с ним, с пафосом и правильностью. Мы ровесники, мы 10 лет были лучшими друзьями, и я, черт возьми, жутко скучал по тебе и очень волновался, что ты не выкарабкаешься из этой проклятой революции. Я-то знаю, тебе все время в первые ряды надо, косить врагов с тостером на перевес, и я очень рад, что ты цел и мы снова в одном городе, а никакой революции больше нет. Теперь о... Причине нашей ссоры. Бро, я прошу прощения, что не сказал тебе раньше. Сначала я как-то стремался и думал, как бы получше подобрать слова, а потом ты ускакал вместе с наступлением, а я остался бумажки чиркать в штабе, и уже как-то... Прости, мужик. Я одно тебе могу обещать - я жизнь положу на то, чтобы твоя воспитанница была счастлива. Серьезно, я делал все, что мог, когда лез ей в мозги, и без лишней скромности - второй раз такого никто не повторит. И отошла бы ты потом проще, если бы не вмешались эти уроды из Тринадцатого, доктора, называется... Порвали все связи-нити, как топором, не удивительно, что все запуталось и мы так... Долго потом решали все это, - сказал он уже Авене, будто заканчивая когда-то начатый разговор, после чего опять повернулся к Бити.
- Мы же друзья, ты должен меня понять. Я никогда никого не любил так, как твою дочь. И я понятия не имел, что именно Венушка - та самая воспитанница, о которой ты говорил. Но в конце концов... Не такой уж я поганый вариант, а?
Он опрокинул вторую порцию.

+2

11

Как вы думаете, легко ли вывести из себя человека, которого годами учили изображать  сдержанного и милого человека при других? Легко, если знать на что давить, а Бити знал.  После реплик, произнесенных изобретателем, политик весь покраснел от злости. Грей начал вталкивать в себя еду, чтобы хоть чем-то занять рот и не сказать ничего плохого.
Бити, в свою очередь, хотелось окончательно довести Грея до приступа гнева и злости, но Авена немного помешала вопросом о изобретениях.
- О над чем я сейчас работаю? Ты же знаешь, что сейчас нужно восстанавливать все Дискрикты? Так вот, необходимо большое количество инструментов. Изготавливать их долго и муторно, поэтому я сейчас пытаюсь создать "дубликатор", который сможет с точностью "клонировать" инструменты или другие неживые материалы.
Авена слегка приоткрыла рот от изумления, а Грей все так же поглащал содержимое тарелки.
- А еще я работаю над тем, чтобы у тебя, моя дорогая, появились сестренка или братик, а может и двое сразу. Только вот Вайресс вечно занята своей работой, о которой, кстати, мне никто не говорит. Чем она занимается, а?
Авена распылилась в улыбке, но покачала из стороны в сторону. Они ни за что не расскажет, ведь Вайресс тоже никогда не выдавала ее.  Бити прекрасно знал это, но надежда на то, что он хоть что-то сможет вытрясти из нее оставалась.
-А забыл сказать о еще одном изобретении, Авена. Грей уже слышал о нем, - Бити снова устремил взгляд на Грея. - Тостер-убийца. Обычный такой тостер, только убивать может, обладает неплохими знаниями, имеет свои вкусы, черты характера. Почти человек. И знаешь, ему отчего-то не нравятся политики, странно, ведь правда?
Авена с укором посмотрела на Бити, но ничего не сказала, а Грей покраснел еще больше, но сказать ничего не мог, ведь рот был забит едой. На некоторое время, пока Неро жевал свою еду, наступило молчание.
Один, два, три.
Политик вскочил, грозно стукнул по столу, почти во все горло начал высказывать то, что так давно сидело в нем.
- Я, мой дорогой, спасал страну. Ты думаешь, что я зря протирал штаны в мастерской? Я ночами и днями не спал, делая особое оружие для каждого из менторов, трибутов и шайки Койн. Я был полностью оторван от реальности. Даже пропустил ваше интервью, извините, очень бы хотелось посмотреть. Слушай, а зиписи не осталось? Можно мне пару копий?
Он бы и дальше продолжил язвить Грею, но тут уже Авена взяла ситуацию под свой контроль. Сказав им, что нужно выпить и высказаться по очереди. Возразить ей Бити не хотелось, так как Вена могла рассказать все Вайресс, от которой бы ему хорошо досталось, или сделать звонок Энобарии, которая была страшнее любого живущего.
Они выпили по рюмке водки, что значило - Грей будет болтать без оставки следующие минут пять, а может десять. Алкоголь всегда пробуждал в политике разные чувства, о которых он непременно старался рассказать.
Бити внимательно выслушал весь этот душераздирающий рассказ.
- Что скажет на это наш психолог?
Алкала выслушал и Вену.
- Я удивлен твоим навыкам, Авена. Говоришь, очень лаконично и слаженно, понятно, откуда ты научилась этому, - в его голосе звучала серьезность, которая значила, что все следующее сказанное им будет нерадостным. - Моя очередь говорить. Грей, очень здорово слышать с твоей стороны такие слова, но ты правда думаешь, что я могу вот так быстро простить тебя? - Политик заметно поник. - У меня есть три женщины, о которых я думаю и  постоянно беспокоюсь: Вайресс, Энобария и Авена. Первые две очень умные и самостоятельные девушки, которые могут постоять за себя. Авена - самая маленькая и глупенькая из них. - Авена надулась и хотела высказать недовольство, но Бити перебил ее. - Даже не спорь. Я смотрел твои игры. Я видел, как ты проигнорировала все, что мы с Вайресс говорили тебе. Присоединиться к профи? Это было так глупо! После того, как они убили Китнисс, следом были бы Пит, Рута, а потом ты. Не сомневайся, они бы сделали это, даже не поколебаясь. - Бити покачал из стороны в сторону, затем продолжил, - так вот, она - маленькая и глупенькая. Она - мой ребенок, именно мой. Я люблю ее всем сердцем, ненавижу, когда ей причиняют боль, а ты это сделал. Я знаю, что ты пытал ее. - парень крепко сжал кулак, пытаясь перебороть в себе всю злость. -Знаешь,  в детстве, она чуть не утонула в речке, однажды Вена тяжело заболела ангиной, после, были Игры. Потом ты с твоими пытками. А не задумывался ли ты, что ты мог убить ее? Ты же не знал, что она моя дочь. Ты мог бы ее запросто убить. После этого, думаешь, я должен обнять тебя и сказать, что все хорошо?
Алкалу начало тряси то ли от злости, то ли от некого отчаяния. Он снова сел за стол и стал смотреть в одну точку, игнорируя любые слова.
Вайресс, дорогая, что бы ты сделала? Приезжай же и помоги мне.

+1

12

Адекватность тихо пропадала. Даже простой вопрос о том, какие же изобретения придумал Бити, и тот добавил очередную ложку дегтя в бочку с дегтем. Авена не продолжает эту тему, а лишь удивляется словам своего отца, прикусывая губы, чтобы только не сказать «Отец, тебе это будет куда полезней, чем устраивать тут дебоши на пустом месте». Но Бити расходится все больше, говоря про тостер-убийцу, а затем переходя на интервью.
Ну все, хватит с меня.
- Может быть специально для тебя здесь повторить? Пей лучше.
Сразу же видно, что Бити задел Авену за живое. Она не любила вспоминать это время, хоть по сути именно с этого все и началось. Может быть когда-нибудь они даже будут шутить над жтим, но не сейчас. И если Бити попросит повторить все то, что было на интервью, Авена это сделает, не забыв ни одной фразы, слова, взгляда. Может быть хоть тогда он поймет, что сделал для нее Грей, чтобы обезопасить от Сноу, от Тринадцатого, от самой себя?
Девушка скрестила руки на груди и начала ждать, что же выскажут друг другу самые дорогие люди в ее жизни.
- Что скажет на это наш психолог?
- Психолог скажет, что нужно послушать вторую сторону этого конфликта.
Бейкер с упреком посмотрела на Алкалу, думая про себя, что в данный момент ей нужно быть крайне осторожной со словами… и не прогадала. Бити только что назвал ее глупенькой маленькой девочкой, которая совсем не понимает, что творит. Игры, какие-то детские воспоминания про болезни. Черт возьми, да любой взрослый может заболеть или сделать что-то не в угоду себе. Разве это признак «мозгов»?
- Бити! Стоп на этом, ладно? Теперь выслушай третью сторону конфликта – меня. Мне не пять, не десять лет. Что же ты тогда не забирал у меня автомат, когда мы всем отрядом отправлялись на вылазку? Что же ты тогда самый первый не отправился меня искать, когда отряд прилетел без меня? Когда несколько дней мне изрядно хорошо отбивали все, что можно было, там, в подвале дома президента. М? Почему я не видела рядом с собой своего любимого и заботливого отца, который вспомнил про ангину и про то, как я глупо поступила ,присоединившись к профи. Если бы мы не образовали союз, то я бы в первый же день была убита а Арене. Ваши с Вайресс советы были хорошие, но не действенные для меня, понимаешь? – Авена слегка повысила голос. У этой девушки адекватность тоже пропадала.
- Ты вообще хоть что-то знаешь про последний год моей жизни? Уверена, что нет. Грей тогда мне помогал, а не пытал. Хотя откуда тебе знать? Я хотела по-хорошему, НОРМАЛЬНО провести этот вечер, НОРМАЛЬНО поговорить и все обсудить, а в итоге мы все ругались. Тебя ни о чем нельзя попросить, дорогой отец. Почему ты просто не можешь поверить мне, довериться и принять это? Я знаю, что ты меня любишь, но у меня есть своя голова на плечах. Я люблю Грея. Я безумно счастлива рядом с ним и знаю, что он испытывает тоже самое ко мне. Разве это плохо, что люди счастливы?
Авена даже не могла и предположить, что сможет высказать все Бити в такой тираде. Видимо, это нужно было сделать в самом начале, не давая строить лишние предположения, ведь она взрослый человек со своими мыслями, чувствами, идеалами. Он должен понимать, что девочка, которая уехала на Игры, уже давно выросла, минуя стадии самокопания и поиски себя. Некогда было на войне стоить недовольного подростка. Но для родителей действует другой закон – дети всегда остаются детьми хоть в двадцать, хоть в тридцать, хоть во все пятьдесят лет.
«Просто, Бити, поверь мне. Разве я когда-нибудь ошибалась?»

+1

13

Вайресс спешила домой, зная об ужине дочери. Она чувствовала себя виноватой из-за длительного опоздания, не ожидая сколько дел ей сегодня предстоит закончить. Девушка торопливым шагом обошла улицу, и уже была перед домом. В кухне горел свет, мелькнула тёмная фигура. Шатенка прекрасно понимала, что ждать её не будут и пиршество уже началось. «Ох, только бы Авена не сильно злилась на меня. Кажется, Примавера смогла что-то придумать. Сколько лет прошло, а я всё ещё не могу предугадать её настроение и поведение...» - с улыбкой подумала Вай. Она легко дёрнула ручку и беззвучно зашла в коридор. Внимание сбил повышенный голос Бити, который вещал следующие:
- Моя очередь говорить. Грей, очень здорово слышать с твоей стороны такие слова, но ты правда думаешь, что я могу вот так быстро простить тебя? У меня есть три женщины, о которых я думаю и  постоянно беспокоюсь: Вайресс, Энобария и Авена. Первые две очень умные и самостоятельные девушки, которые могут постоять за себя. Авена - самая маленькая и глупенькая из них. Даже не спорь. Я смотрел твои игры. Я видел, как ты проигнорировала все, что мы с Вайресс говорили тебе. Присоединиться к профи? Это было так глупо! После того, как они убили Китнисс, следом были бы Пит, Рута, а потом ты. Не сомневайся, они бы сделали это, даже не поколебаясь, - так вот, она - маленькая и глупенькая. Она - мой ребенок, именно мой. Я люблю ее всем сердцем, ненавижу, когда ей причиняют боль, а ты это сделал. Я знаю, что ты пытал ее. Знаешь,  в детстве, она чуть не утонула в речке, однажды Вена тяжело заболела ангиной, после, были Игры. Потом ты с твоими пытками. А не задумывался ли ты, что ты мог убить ее? Ты же не знал, что она моя дочь. Ты мог бы ее запросто убить. После этого, думаешь, я должен обнять тебя и сказать, что все хорошо?
Олдман замерла на месте вцепившись в ручку, как за спасательный круг. Кажется, теперь, она была её единственной опорой. Подобная обстановка в доме просто сбила с ног девушку. Её взгляд стал рассеянным и озабоченным. В доме Грей. Теперь, она поняла, что происходит. Реакцию Бити она понимала, но не оправдывала. Пожалуй, шатенка единственная отнеслась с понимаю к союзу своей горячо опекаемой дочери. Из оцепенения её вывел голос Авены, Она кричала, проговаривая следующее:
- Бити! Стоп на этом, ладно? Теперь выслушай третью сторону конфликта – меня. Мне не пять, не десять лет. Что же ты тогда не забирал у меня автомат, когда мы всем отрядом отправлялись на вылазку? Что же ты тогда самый первый не отправился меня искать, когда отряд прилетел без меня? Когда несколько дней мне изрядно хорошо отбивали все, что можно было, там, в подвале дома президента. М? Почему я не видела рядом с собой своего любимого и заботливого отца, который вспомнил про ангину и про то, как я глупо поступила ,присоединившись к профи. Если бы мы не образовали союз, то я бы в первый же день была убита а Арене. Ваши с Вайресс советы были хорошие, но не действенные для меня, понимаешь? - Ты вообще хоть что-то знаешь про последний год моей жизни? Уверена, что нет. Грей тогда мне помогал, а не пытал. Хотя откуда тебе знать? Я хотела по-хорошему, НОРМАЛЬНО провести этот вечер, НОРМАЛЬНО поговорить и все обсудить, а в итоге мы все ругались. Тебя ни о чем нельзя попросить, дорогой отец. Почему ты просто не можешь поверить мне, довериться и принять это? Я знаю, что ты меня любишь, но у меня есть своя голова на плечах. Я люблю Грея. Я безумно счастлива рядом с ним и знаю, что он испытывает тоже самое ко мне. Разве это плохо, что люди счастливы?
К окончанию монолога по щекам Вайресс бежали слёзы. Слова дочери задели её за живое. Девушка всегда интересовалась жизнью юной Бейкер, но что она сделала не так? Когда ошиблась? Несмотря на то, что между ними не было тайн, она считает, что родители её оставили, бросили на произвол и единственным, кто о ней заботился был Грей. Какими жгучими оказались эти слова для шатенки. Рука будто приросла к ручке, а сквозняк уже ощутимо протянул спину, да так, что та болезненно заныла. Нет, хватит. Она больше не вынесет ни минуты этой ссоры. Смахнув свободной рукой слёзы, она громко хлопнула дверь. Быстро сняв обувь и повесив лёгкую курточку, Вайресс нацепила улыбку и прошла в комнату.
- А вот и я. Освободилась как то... - она застыла на полу слове. Девушка была готова к тому, что увидит не лучшую картину, но это. Бити злобно сверкает глазами, Авена привстала и её лицо пытает от злости. На Грея изобретательница и вовсе не смотрела. Она попыталась быстро взять себя в руки, сделав глубокий вдох. Впиваясь ногтями в ладони, она тем самым выводит себя из ступора, и глотает комок горечи и боли, застывший в горле.
Мягким и насколько это возможно в данной ситуации, нежным голосом она обращается к семье: - Мои дорогие, я так скучала по вам. Пожалуйста... прекращайте... ммм... это. Давайте остаток вечера мы проведём... счастливо.
Слова, почти без запинки, тяжело даются Олдман, но она старается держаться и не терять мысль.
- У нас гости! добрый вечер Грэджом. Вам оказали не тёплый приём? - мягко и неторопливо говорит девушка, давая дочери и Бити прийти в себя, и осознать, что теперь она здесь. - Я... надеюсь это исправить.
- Милая, я так голодна. Не принесёшь столовых приборов ещё на одного? - шатенка мягко поглаживает дочь по спине и примирительно улыбается. Вай присаживается возле Бити и осторожно берёт его за руку. Её глаза пробегают по комнате и столу. Тарелки сдвинуты, скатерть помята. Что здесь происходило? Девушка переводит взгляд на мужчину напротив.
- Мистер Неро, добро пожаловать к нам. Рада наконец с вами... познакомиться. Я думаю, Вена собрала нас, чтобы получше узнать друг друга? Расскажите же... о себе. - с трудом заканчивает изобретательница. Ей не легко держать речь, но она прилагала максимум усилий. И хотя, голос прерывался, он остался таким же мелодичным и приятным.

+2

14

+++

Вайресс, добро пожаловать)) http://s2.uploads.ru/t/YhEou.gif

Бити говорил и говорил, а Неро выкорчевывал все внутренние резервы, сдерживая себя, чтобы не начать квасить ему его выскокоинтеллектуальную морду прямо сейчас, при Авене, наплевав на все примирительные планы. Бити перешагнул за грань, за которую ни при каких обстоятельствах нельзя было соваться. Каждое его слово падало каплей в чашу терпения, и водопад, который должен был хлынуть из этой чаши с минуты на минуту, ревел сокрушительное "Ты не смог о ней позаботиться и не сможешь в будущем". И это было катастрофически, ужасно несправедливо.
Лицо становилось жестким, непроницаемым. Он сжал ладонь в кулак с такой силой, что костяшки пальцев побелели, чуть прищуренные глаза следили за губами когда-то лучшего друга, и за каждое слово, вылетающее из этих чертовых губ, он будто возвращал назад удар. Сейчас у Бити не осталось бы уже ни одного живого места на лице. Водка ли, или общее безумие этого вечера, но Грей кипел так, что пар едва ли не валил из ушей - внешне почти превратившись в непроницаемо-бюрокртаическую статую. Это наверняка взбесит Бити еще больше. Он всегда смеялся над этой сквозящей из всех щелей помпезной бюрократией, шлейфом тянущейся за тогда еще только рвущимся к власти Грею...
Грей глубоко вдохнул. Нет, он не хочет этого видеть - даже мысленно. Никогда он не бил лица свои друзьям, и не будет этого делать и впредь. Да он сам за них кому хочешь глотку перегрызет, что бы эти самые друзья по этому поводу не думали... Он в состоянии постоять и за любимую девушку, и за них, в состоянии оградить их от внезапных проблем. Но что делать, если проблема возникает между ними двумя?
Неро посмотрел на Авену. Ей все происходящее давалось откровенно непросто, и сердце капитолийца сжалось от понимания, что он, так хотевший нести ей счастье, делать ее жизнь лучше, своим появлением внес разлад в ее семью. В ряд самых дорогих ей людей... Лоб прорезала морщина отразившегося чувства. Нет, они не могут допустить подобное, они оба, и Бити, и он сам, должны противостоять этому.
- Хорошо. Я мерзавец, я совершил ошибку, ты зол на меня - я понимаю. Но зачем заставлять страдать Авену, зачем ей это все выслушивать? Разберемся между собой, решим все, как взрослые люди. Бити, ну неужели ты не видишь - этот конфликт должен остаться в прошлом, мы должны объединить усилия, раз уж мы оба так хотим обустроить по высшему разряду жизнь одной конкретной девушки. Возьми меня в соратники, ты же знаешь, на что я способен, ты знаешь меня чертовы 10 лет, - Грей провел рукой по волосам, возвращая им более привычный и приличный вид. Самоконтроль давался ему тяжко, да еще и водка добавляла остроты чувствам, которые уже пытались затуманить разум. А разума здесь и так не хватало...
Капитолиец протянул руку, беря Авену за ладонь. Что бы ни случилось, из этого дома они выйдут вместе, их жизни уже связаны, ничто и никто не сможет этого поменять. И со всем этим они справятся - вместе, так, как привыкли справляться все эти долгие месяцы войны.

Но небесному распорядителю, видимо, угодно было добавить этой драме новое действующее лицо. Все обернулись на звук открывшейся двери, и Грей увидел наконец девушку, так давно пленившую сердце его друга. О том, как Бити влюблен в нее, он сообщил своим тогда еще новым знакомым Цинне и Грею даже раньше, чем собственное имя. Хотя его имя тогда и так знали все и каждый...
Неро сглотнул, понимая, что знакомиться с приемной матерью любимой он будет со снятым пиджаком смокинга, стянутой бабочкой, смятой здесь же, на столе, и с несколько подпорченным водкой и стрессом сознанием. Набор был, мягко скажем, не самым лучшим. Но бывало и хуже.
- Мисс Олдман, не стоит беспокоиться, все отлично. Мы немного повздорили с Бити, это не в первый, и, скорее всего, не в последний раз... Но Авену это несколько огорчило. Смею заверить, что мы оба приложим все усилия, чтобы это не повторилось, и постараемся ничем не испортить вечера. Вы приехали от Примаверы? Судя по всему, мы разминулись совсем немного, я тоже с работы... - проговорил он, выправляя в несколько вольном голосе правильные, уверенные, классические интонации безупречно вежливого капитолийца. Страшно подумать, что этот же человек только что мысленно превратил в котлету лицо друга...
Он улыбнулся, видя, что Вайресс всячески старается придать атмосфере должную вечеру непринужденность. Он знал, как это непросто, если ты не привык молоть языком направо и налево, а Вайресс не отличалась многословностью - это он тоже знал от восторженно рассказывавшего о ней Бити.
- Я думаю, вы уже немало знаете обо мне. Или Бити ничего не рассказывал? Конспиратор, за десять-то лет, - рассмеялся он, искренне стараясь придать смеху не только вежливость, но и адекватную, естественную радость разговора о старых друзьях.

+1

15

Бити никогда не был конфликтным человеком, но в силу своей болтливости и чувство того, что каждый обязан знать точку его зрения, мог отпустить пару колких комментариев своим собеседникам. Обычно, это заканчивалось хорошо. Только сейчас из него, словно водопад, лился словесный понос. Он успел уже больше ста раз задеть Грея, обидел Авену, но на этом все не заканчивалось.  Концерт продолжался:
- Ты только твердишь, что нужно все закончить, а сам давно мечтаешь съездить по моему лицу рукой. – Бити немного пристал. Он посмотрел в глаза своего другу и сразу определил, что он не ошибся. Тот покраснел от злости, как рак. – Думаешь, когда мы свернем весь конфликт, он решиться? Какой из тебя политик, если ты не умеешь решать проблемы. Сиди и слушай. Когда товарищ психолог даст команду, вякнешь что-нибудь.
Алкала хотел еще много сказать ( и несомненно сделал бы это), но тут снова вмешалась Авена:
- Бити! Стоп на этом, ладно? Теперь выслушай третью сторону конфликта – меня. – Бити сразу замолк, поняв по ее интонации, что сейчас будет что-то серьезное. Он сел за стул и начал внимательно слушал Авену, опустив голову вниз. Она потеряла самообладание. Теперь уже из ее рта лились обидные слова в сторону Бити и отчасти Вайресс. Слышать было все это жутко неприятно, ведь девочка не знала и их год жизни. Не передать словами, как они прожили тот год, не видя Авену. Вайресс снова уходила в глубины своей души, Бити часами работал, только чтобы не видеть никого, не слышать эти страшные новости, ожидая, что Авену объявят погибшей. 
Он работал непосредственно на Койн, потому что она обещала вернуть Вену, его маленькую девочку. Он создал больше половину орудий для убийств, что значит - косвенно убил половину Капитолия. Все ради нее. Если бы она не вернулась, исход был бы такой: психиатрическая больница для Вайресс, Наркологический центр для Бити. Они бы оба не дожили до пенсии, как Сид и Нэнси.
- Это был ужасный год. Я почти…а она…Не говори Вайресс это. Мне…только мне. - Если минуту назад, он был готов к продолжению словесной перепалкой, то сейчас был в тупике. Он, как Вайресс, не мог собрать мысли в единое целое. Бити просто смотрел в тарелку с салатом.
Но вот пришла Вайресс, о приходе которой мечтали трое. Его вторая любимая женщина. Она была одета в красивое платье, волосы были красиво уложены. Алкала никогда не разбирался в моде и девичьих прическах, но было видно, что она постаралась. С каждым новым взглядом на нее, Бити понимал, что не ошибся с выбором. Ему досталась самая прекрасная девушка, ангел. Только, ее глаза были красными, а на лице сияла натянутая улыбка. 
Она все слышала. Глупо теперь будет притворяться чудесной семьей.
- Привет, милая, - Бити поцеловал свою даму в щечку, затем крепко сжал ее руку, когда она села за стол. Этим он говорил: «Я с тобой. Рядом». В отличие от многих пар, они не нуждались в словах. Каждый умел понимать другого лишь по действиям, выражению лица, позам. Сейчас, в данный момент, оба оказались разбиты слова Авены, оба искали поддержку друг в друге.
- У нас гости! добрый вечер Грэджом…- Вайресс вдруг заговорила. Бити всегда удивлялся тому, как часто она переступает через себя. Вайресс стала намного сильнее, чем в тогда, в 16 лет, поэтому держалась отлично. Говорила медленно, без запинок. Она полностью подавила все свои чувства, как обычно. Вай полностью переключилась на заботу об окружающих.
- Этот парень, о котором я рассказывал. Он – мой друг, - быстро и коротко пояснил изобретатель, снова уставившись в тарелку с салатом. Он бы мог продолжить прошлые темы, но не при ней. Слишком же она настрадалась, чтобы видеть раскол ее любимой семьи.
Затем в разговор вступил Грэджом.
Только посмотрите на него. Прикидывается отличным парнем.
- Силы прикладывать будешь без меня, - буркнул себе под нос изобретатель, не поднимая глаз. Если он будет дольше смотреть на тарелку, она сможет трансформироваться во что-то и стать отличным другом, как и тостер.

+2

16

Я и не думала, что вот там смогу высказать Бити все, что наболело за последний год. Молчала, переживала как-то внутренне, но не сегодня, когда Бити четко и понятно сказал, что я без него ничего не смогу. Слова будто сами подбирались незаметно от меня... и Бити был этим ошарашен. Он говорил несвязно, явно пытаясь мне сказать, чтобы я ни за что и никогда не говорила об этом Вайресс. Я и тебе не собиралась, если бы ты меня не вывел. Но, будто в плохом театре, на сцене появляется Вайресс, которая всегда влияла на Бити как хорошее успокоительное. Я опускаю глаза, в надежде на то, что она не услышала всего моего монолога — ей я не хочу делать больно. Вайресс спокойна, даже улыбчива. Казалось бы, что в данной ситуации она лучик в темном царстве, поэтому оставалось верить, что, быть может, именно с ней мы все придем с одному общему решению.

- Вайресс! Я рада тебя видеть. - Обнимаю ее в знак приветствия, пытаясь понять, слышала ли она все то, что я так импульсивно высказывала Бити? - Конечно, - говорю я, пытаясь улыбнуться маме как можно мягче, а затем еще раз бросаю угрожающий взгляд на Бити, как бы говоря, что разговор, я надеюсь, на этом и закончится.

Уже находясь на кухне, я не тороплюсь вернуться обратно в гостиную, останавливаясь у окна. На улице темно, и из источников света лишь пару фонарей у дома напротив. Может быть просто развернуться и уйти домой? Включить телевизор, чтобы болтал без дела, уткнуться в плечо Грея и совсем не вспоминать того кошмарного инцидента, что происходил сейчас.
Я беру еще один набор столовых приборов и отправляюсь в гостиную, где Вайресс знакомилась с другом Бити, как представил Грея сам мой отец. Старый друг... ну хоть что-то пошатнулось и изменилось в его словах.

Ставлю перед Вайресс тарелку, аккуратно укладываю приборы. Будем верить, что никто здесь не сболтнул ничего лишнего.

- Ты нормально добралась? Примавера обещала, что тебя доставят до дверей и вручат в руки Бити. Над последним пунктом они явно плохо потрудились. Пасту или мясо?
Все же я пытаюсь добавить разговору непринужденности, легкости, которой нас так не хватало. Не появись здесь Вайресс, так пришлось бы пасту отмывать со стен, а шторы, одежду и все, что было в комнате тканевым, отправить в мусорный пакет, но это бы пришлось сделать до прихода чудесной Вай.

- Надеюсь, что вы познакомились, пока я отсутствовала.

Обхожу стол и поправляю скатерть, слегка сдвигаю тарелки, чтобы те стояли максимально аккуратно в данных условиях, а сама просматриваю на Грея и Бити, как бы ища подтверждения, что здесь все было хорошо.

- Или я что-то пропустила?

+3

17

Вайресс снисходительно улыбалась, переводя взгляд с Бити на Грэджома. В памяти встали всплывать весёлые истории о старом друге, которые девушке часто приходилось слышать от любимого. Вот только имя его затерялось в глубинах памяти, и только сейчас она поняла, что именно сидящий перед ней фигурировал в рассказах. Следующая фраза Алкалы подтвердила это.
- Ооо, значит… тот самый… забылось. – невнятно произнесла поникшим голосом Олдман. Грусть накатила на неё, при мысли, что столь близкие друзья несколько минут назад так повздорили. Всё, что она хотела сказать, затерялось в голове, поэтому шатенка просто отвела взгляд в сторону и задумчиво уставилась в стену, ожидая прихода Авены. Расслышав голос дочери, Вай постаралась собраться и поместить во взгляд всю теплоту, дабы не показать своё истинное состояния. Но, сокрытие чувств – последнее, в чём могла преуспеть девушка.
- О да, хорошо. Меня… довезли. Она сдержала… слово. – на выдохе выпалила изобретательница и постаралась улыбнуться. Последний вопрос её озадачел. Еда и голод – последнее, о чём сейчас она могла думать. Всё выглядело аппетитным, но пробовать совершенно расхотелось. Олдман окатила стол взглядом и молча тыкнула пальцем в ближайшее от себя блюдо.
- Всё такое… вкусное. Ты… молодец. – мягко сказала Вайресс. Она оглянулась и внимательно всмотрелась в лицо любимого. Видно, ссора приняла большой маштаб, если в ней приняла участие даже миролюбивая и ласковая Вена.
- Ну, хоть чуточку… Ты должен. – шепнула юная особа, уткнувшись Бити в висок и нежно поцеловав. Она не хотела поднимать прошлую тему, но ничего на ум не пришло. Необдуманно, она вдруг взболтнула дружелюбным тоном:
- И какую же… нет, ммм… что же мы должны сейчас обсуждать? На чём все остановились?
И тут же пожалела, сомкнув губы, вспомня о том, какими она их застала по приходу. Окинув взглядом присутствующих, Олдман извиняюще добавила:
- Не будем… Лучше, скажите, вам поживаете? Мы так редко видимся… я так мало знаю…
Шатенка чувствовала себя ужасно виноватой перед дочерью за свою невнимательность и безучастность к её жизни. Ведь, она должна ей помогать и оберегать, но видимо, не так уж хорошо справлялась. От своих мыслей к горлу подкатил ком горечи, который Вайресс быстро попыталась глотнуть и не впадать в уныние.

+3

18

- Или я что-то пропустила?
- Нет-нет, мы как раз... Вспомнили, что заочно знакомы, - Грей отпил воды из стакана. С водкой на сегодня, судя по всему, уже было покончено, хотя Неро не сомневался, что придя вечером домой напьется до беспамятства - только бы не видеть перед глазами упертого лица Бити. Вот же осел, и каждое слово - против, в лучших традициях. Обычно с этого начинался любой разговор капитолийца и дистриктовца. Обычно все проходило в рамках одних и тех же клише: зажравшаяся сволочь/бедный страдалец, пустоголовый политишко/трудолюбивый рабочий, и далее по тексту. Но не спустя же десять лет!
- Не будем… Лучше, скажите, вам поживаете? Мы так редко видимся… я так мало знаю…
Грей молчал. Нет, серьезно, зачем опять что-то петь, включать все свои ораторские способности, если одна сторона конфликта практически гарантированно будет не рада любому его слову? Скажи он, что у них все отлично - чета Алкала расстроится, что Авена вполне может обходиться без них. Скажи, что без их общества Бейкер грустит - Бити проедется, что Неро не может сделать ее счастливой. Наболтай неопределенных слов ни о чем - и будет скандал в духе "выключи свои капитолийское пустозвонство, хватит сотрясать воздух быссмысленностями". Все это легко предсказывается. Но и просто молчать будет невежливо хотя бы перед Вайресс, которую происходящее явно выбило из колеи. Он бы не допустил такого, если бы разговор шел по его сценарию. В тех кругах Капитолия, в которых он привык общаться, умели закрывать глаза на проблемы и вести отвлеченные радостные беседы - иначе было нельзя, это банальные нормы, банальная необходимость. Но в Третьем все было иначе... Там привыкли к искренности, которая иногда переходила в грубую несдержанность. Бити, как ребенок соревновавшийся буквально во всем и со всеми, с кем имел дело, и тут, похоже, был победителем - заткнуться и напрячься для создания нормальной атмосферы он отказался даже ради любимой дочери и жены. Грей готов был признать себя виноватым, проигравшим, побыть козлом отпущения, готов был держать удар и выслушивать весь этот поток дряни, которым друг его щедро подчивал, но любому терпению рано или поздно приходит конец. Особенно это касается случаев, когда поводов бороться с ветряными мельницами сознания Алкалы уже нет.
Грэджому очень захотелось уйти отсюда. Вот прямо сейчас, окончив этот цирк, разрядив обстановку, в которой он явно был точкой негатива. Почему, черт возьми, трое из четырех пытаются держать себя в руках, пытаются вести себя дисциплинированно, а один строит из себя обиженную принцессу? В дистриктах громче всех кричали о справедливости, которую они наведут, когда придут к власти - и что же? Кто будет строить справедливость? Вот этот обиженный мальчишка с тостером?
- Силы прикладывать будешь без меня, - как это ожидаемо. Как это характерно, черт возьми.
- Я к этому уже привык, - ответил Неро также негромко и встал.
- Прошу меня извинить, - обратился он к дамам и вышел на кухню, по пути доставая из кармана телефон. Нет, звонить он никому не собирался, хотя идея заказать такси, чтобы его, уже не шибко трезвого, доставили в какое-нибудь место, где можно догнаться до совершенно невменяемого состояния, была очень заманчивой. Неро встал перед окном, положил телефон на подоконник, уперся в его край ладонями. Закрыл глаза. Постоял так с полминуты, затем открыл кран c холодной водой, плеснул в лицо немного холодной воды, пытаясь прийти в себя. Но в себя привело другое - прикосновение холодной ладони.
- Ты прямо челноком сегодня, с кухни-на кухню, - пробормотал он, оборачиваясь к девушке и приобнимая ее за талию, - Я очень хочу уйти отсюда. Всему есть предел, Пташка, я не вижу смысла позволять ему дальше вытирать об меня ноги. Не знаю, кем он меня считает, но мое терпение не такое титаническое, и провинность не так уж ужасна.

Отредактировано Grajome Nero (2014-12-12 17:47:25)

+2

19

Маленький мальчик. Питер Пен, что он забыл в не своей сказке? Отчего везде и всюду устанавливает свои правила? Почему так яростно накидывается на всех тех, кто является его друзьями? Наверное, он забыл, что у него есть настоящие враги, против которых он должен использовать свои противные выходки. Только тут, он может воскликнуть, что «Грэджом – это Капитан Крюк, он - то зло, с которым должен бороться Питер Пен». Тогда отчего ты, маленький мальчика, уже 10 лет выпиваешь с ним, отчего делишься с ним самыми сокровенными тайнами, звонишь всякий раз, когда тебе хорошо или плохо? Нет, он уже давно не враг. Хватит обвинять его во всех грехах, коих он совсем не виноват.
Бити все еще гипнотизировал тарелку, когда вокруг трое пытались сделать хоть что-то, чтобы наладить окружающую обстановку. Все, кроме него. Чертов маленький эгоист.
- Ну, хоть чуточку… Ты должен, – нежно шепнула Вайресс на ухо Бити, а тот широко улыбнулся, продолжая смотреть на белоснежную тарелку. Сколько раз он слышал эти слова от разных людей? Наверное, почти все знакомые, которым были известны ситуация и характер Алкалы, успели сказать это. Изобретатель окинул взглядом комнату. Трое его дорогих людей были жутко расстроены и все из-за него.  А все ведь твердили, как может обернуться их встреча, если Бити не переступит через себя. Но разве правила поведения и советы для Питера Пена? Нет. Скажи ему одно, а он сделает диаметрально противоположное. Тогда, возможно, если бы все твердили бить и колотить Грея, то он, наоборот, обнял бы его.
После последней фразы Алкалы, Грэджом не выдерживает и уходит на кухню, а на Бити же устремлены усталые и разочарованные взгляды девушек. Мальчик выиграл у Грея в словесном поносе, но отчего тогда внутри все разрывается? Ведь нужно праздновать победу. Только не с кем, ведь он только что обидел того, кто бы с радостью выпил пару бокалов шампанского, а может и чего-то покрепче, за выигрыш друга.
Следом за Неро уходит и Авена, оставляя Бити с Вайресс одних. После нескольких секунд молчания, Алкала заговорил:
- Я, наверное, немного перегнул палку? – По выражению лица девушки было понятно, что он не перегнул палку, а полностью сломал её. Только после этого, он понял насколько все плохо.
Тогда, он уткнулся головой в её плечо и чуть слышно прошептал:
– Скажи мне, Вай, отчего ты все еще терпишь меня? Бросила бы, нашла  себе бы кого-нибудь нормального. Ведь я вряд ли поменяюсь, ты знаешь это? Смотря на то, как быстро я довел их, я понял, что тебе я уже давно свел с ума.  –  Алкала прикрыл глаза, думая о том, что натворил и сможет ли он что-то исправить. Вдруг, в его голове всплыл недавний разговор с Энобарией. – Помнишь, я говорил тебе, что виделся сегодня с мисс Мертей? Так вот, она рассказала мне про Авену и Грея. Она много раз видела их, говорит, что давно не видела столько любви в глазах у кого-либо… - Бити вздохнул. – Еще она сказала, что я имею права лишать кого-то любви. Ты тоже так считаешь? – Ответ был положительный. Если подумать, то  все верно. Питер Пен может делать все, что хочет только в Неверляндии, но никак не в Капитолии, ни в жизни Авены. 
- Я, наверное, должен нормально поговорить с ним, да?  – Бити нехотя поднял голову с плеча Вайресс. Было очень тяжело уходить от нее, ведь было так тепло и хорошо. – Я пришлю к тебе Вену, чтобы ты не скучала, моя королева. Пожелай мне удачи. - Алкала поцеловал девушку в губы и немедленно направился на кухню.
Бити постучал в дверь, но не дождался ответа и резко распахнул ее. Нетерпеливость – еще одна черта этого малыша в теле взрослого. В воздухе снова повисла неловкость, но Бити взял себя в руки и первым заговорил:
- Я пришел с миром. Драться не собираюсь, можете взять мой тостер, - он скривил глупую улыбку. – Эм, ладно. Авена, я, правда, должен поговорить с Греем. Нормально. Можешь вернуться к Вайресс? Можешь не закрывать дверь, чтобы наблюдать за нами, за мной… - Все это давалось Бити с огромным трудом, ведь он редко признавал свои ошибки. Может, потому что их и было-то немного? Или, потому что много в своей жизни он не считал за ошибки? В любом случае, нужно отдать должное Авене, которая все же дала ему еще один шанс. Судя по всему, последний и единственный шанс.
- Недавно, мне тут сказали, что из меня никакой отец, - заговорил Бити, как только Вена покинула территорию кухни. – А еще я совершенно никакой друг. – Бити  опустил голову. – Просто я одержим тем, что мне так дорого. Я не люблю делиться. Я не понимаю слова «стоп». У меня нет тормозов. Еще мне уже 28 лет, а многие думают, что мне и 5-ти лет еще нет. Вот такой я. – Он глубоко вздохнул. Кажется, что сегодня он только и делал, что вздыхал. -  Только вот, вокруг меня все еще много людей. Все всё еще терпят меня. Почему? Черт вас знает. -  Он взглянул на Грея. –  Я перестарался, точнее, как обычно, вовремя не остановился и успел уже всех расстроить. Извини. Многое из того, что я говорил, было навеяно грустью и злостью. В действительности я так считаю. Ты – нормальный. Лучше Грей, чем кто-то незнакомый, – подвел итоги изобретатель.

+2

20

Семейный ужин, который Вайресс пыталась исправить своим вопросом о том, как мы живем. Чудесно, дорогая Вайресс. Пару дней назад все было совсем замечательно, но после того, как мы все решили рассказать Бити, казалось, будто все изменилось с ног на голову. Но только попробуй я так сказать, как поднимется очередной скандал, который я так хочу закончить. Просто взять и уйти? Это будет рациональней. Бити отпустит через какое-то время, но вся эта ситуация совсем неправильная. Так не должно было быть.

Грей просит прощения и уходит на кухню, а я совсем разочарованно смотрю на отца, мысленно говоря о том, что он идиот. Он должен был быть за меня счастлив. Именно должен, но он даже не смог этого… Нужно вызвать такси, чтобы добраться до дома (и когда же эти чертовы права у меня будут?) и просто забыть этот вечер со всеми вытекающими последствиями. Я пыталась… правда, пыталась вразумить Бити, но он меня не слушал или же не хотел слушать. И мне плевать на то, каким Грей был до этого – я знаю его сейчас, и если бы у меня была хоть маленькая доля сомнения, то этого ужина точно никогда бы не было.

Я захожу на кухню и вижу Грея у окна. Молча, совсем ничего не говоря, едва касаюсь его руки своими холодными пальцами, и он оборачивается. Улыбка, правда, немного вымученная появляется на моих губах, чтобы хоть как-то, хоть чуть-чуть подбодрить Грея в этой совершенно идиотской ситуации с отцом.

- Давай уйдем, - тихо говорю я, прижимаясь к любимому. К черту ужин, к черту Бити и его истерику - к черту все это. Просто уйдем из этого дома хоть куда, лишь бы только не слышать очередных упреков со стороны отца, что Грей мог меня убить или то, что я маленькая и глупенькая девочка, которая совсем не разбирается в жизни.  – Это было глупо приходить сюда… не слушай его, хорошо? Я люблю тебя, и если Бити не хочет это принимать, то это его проблемы, а не наши.

В дверь постучали и сразу же ее открыли. Бити, который пришел с миром. Я зла на него, но больше всего я именно расстроена, что дорогой мне человек не принимает мой выбор, будто он решил все за меня. Пару секунд тишины, и Алкала начинает говорить.

- Я пришел с миром. Драться не собираюсь, можете взять мой тостер. Эм, ладно. Авена, я, правда, должен поговорить с Греем. Нормально. Можешь вернуться к Вайресс? Можешь не закрывать дверь, чтобы наблюдать за нами, за мной… - Бити говорил виновато, и сразу же было понятно, что слова ему давались с трудом. Последний шанс, Бити. Самый последний.

Не говоря ни слова, выхожу из кухни, прикрыв за собой дверь, возвращаюсь в гостиную, где сидела одна Вайресс.

- Вай, все хорошо? – спрашиваю я у девушки, посматривая все в сторону коридора. О чем они сейчас говорят? Почему Бити решил поговорить тет-а-тет?
Но из этого было слишком много вопросов и догадок, а это значит, что я себя еще больше накручу.

+2

21

Квест закрыт

0


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Ты должен быть счастлив за нас.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }