The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Если пришла - смотри...


Если пришла - смотри...

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1. Название: Если пришла - смотри...
2. Участники: Плутарх Хевенсби, Кристиана Межере
3. Место и время: Тринадцатый Дистрикт, кабинет Плутарха. Первые дни в 13
4. Краткое описание квеста:
Если пришла – смотри, как я без тебя научился жить. Видишь, я летаю камнем с души. Смотри! Это снова ты. Только в этот раз всё должно быть без суеты.
5. Очередность постов: Плуто, Крис

+2

2

Одиночество это удел великих, именно так убеждал себя Плуто. Не один десяток лет, он повторял это как мантру. Кто как не он знал, что все  привязанности, как и  слабости можно использовать против людей. Он был мастером манипуляции и шантажа. И всегда знал, на что можно надавить.
Планолёт плавно приближал Хевенсби к Тринадцатому, к месту где ему было комфортно. Ведь тут он был царь и бог, не смотря на присутствие Койн, все знали кто главный в бункере. Ещё не много и великий кукловод прибудет в свой уютный кабинет, и не беда что в тринадцатом всё одинаковое, и Плуто соблюдает правила , как и все, но свой кабинет он всё таки обустроил по своему вкусу и  желанию.
Сегодня особенный день, они встречают пополнение, а новые люди для Революции это всегда, как праздник. А пока у него есть время во время полёта, Плуто просматривает бумаги, поездка в Тринадцатый это не только повод отдохнуть, но и продолжать подготовку к восстанию.
Без происшествий и волнений Хевенси добрался- таки до мятежного Дистрикта.
И вот он важно проходит сквозь расступающуюся толпу, пришедших встретить его повстанцев. Ради таких моментов можно потерпеть и одинокие ночи и вечера, не всем дано быть с семьёй, иногда твоя семья это твои солдаты. Вот видимо и в случаи с Плуто это работает. Ага, работает, до первой минуты, когда он останется один. А потом будут сожаления, что Мира выросла, Айдан женился и пить великий стратег  так и не научился.
Он пожимает руки своим собратьям по борьбе и решительно продвигается по направлению к своему кабинету.
-Мистер Хевенсби президент хотела вас видеть – кто- то обращается к нему, мужчина только ехидно улыбается, и продолжает свой путь. Надо будет Койн сама прибежит к нему в кабинет, как это бывает всегда. Сколько ещё надо времени чтобы эта дамочка привыкла кем можно командовать , а кем нет.
-Беженцы из 11 уже прибыли? – обращается он к парню, который дежурит у его кабинета. Замашки величия не исчезают, а приобретают другой характер.
-Да мистер Хевенсби, их даже уже разместили - ответил солдат его Революции.
-Пусть позовут ко мне их главного, ведь кто- то же ими руководит – небрежно бросил он, входя к себе в кабинет.
У него нет цветов, нет аквариума с рыбками и даже ковров на полу, ему этого добра хватает и в Капитолии, в его кабинете по спартански лаконично, но вместе с тем уютно, хотя Смарагдус оспорил бы этот уют, но как говорится на вкус и цвет товарищи идут разными дорогами.
Плуто присел к столу и снова принялся просматривать бумаги, сверяя данные с показаниями на дисплее его компьютера. В дверь тихонько постучали, это точно не Альма , она обычно влетает без стука.
-Войдите – не громко произнёс мужчина, не отрывая взгляда от двери.
И в следующую минуты, он был готов признать, что даже если бы молния ударила прямо перед ним, Плуто был бы менее потрясён. Прошлое настигает вас, как бы вы не старались убежать. И вот его прошлое стояло в дверях, в сером комбинезоне и с такой знакомой улыбкой на губах, и даже если бы прошло сто лет, он всё равно узнал бы милую улыбку Кристианы Межер.

+6

3

Несомненно, Революция пошла на пользу жителям Панема: никогда раньше Кристиана не видела их настолько воодушевленными собственной смелостью. Они больше не боялись, не прятали взгляда, не разбегались при виде армии одинаковых убийц с насмешливо-громким именем "Миротворцы". Все это осталось в прошлом - там же, где и неудавшиеся мятежи с их талантливыми, но несвоевременными руководителями. Сейчас все  иначе, и глоток законной свободы уже не разрывает легкие ядовитым дымом - напротив, наполняет силой, сплачивает и указывает на общую цель, достижение которой стало не просто делом чести и принципа, но смыслом жизни, судьбой и единственно верным решением. Кристиана верила в это, и повстанцы заражались ее верой, становились материальными продолжением мыслей. Не сразу, но женщине удалось завоевать их доверие, доказать способность поднять мятеж на новый уровень, и теперь все они являлись частичками одного слаженного и четкого механизма, направленного на разрушение бастиона Сноу.
Их прибытия уже ждали. Стоило беженцам из одиннадцатого Дистрикта ступить на землю, как площадь взорвалась ликованием, видя которое, Крис не удержалась от счастливой улыбки. Потеряв семью еще в юности, она обрела ее в преданных друзьях и соратниках, ведь семейные узы не всегда скрепляются родственной кровью, а дом - не всегда место, где прошло детство.
С размещением проблем не возникло: проконтролировав, чтобы на всех хватило пайка и спального места, пересчитав людей и раздав  необходимые указания на первое время, Кристиана получила приглашение на аудиенцию к тому, с кем готовилась встретиться и одновременно боялась. Тяжело смотреть в глаза прошлому и обманывать себя, что оно потеряло прежнюю значимость. Удивительно, что столько лет занимаясь одним делом, они с Плутархом так и не встретились до этого момента. "Как там говорится? - усмехнулась Крис, - Все происходит, когда должно: ни раньше, ни позже". Впрочем, сердце продолжало стучать в груди даже после глубокого вдоха и тихого, но уверенного стука в дверь.
- Войдите, - отозвался мужской голос, и лидер повстанцев шагнула через порог, вновь разрезая жизнь на "до" и "после".
- Здравствуй, Плутарх, - улыбнулась она. - Не ожидал меня увидеть?
Улыбка профессионально сидела на губах, а в душе... Хотя какое кому до нее есть дело на войне?

Отредактировано Christiana Mesure (2015-01-28 15:07:57)

+5

4

Прошлое всегда тебя настигнет, кто, кто, а Плутарх Хевенсби это знал, как никто другой. Можно убегать сколько угодно, но рано или поздно встречи с прошлым не избежать. Плуто за столько лет интриг и шантажа, нажил себе немыслимое количество врагов, соперников и злопыхателей. Друзей  же можно посчитать по пальцам, а уж романтической истории у него считай, и не было. Впрочем, кого он обманывает отношений с противоположным полом у него не было не потому что он не хотел или им не интересовались. Вовсе нет. Просто была у него история, и сейчас эта история стояла прямо перед ним. Милая улыбка, такая же открытая, как и двадцать лет назад.Казалось,что время остановилось.  Первым порывом Хевенсби было вскочить, подойти и крепко прижать Кристиану к себе. Но..они расстались очень плохо, он предал её и  теперь не мог рассчитывать на тёплый приём. Плуто молча, рассматривал госпожу Межер. Как часто он представлял себе встречу с ней, сколько нежных слов хотел ей сказать. Вымаливать её прощение, стерпеть все наказания которым она бы его подвергла. Но это были только мечты. Набрав побольше воздуха в лёгкие, Хевенсби взял себя в руки. Лучшая защита это нападение. Тем более кто он теперь? Великий и ужасный манипулятор, руководитель восстания, разве может он позволить себе слабинку.
-Мисс Межер – кивком головы он ответил на её приветствие – или миссис? – почти невинный вопрос, но, сколько он значит, для Плутарха -Прошу проходите, присаживайтесь – он старается сохранить спокойствие, взмахом руки приглашая Крис сесть на стул.
- Это шутка, да? Ты не можешь быть командиром партизанского отряда одиннадцатого Дистрикта – он старается придать голосу насмешливые интонации.
Но прекрасно знает что это, правда, он воспитал из застенчивой почти дикой девочки элегантную, уверенную и бесстрашную женщину. Она олицетворение его победы, и теперь он точно уверен в успехе Революции. Кристиана Межер, как его талисман, единственная женщина, которую он любил, нет, не так, которую он до сих пор любит.
-Я впечатлён вашим движением – и всё- таки он нервничает, ведь они не виделись столько лет. Казалось он справился, забыл её, но стоило ей появиться на пороге его кабинета, Плуто понял, как сильно он скучал.
-Как ты жила все эти годы? – неожиданно спросил Хевенсби.
Он пытается скрыть своё волнение, переставляя канцелярские принадлежности на своём столе и с надеждой, ожидая её ответ.

Отредактировано Plutarch Heavensbee (2015-01-31 23:09:26)

+5

5

Сколько раз Кристиана представляла себе эту встречу, и в итоге сценарий полностью перешел в режим импровизации. Продуманные фразы вылетели из головы, стоило заглянуть в глаза сидящему за столом человеку, очертить взглядом благородную седину на висках, морщины у губ, задумчиво сведенные на переносице брови. Прошло двадцать лет, и глупо говорить, что оба не изменились. Изменились и еще как: повзрослели, постарели, посвятили себя Революции и напрасным попыткам забыть прошлое, которое отчего-то всплывало в памяти в неподходящие моменты - такие, как этот. Между ними выросла пропасть, преодолеть которую крайне трудно, да и нужно ли? Говорят, что прошлому не место в настоящем... если только это прошлое отпустило. А глядя на Плутарха, Крис чувствовала, как волной поднимается старая обида на предательство. И, возможно, подойди он к ней сейчас, заключи в объятья, она бы сдалась, но Хевенсби медлил, пытаясь скрыть нервозность, что позволило Кристиане глубоко вздохнуть и собраться с духом. "Ты пришла сюда по делу, не забывай", - напомнила она себе, занимая место в кресле напротив.
- Если бы я хотела пошутить, я бы выбрала другой способ, - женщина вернула Плутарху насмешку в голосе. - Нет, тебе доложили верно, я командую восстанием в Одиннадцатом. Не думала, что это время настанет, - она взяла со стола безделушку и повертела в руках: волнение Хевенсби передалось и ей. Сейчас их разделял только стол, и при желании можно было коснуться друг друга...
- Спасибо, - в голубых глазах Крис проскользнула грусть, - но своим успехом я обязана не одной сплоченности дистрикчан. И даже не победе Китнисс на последних Играх, - "Мы оба знаем, кто сделал из меня руководителя", - докончила она про себя, и, кажется, мужчина понял ее.
- Неплохо жила. У победителя довольно-таки интересная жизнь, особенно, когда узнаешь все прелести жизни в Капитолии, а потом сравниваешь с уровнем жизни в остальных дистриктах, - злые слова сорвались с губ сами собой, и внезапно Межер ощутила, как ее заполняет гнев. - По возвращении я узнала, что мои родители умерли, а брата расстреляли за преступление, которого он не совершал. Зато теперь мне некого терять, что представляет определенное преимущество в войне, не находишь? Как ты? И отвечая на твой предыдущий вопрос... я мисс. Ни разу не была замужем, представляешь? - разговор принимал нехороший оборот, но Кристиана ничего не могла с собой поделать. Ей хотелось схватить Плутарха за воротник костюма, трясти его, как куклу, в которую он превратил ее, сыпать ядовитыми словами и с упоением смотреть, как в темных глазах плещется боль и раскаяние. Потерев переносицу, женщина вздохнула: смысл? Они не друзья и давно не враги, к чему выяснять отношения теперь, когда волей-неволей придется работать вместе. - Мистер Хевенсби, я бы хотела уточнить у вас план дальнейших действий. Со мной прибыло двести человек, где они могут пригодиться?

+4

6

Спокойный и почти холодно-деловой тон Кристианы заставил Плуто придти в себя. Да она здесь по делу и это дело важно для него, ровно,  как и для всех жителей Панема. Лирика будет позже, а сейчас главное победить. Да, Хевенсби а жизнь то тебя ничему не научила. Один раз ты уже выбрал победу и потерял часть своей души. Можно оправдывать себя сколько угодно, особенно сейчас, когда от тебя зависят жизни миллиона людей. Но если ты сумел уничтожить жизнь у двоих, как ты можешь помочь остальным? Вот только сейчас не хватало превратиться в желе и испортить все, что с таким трудом построил. Плутарх делает глубокий вдох. Он почти спокоен.
-Мне очень жаль – почти шёпотом произносит он, смотря Межер прямо в глаза.
И как не странно, но именно встречи с её взглядом ему хватило, чтобы собраться и стать снова Серым Кардиналом , тем кого ходят видеть сторонники революции.
Он набирает, что- то на клавиатуре и на стене за его спиной загорается экран. Снова несколько не сложных комбинаций и на экране появляется схема.
-Это план дислокации всех вовлеченных в восстание жителей, - он даже не поворачивает головы, этот план он знает наизусть. – Двести человек это замечательно, чуть позже я напишу вам все рекомендации и поручения. А пока пускай ваши люди обживаются и отдыхают. Путь был не близкий.
Хевенсби изменился, за эти двадцать лет много чего случилось. Он научился заботиться о детях, и тому пример его гордость, его малышка Примавера. И пусть она только племянница , но это никогда не останавливало его в заботе и воспитании этой девочки. Теперь он умеет дружить, и спасибо Айдану за веру в него. Так может и Кристиана узнает его другим и у них ещё будет шанс стать ближе. Если и не суждено им быть вместе, то хотя бы друзьями они могут быть.
-Расписание приёма пищи можно посмотреть на пищеблоке, каждый день сразу после обеда собрание штаба, вам быть на нём обязательно – продолжает мужчина, почти монотонно.
Плуто поднимается со своего места, подходит к шкафу, открыв его, он вынимает маленький передатчик.
-Это на случай экстренного вызова, президент Койн первый канал, ваш покорный слуга третий, на втором экстренный вызов.
Он говорил, пока медленным шагом подходил к сидящей в кресле женщине. Поравнявшись с Крис, он протягивает устройство, и, отдавая его, как бы невзначай коснулся руки женщины.

Отредактировано Plutarch Heavensbee (2015-02-14 11:51:18)

+5

7

Она лишь кивнула на слова сожаления и перевела взгляд на занимавший большую часть стены монитор, на котором попеременно замигали разноцветные точки, обозначающие расположение войск, убежища, складские помещения с оружием и оцепленные (подсвеченные красным) участки. Все вместе было похоже на новогоднюю гирлянду из детства. О старых праздниках Америки, получившей позже название Панема, уже почти и не помнили. Отдельные истории передавались из уст в уста, вызывая у одних недоверие, у других - безумный смех. Какие праздники, о чем вы? В государстве, где не к месту произнесенная фраза могла стоить жизни и безымянной могилы затем, люди дышать боялись, не то что копаться в прошлом. Кристиана учила в школе Новую Историю Панема, знакомилась уже через много лет с историей настоящей, и все же до сих пор воспоминание об обрывке провода с цветными треснувшими лампочками - из стекла, не пластика - вызывало детские эмоции, пережитые однажды и не забываемые впредь. К чему она сейчас думает об этом?... Нестерпимо захотелось вдруг бросить все, перестать делать уверенные (потому что неуверенные не простят) шаги под тысячью сверлящих спину взглядов, обращенных за ответами и направлением. Как будто она их знает... Но чем выше твое положение, тем меньше прав на ошибку. "Интересно, а как дорого расплачивается Хевенсби? Или Сноу?.." Уж наверняка, подороже, чем она...
Плутарх между тем говорил об отдыхе для повстанцев, и Кристиана удивленно подняла бровь: с каких это пор главный мозг восстания начал заботиться о чем-то еще, кроме целей и фантомных недостижимых идеалов? "Ты о нем ничего не знаешь, как и он о тебе, - напомнила себе женщина. - А хочу ли я узнать?" - появилась встречная мысль, и над ней еще стоило поразмышлять.
- Хорошо. Спасибо, - обед - это замечательно. Едва ли не лучшая новость за сегодня для чудом выживших после обстрела дистрикчан.
Мужчина вынул из шкафчика передатчик и протянул Кристиане, сообщая, на каких кнопках кто отзывается. Их руки соприкоснулись, и женщина чуть заметно вздрогнула от пробежавшего по коже импульса - не сильного, но ощутимого, чтобы задуматься.
- Спасибо, Плутарх, - откинув со лба волосы, она поднялась с кресла. Их разделяла пара дюймов, но никто не делал попытки вторгнуться в чужое личное пространство. Чужое - потому что в реку одну и ту же дважды не войти. Или войти?.. - Я пойду.., - когда молчать больше не было сил, Межер направилась к двери, как сделала пятнадцать лет назад, уходя из жизни Серого Кардинала  Плутарха Хевенсби. Тогда он ее не остановил, а сейчас?..

+4

8

Говорят, что жизнь похожа на спираль, и рано или поздно, повторится то, что было уже когда-то. Плутарх не верил в сказки и не слушал других людей. Только вера в себя помогла ему достигнуть того величия, которым обладал мужчина. Но стоило ли оно того? Хевенсби окружен людьми и влиянием, но по сути своей одинок. В окружении друзей и приятелей ему одиноко в полном мире своих чувств. Хевенсби видит этот мир без прекрас, он чувствует его изнутри, и прекрасно осознает, что человек сам творец своей судьбы.
Когда-то давно ему казалось это хорошей идеей, заткнуть за пояс всех завистников, сделать что-то, что дается не каждому. Но знал ли Серый Кардинал, что взглянув однажды в ее глаза, поймет, что никогда в своей жизни больше никого не полюбит. Плутарх, как только мог, бежал от того, что разбивало его сердце и ранило душу. Все убежда себя, что это был спор, который ничего не значил, ни для него, ни для нее. Но почему тогда стало так больно, когда она ушла? И в сердце появилась пустота, которую некому было занять? Почему он не смог перестать думать о ней, когда Кристиана уже была так далеко? Почему каждый вечер засыпая представлял ее лицо, и только тогда мог спокойно уснуть?
Неужели в железном и неколебимом Плутархе Хевенсби до сих пор живет любовь, которая встрепенула израненными крыльями в тот момент, когда Межер перешагнула порог его кабинета. Неужели его израненное сердце еще способно любить и биться, отсчитывая секунды до следующей встречи? И что ему делать с тем, если это так?
Плутарх едва не повторил ошибку прошлых лет - едва не позволил ей снова уйти.
- Постой, - окрикивает ее Хевенсби, не зная, что сделать или что сказать. Будь он чуть проще, то сейчас бы уже заламывал руки, но это же великий и ужасный Плутарх. Надломленный и растеряный, он смотрел в ее спину, боясь, что если в этот раз дверь за ней закроется, то это навсегда. Плуто настигнул ее в несколько шагов, его руки сомкнулись на ее кистях. Хевенсби развернул женщину лицом к себе. Слова, которые были готовы сорваться с губ, так и остались не высказанными. Гораздо лучше слов человека характеризуют его действия. И подтверждая это суждение, Плуто поцеловал Кристиану.
Пусть через мгновение он получит по лицу за столь смелый и отчаянный шаг, но сейчас этот поцелуй был нужен ему, как глоток воздуха. Пусть это будет последнее, что свяжит между собой этих людей, но отступать уже некуда. Плутарх потерпел поражение в своей шахматной партии. Затеяв игру однажды он сам оказался жертвой собственных махинаций. Никогда нельзя играть чувствами других людей, ведь это может вернуться усиленным бумерангом. Не зная, что с ней, не зная, как она, он умирал каждый день, чтобы утром возрадиться вновь, чтобы снова заставить себя дышать и жить дальше. Жить дальше без нее. Но он так и не научился, не сумел, он существовал, плел свои паутины интриг и лжи, устранял завистников, обзаводился соратниками, и ждал, когда наступит день, который все изменит.
Всего один день, который будет концом или началом. Все зависит от того, что в понятие этого дня вкладывает его партнерша.

+3

9

Кристиана ждала, что Хевенсби окликнет ее, и все же от звука глубокого голоса с повелительными нотками - голоса, который и во сне натягивал нервы до предела - сердце заныло. Крис скучала, и это было фактом. Его можно принять или нет, воспользоваться при удобном случае  или позволить проплыть мимо, но никак не отрицать существование. Она напряглась, слыша быстрые уверенные шаги за спиной и гадая, что предпримет Плутарх, но и в мыслях не могла предположить, куда может завести мужчину желание удержать, особенно если мужчина этот - Серый Кардинал, мозг и сердце революции. А, возможно, не только могла, но и предполагала, предпочитая лгать самой себе. Так ведь проще, удобнее. И наверное поэтому, стоило рукам Хевенсби поймать ее запястья и повернуть к себе лицом, в глазах Крис появился вызов. Вздернув подбородок, она не отводила взгляда, чувствуя, как сердце-предатель выдает ее с головой, учащая пульс, что не мог не чувствовать Плуто. "Двадцать лет, Крис! Одумайся! Какие чувства могут пережить этот срок? - ужасался здравый смысл, и ответ приходил только один. - Настоящие?.." Вот уж действительно: лучше ложь, чем такая правда! "Этого еще не хватало..". - почти что с ужасом подумала Межер, но лицо ее по-прежнему было бесстрастно.
Хевенсби потянулся к ней, и через мгновение губы его коснулись ее губ, что хоть и ожидаемо, но все равно непривычно: давно Кристиану не целовали после десяти минут знакомства. Собственно, вообще ни разу. Но ведь Плутарха она знает давно, значит, этот раз не считается?..
Ощущая манящий запах его дорогого одеколона, смешанный с теплым дыханием, женщина как в тумане ответила на поцелуй в первые секунды, но после резко отстранилась. Водоворот эмоций бесновался внутри, и Кристиана буквально видела, как качается пол под ногами.
- Решительный Плутарх, предпочитающий действия словам! - она с горечью усмехнулась. - Только иногда слова нужнее. Я уже давно не твоя игрушка, чтобы ты делал со мной все, что вздумается, - острый взгляд, и лишь стук захлопнутой двери утихает в кабинете Хевенсби - последнее, на что хватило Межер до того, как по щекам покатились слезы обиды - на себя за слабость и на Плуто за то, что остался прежним, привыкшим властвовать и подчинять.
Коснувшись горевших после поцелуя губ, женщина огляделась по сторонам: погруженная в себя, она не заметила, как заблудилась в коридорах и попала в полузаброшенную часть здания, напоминавшую склад. Пока Крис вспоминала обратный путь, за спиной раздался знакомый звук закрывающейся железной двери. Кто бы не находился до того в помещении, сейчас покинул его, оставив лидера партизанского движения Одиннадцатого в ловушке.
- Прекрасно! - Межер перевела взгляд на зажатый в руке передатчик и решила, что сама найдет выход. Но спустя почти час блуждания по пакгаузу идея попросить помощи уже не казалась такой плохой. Плюнув на все, она нажала на кнопку, которая должна была оповестить Хевенсби о том, что их история еще не закончилась.

+3

10

Как часто мы совершаем глупости, и чем выше положение человека, тем больше его глупость. Плуто посчитав, что поступает правильно, снова всё испортил. Да, он воспитывал девочку, ломая её под себя, но девочка выросла. Крис стала другой, более жесткой, более недоступной. Но он сам виноват, ведь такой её сделал он. А как говориться что посеешь, то и пожнёшь. Дверь глухо хлопнула, и сердце Серого Кардинала сжалось от тоски. Она ушла, снова, и он снова не смог найти, как её остановить. Опустившись в кресло, он обхватил голову руками. Опять один, опять не нужный. Ее слова всё  ещё стоят у него в ушах. Как же так, он великий манипулятор Плутарх Хевенсби, ведущий людей в бой, воодушевляющий своими речами миллионы обездоленных и потерявших надежду, не смог найти и двух слов, чтобы остановить любимую женщину. Сейчас он чувствовал себя ничтожеством, надо было срочно брать себя в руки. От него зависят жизни этих людей и Кристианы в том числе. Он не может их подвести, не может подвести её, снова.
Дверь в кабинет распахнулась, Плуто с надеждой поднял голову
-А это вы – не самый радушный приём.
Коэн вскинув брови, испепеляет его взглядом
-Я велела вам придти – она почти кричит.
Хевенсби устало смотрит на женщину, как же ему достучатся до этой мадам, как ещё объяснить, что это он мозг, и она будет делать все, что он скажет, а не наоборот. Но он лишь слабо улыбается
-Когда я посчитаю нужным, тогда я и приду. До собрания руководства ещё два часа. Ему очень хочется выставить её вон, но пока она нужна им с Примаверой. Он уже собирался сказать ей  очередную колкость, но в этом миг ожил его передатчик. Взмахом руки он предлагает Альме молчать и нажав кнопку приёма сухо произносит
-Плутарх Хевенсби на связи
Голос, который он услышал на том конце, заставил сердце сделать сальто.
-Где ты? – лаконичный вопрос и вот он уже сорвался со своего места. Ему было абсолютно плевать, что ему вслед кричит Коэн, он почти бежал к месту, где возможно у него всё- таки будет шанс объясниться и попросить прощения. Вот она эта железная дверь, одно умелое движения и он открывает темницу Крис.
Она не была напугана, скорее растеряна.
-Мы можем поговорить? – с надеждой спрашивает Серый Кардинал. – Нам есть что обсудить.
И он прикрывает дверь, от любопытных взглядов и шпионских ушей. Теперь главное ничего не испортить, и возможно он заслужит, таки её прощения

Отредактировано Plutarch Heavensbee (2015-03-02 22:44:09)

+4

11

Знакомый голос на другом конце провода вернул уверенность, и Кристиана воспрянула духом: Плутарх мог быть неуступчивым упрямцем (как и сама Межер), мог проявлять граничащую с жестокостью черствость - или равнодушие, кому как нравится, но его слово всегда оставалось нерушимым. Этот железный человек с поистине олимпийским спокойствием взирал на мир, арену своих интриг, и всякий, на кого обращался взор его карих глаз, чувствовал себя словно под прицелом бластеров Миротворцев. Сила - вот первое,что приходило на ум при взгляде на Хевенсби. Сила характера, умение подавлять чужую волю, изощренный ум. Ореол теневой власти придавал ему опасности, и Кристиана не могла не признать, что ей нравится исходящая от Плутарха энергетика. Ожидая втайне найти опустошенного политикой и одиночеством мужчину, она нашла в нем прежнего гордого лидера-одиночку, все еще способного диктовать обществу свои условия. И после стольких лет разлуки в топе ее личных предпочтений Хевенсби занимал главенствующее место. "Хорош, черт", - не без удовольствия подумала Кристиана, вспоминая безукоризненно сшитый костюм, седину на висках и не по годам сильную и в то же время нежную хватку на собственных запястьях. Плутарх был идеален. Слишком идеален для неидеальной жизни мисс Межер.
- Прости за беспокойство. Это Крис. Я заблудилась и не могу найти выход, - ответила женщина передатчику. "Не Койн же мне звонить, чтобы она меня вытащила отсюда!" - оправдание годилось, все хорошо. И можно забыть про мысль, что о Президенте Кристиана вначале и не подумала. - Я не знаю, какой-то склад. И дверь закрыта с наружной стороны, - она для порядка дернула ручку.
Связь оборвалась, и Межер недоуменно уставилась на устройство. "Металл, конечно", - с досадой поняла она, пряча его в карман. Придется ждать, пока кому-то срочно понадобится банка с... "А что там, кстати? - вынув нож, Крис ловко вскрыла первый ящик и обнаружила в нем банки с консервами. - Хотя бы с голоду не умру".
Но с голода ей умереть не дали: колесо на двери закрутилось, и перед блондинкой оказался... Так точно, Плутарх Хевенсби.
- Спасибо, - искренне поблагодарила она, но мужчина не дал ей выйти, вместо этого шагнул в помещение и прикрыл за собой дверь, отрезая шумы снаружи.
- И что же нам обсуждать? - Кристиана скрестила руки на груди. - Мы уже все решили, нет?

+4

12

Пусть у меня на волосах
Лежит, не тая, снег,
Но ты, моя любимая,
Как прежде, лучше всех.


Плуто стоял, прислонившись спиной к дверям, и внимательно разглядывал женщину. Да, он сейчас возможно, самый могущественный человек в Панеме, но как мальчишка готов провалиться сквозь землю. Она права, о чём говорить. О том, что он сожалеет? Да, сожалеет, но не полностью. Ведь когда она ушла, он сфокусировался на политике и интригах, и благодаря этому достиг тех высот, которые сейчас имеет. А жертва, она всегда присутствует в нашей жизни. И тут кто, чем готов жертвовать. В его случае он положил на алтарь свою любовь. И только с годами Хевенсби понял, что предал не только себя, но и женщину, которая доверилась ему. И как теперь прикажите вымаливать у неё прощения? Ну, грохнешься перед ней на колени? И что? Она ведь не поверит в эту театральщину. Развернется и уйдёт, а что ещё хуже перестанет его замечать.
Плутарх продолжает стоять и их молчание затягивается. Надо что- то делать. Эх, Смарагдус, и как тебе это удаётся?
-Прости меня – он произносит эту фразу почти на одном дыхании, не уверенный даже что Крис её слышит.
И что теперь? Плуто проводит рукой по глазам и слегка взъерошивает свои волосы. Он нервничает, ещё никто и ни когда не видел его таким. Но ему всё равно, даже если Межер сейчас в нём разочаруется, он всё равно готов идти до конца.
-Я скучал – каждая фраза даётся ему с трудом – если ты думаешь что мне было не стыдно от того как я поступил. То ты ошибаешься.
Крис хотела, что- то сказать, но Плутарх взмахам руки попросил её промолчать
-Позволь я всё тебе скажу, а потом тебе решать, как поступить.
Хевенсби подходит к женщине почти вплотную, слегка прижимая её к коробкам с провизией.
-Я виноват перед тобой, поступив как подлец. Я не должен был спорить, не должен был играть тобой, как игрушкой. Начиная эту авантюра, я и подумать, не мог, что полюблю тебя – мужчина замолкает, вглядываясь в столь любимые им черты.
-Но так случилось, и это уже не изменить. Сожалею ли я об этом? Да,- он слегка отходит в сторону.
Хевенсби тяжело даётся всё то, что он сейчас говорит, и даже его осанка стала не такой прямой и не преклонной. Что порой с нами делают женщины? И как не справедливо с ними поступаем мы, мужчины.
-Ты вправе меня ненавидеть – его порыв погладить её по щеке так и застревает на полпути. Несколько минут Плуто стоит, молча, с поднятой рукой.
-Прости – произносит он и спешно покидает помещение склада, оставляя Кристиану принять решение.

+3

13

Прости, что долго(

Сказать, что Кристиана боялась ворошить прошлое, - значит промолчать. Или стать навеки немой, что, несомненно, имеет больше перспектив: уже никто не потребует исповеди в самых тщательно оберегаемых от воздействия извне прегрешениях. Плутарх молчал, и женщина чувствовала, как на руке приподнимаются наэлектризованные нервами волоски, а по спине пробегает холод (и вовсе не от металла, коим оснащен склад изнутри). Она не знал, к каким воспоминаниям привлечет ее Хевенсби, в какое слабое место ударит, желая вернуть - а в том, что пришел он исключительно по просьбе о помощи, верилось едва ли. Или Межер совсем уже перестала верить в отзывчивость и бескорыстность?.. Вполне возможно, учитывая, сколько ей лет. В сорок наивность - не то качество, которым следует гордиться.
И вот то, ради чего они здесь - прощение. Фраза звучит на одном дыхании - на выдохе Плутарха и на вдохе Кристианы - и словно с воздухом проникает вовнутрь, пробуется на вкус, как часом раньше позабытые губы Серого Кардинала. Он искренен, и это также пугает, ведь по негласным законам общения доверие всегда двустороннее. Как монета Панема с чеканным гербом Капитолия.
Хевенсби продолжает, и его слова повторяют мысли Крис, о чем она и хочет ему сказать, но он не позволяет. Он просит позволения сказать, однако его жесты не просят - требуют, собственнически забирают свое, и от того, как мужчина прижимает ее к стене, у Межер перехватывает дыхание. Не от боли, нет. От мучительно-приятного ощущения близости сильного, властного характера, которому хочется покориться. И все тот же запах парфюма кружит голову, а во рту пересыхает.
- Сожалеешь о том, что полюбил? - тихо произносит Кристиана, когда Хевенсби на миг умолкает.
- Ты вправе меня ненавидеть, - значит "да"? Но уточнить женщина не успевает: так и не дотронувшись до ее щеки, Плутарх ретируется, оставляя лидера повстанцев растерянно смотреть ему вслед. Он так боится ответа, что предпочитает бегство? Или ему важнее высказать копившиеся годами чувства и упреки, а на ее, Кристианы Межер, наплевать? Что вообще происходит в этой седовласой голове?! - последний вопрос, блондинка, кажется, даже произнесла вслух.
- Я тоже скучала, Плуто. И никогда не ненавидела тебя, - грустно улыбается она. Если бы мужчина дослушал, он бы знал, что бывшая победительница Игр много лет назад простила его и сейчас искренне рада встрече. - Не думаешь же ты, что я побегу за тобой сообщать все это?
Со вздохом Крис направилась к выходу, размышляя о горькой истине - ничего не изменишь - когда сбоку мелькнула чья-то тень. Инстинкты сработали быстро: она успела уйти в сторону, и лезвие распороло воздух в том месте, где секунду назад находилась ее шея. Развернувшись, Межер увидела мужчину в маске, которому, судя по всему, и была обязана заточением. Еще один выпад, и не исчезнувшие навыки - благо, Крис до сих пор держала себя в форме и тренировалась при первой возможности - помогли совершить обманный маневр, а после выбить нож. Но, к сожалению, удача не была в этот день на стороне женщины: в руке убийцы мелькнул пистолет. Первая пуля попала в контейнеры, а вторая - в левое плечо Кристианы, совсем близко к сердцу. Предатель шагнул к ней, готовясь сделать последний выстрел, и женщина, отступая, уперлась спиной в стену, осознавая, что дальше движения попросту нет.

+2

14

Хевенсби никогда не был трусом. А сейчас выходя со склада, он чувствовал себя таковым. Вместо того чтобы открыто глядя Крис в глаза сказать о своих чувствах, Плуто банально сбежал. Стыд заставил его остановиться, развернувшись на каблуках в сторону склада, Серый Кардинал собирался уже вернуться назад. Скрежет металла заставил его ринуться к месту, где он оставил любимую женщину. Он как никто знает, что значит этот скрежет. Подбегая к складу, он услышал звук выстрела. Сердце бешено билось, страх почти сковал его сознание, но вместе с этим пришла и ярость, ярость на того или тех, кто сейчас пытается отнять у него самое дорогое.
Нащупав в кармане комбинезона шокер и приготовившись его использовать, Плуто распахнул дверь. Картина, представшая его взгляду, заставила его издать рык и с этим самым воплем он накинулся на нападавшего. Два разряда надолго вырубили подлеца.
-Потерпи, родная – Хевенсби уже возле Крис.
Он пытается остановить кровь, оторвав рукав от комбинезона. Приложив ткань к ране, Хевенсби осторожно берёт Межер на руки. Бледность женщины заставляет его поторопиться.
-Смотри на меня, только не закрывай глаза. Говори со мной – всю дорогу до медблока, он как наседка не даёт женщине закрыть глаза и отключиться. И она как послушная девочка смотрит на него.
Он не замечает людей, которые попадаются на его пути, сейчас для него главное убедиться, что с Крис всё в порядке.  Он не может потерять её снова. Два солдата дежуривших на входе в медблок помогают открыть дверь.
-Склад номер 8 – сквозь зубы кидает он им.
Этого достаточно, что бы негодяя арестовали, а уж он отыграется на этом неудачнике.
Миссис Эвердин ничего не говоря, проводит мужчину в палату. И только положив Крис на постель, Хевенсби  позволяет себе расслабиться, и отходит в сторону, чтобы дать возможность женщине осмотреть Кристиану.
Он стоит в стороне и почти заламывает руки и  только после того как узнаёт что угрозы для жизни нет, выходит из палаты. Миссис Эвердин обещала позвать его, как только справиться с раной.

+2

15

Когда Кристиана только вошла в кабинет Плутарха, она думала, что сильнее и ненавидеть нельзя. Но, услышав его голос, заглянув в родные, несмотря на годы разлуки, глаза, ощутив искреннюю радость от встречи, поняла, что простила. По-настоящему. И сейчас, замечая его в дверях бункера, женщина облегченно выдохнула: поход к основателям Панема откладывался. Из-под пальцев бежала кровь, и, медленно сползая по стене, Межер успела подумать о пятнах на полу, так похожих на ржавчину. Она была еще в сознании и видела, как Хевенсби вырубил злоумышленника.
- Ты пришел, - криво улыбнулась она, пока мужчина отрывал рукав и зажимал рану, уже распространявшую холод по телу. - Черт, как вы следите за безопасностью, если предателям так легко проникнуть в бункер да еще и пронести оружие?! Куда смотрит Койн, - прошипела Крис сквозь боль. - А еще штаб-квартира!
Злиться было не лучшим вариантом, тем не менее блондинка злилась, и оправданно. Оплошность может стоить жизни десяткам, сотням жизням, нашедшим убежище в подземном городе. Это не говоря об информации, которую лазутчик наверняка "сливал" Сноу.
- Ставлю на то, что Капитолию уже известны планы вылазок и наступлений. Я обещала беженцам безопасность! - Крис схватила Плутарха за руку. - Это ты можешь спокойно смотреть в глаза тем, чьи родные погибли по твоей вине, а вот я - нет.
Казалось, тот не слышал ее, подняв на руки и кивнув прибежавшим солдатам на тело, которое позже подвергнет пыткам, и женщина устало прикрыла глаза: ей не хватало сил на разговоры. Голос Хевенсби пробивался как сквозь туман, заставляя разлепить веки и не отводить взгляда. Почему она слушает его? Очевидно, потому что чувствует: еще рано умирать. Все мы приходим в этот мир с определенной целью и, по мнению Кристианы, ее достигнута еще не была.
Новая отъезжающая дверь - и в нос ударяет резкий запах спирта. "Хеймитча бы сюда", - некстати приходит мысль о друге, не способном пройти мимо льющейся и самовоспламеняющейся жидкости с градусом. Незнакомая Межер медсестра суетится вокруг койки, доставая инструменты, и когда клещи проникают в рану в поисках пули, она сжимает зубы от боли: наркоз не успевает подействовать, дорога каждая секунда, ведь пуля застряла совсем рядом с жизненно-важными органами. Где-то на четвертой секунде Крис отключается и о дальнейшем исходе операции в полевых условиях может узнать лишь от очевидца - Хевенсби, которому мать Китнисс запретила тревожить больную некоторое время. Счет ему не ведется, но спустя несколько часов женщина с трудом, но открывает глаза: сильный организм не позволил сердцу остановиться.

+1


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Если пришла - смотри...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }