The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Run, Glimmer, Run


Run, Glimmer, Run

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

1. Название: Run, Glimmer, Run
2. Фэндом: ГИ
3: Участники: Bernd Weidung, Glimmer Janney
4. Место и время: Капитолий, дом Вайдунга, спустя несколько дней после взрыва на Арене
5. Краткое описание квеста: Бернд выполнил свои обязанности - дал в эфир всю информацию о взрыве, которую приказал Сноу. В глубине души мужчина горячо сожалеет о произошедшем, но ему приходится смириться. Спустя несколько дней Бернда возвращается домой, и обнаруживает, что в его дом кто-то проник.
6. Очередность постов: Диадема, Бернд.

0

2

Последнее, что я помню – мы собирались выследить эту курицу горелую из Двенадцатого, из которой давно пора было сделать отличный шашлык. Так мы ещё решили в тренировочном центре в Капитолии, мы это я, Марвел и Вторые. Только что-то пошло не так, хотя бы потому что девчонка пережила резню у рога изобилия, а ведь Мирта чуть её не прикончила, но кто бы мог подумать, что у курицы окажется такая быстрая реакция, и она смоется от Мирты; жаль, что мы тогда не могли всё время уделить её поимке, впрочем, ещё наверстаем упущенное.
Мы организовали лагерь с припасами у рога изобилия, взяв паренька из Третьего в союзники, кстати, это была отличная идея. Забыла, как его зовут. Неважно в общем-то, он сконструировал из мин у платформ мины, но уже охраняющие наши припасы, эх, жаль будет убивать такого талантливого техника, но что поделаешь, таковы правила игры, а пока он жив и не скитается по всему лесу в поисках пропитания.
А ещё меня с самого начала беспокоил Цеп – парень и Дистрикта-11, мы ему даже предлагали союз, но он отказался, впрочем, он всё равно не так раздражал, как шахтерка. Где это вообще видано, чтобы девка из угольного Дистрикта столько внимания получила? Да ещё и такого стилиста, нет, определенно она мне не нравилась. Определенно. Цеп тоже вызывал подозрения, но были ещё Вторые и Марвел, а вот здесь будет самое сложное, хотя кое-какая стратегия у меня уже имеется, но пока нужно сосредоточится на угольной и Цепе.
Всё шло по плану, кроме того, что мы до сих пор не нашли нашу «любимую» горелую курицу, зато к нам присоединился женишок – Пит, пекарь из Двенадцатого. Парень уверяет, что никогда не любил Китнисс (так зовут шахтерку) и это им навязал их ментор, этот пьяница Хеймитч. Ну не знаю, что-то вызывает у меня пекарь сомнения и подозрения, я говорила об этом с Марвелом, но в целом пока решили оставить его в живых, если что, прикончить всегда успеет и только от его поведения будет зависеть насколько это болезненно произойдет, а это может быть очень болезненно. И всё равно у меня какие-то нехорошие ощущения, не знаю, может быть из-за самой арены.
А ведь мы нашли курицу! Начался пожар, который и выгнал девчонку прямо к нам практически, признаться, нас тоже огонь слегка потрепал, но несильно. Мы бы её добили обязательно, если бы что-то не рвануло сверху. Взрывной волной меня отнесло на несколько метров, я упала в траву и отключилась. Очнулась с металлическим привкусом крови во рту, похоже я прикусила губу – так и есть, крови немного, но не слишком приятно. Голова трещит. Я с трудом поднимаюсь с земли, с волос сыплются мелкие камешки и ещё какой-то мусор, каждое движение отдается болью во всем теле. Где остальные, я не знаю. Рядом никого. Нужно идти, только я пока не знаю куда. Какое-то время блуждала по арене, кстати, это именно она взорвалась – интересно, как она могла рвануть? Хм, это действительно интересно, а ещё интересно, где же остальные? Неужели меня так далеко отбросило? Всё может быть.
Нужно идти к рогу, ведь так могут быть припасы еды, но с моей нынешней скоростью, я чую, что быстро не дойду и всё же стоит попытаться или не стоит? А если там какая-нибудь ловушка? Пресвятые алмазы, что делать? И как же у меня болит голова, пожалуй, полежу немного. Я устроилась прямо тут же, на мягкой траве и к собственному удивлению, уснула. Сны мне совсем не снились, а проснулась от сильной жажды, хорошо, что у меня была фляга с водой. Утолив жажду, решила выбираться отсюда.
Кажется, прошло несколько дней, не помню, да и я не считала. Спала где придется, питалась остатками того, что у меня было с собой. В результате моих скитаний, я оказалась на окраине Капитолия. Капитолия! Как я вообще до него добралась? Для меня самой это загадка, причем неразрешимая. Так как с собой у меня был нож, а мне нужно было хоть как-то слиться с толпой, мне пришлось напасть на какую-то женщину. Всего пара ударов в почки и всё, крови снаружи почти не было, а мне достался капитолийский наряд, хоть и не бизнес класса, но лучше, чем мои трибутские лохмотья, ба, да мне ещё и на фиолетовый парик повезло, а порывшись в её сумочке нашла косметику. Теперь я худо-бедно сойду за капитолийку.
У меня по-прежнему не очень хорошо с головой, а иначе я просто не могу объяснить, зачем полезла в чужую квартиру, причем не бедного района. Мне даже иногда кажется, что мои мозги живут каким-то странным режимом. Хорошо, что в квартире никого не оказалось, я хоть помоюсь. Кстати, замки я научилась вскрывать в Первом, дома ради баловства практиковалась на сейфах.
Я дожевывала ветчину из холодильника, когда услышала звук открывающейся двери…

+2

3

Кажется, в жестокость Капитолия невозможно поверить с первого раза. Я жил в этом городе почти полвека, и не задумывался об его жестокости. Мне это не к чему. Выполняю свою работу, вхож в высший круги общения. Мне не на что жаловаться. Волнения в Дистриктах начались уже давно. Отовсюду долетали слухи, словно Тринадцатый Дистрикт на самом деле существует, и именно он готовит восстание. Как по мне, люди просто устали от одинаковых ежегодных показов. Но, что делать мне, если Капитолий до сих пор неплохо зарабатывает на Голодных Играх. Как бы мне не хотелось, отменить их я не в силах.
Несколько дней назад случилось то, чего никто не ожидал. Вся ситуация вышла из-под контроля. Кажется, президента все так допекло, что он решил принять радикальные меры - взорвать арену, на которое еще находились дети. Не смотря на свои обязанности, я мало слежу за эфиром. Сам процесс убийства другого человека меня никогда не привлекал. Гораздо сложнее убить человека морально, используя только слова, и оставить его истекать внутренней кровью, а не той, что течет из ран. Кто-то бы назвал меня кровожадным, но я всего лишь подстраиваюсь под общество, в котором нахожусь.
Несколько дней кампания работает в усиленном режиме. Мы даже забыли, что такое идти домой и отдыхать. Нужно было показать людям нашу правду. Ту, которую приказывает президент. Никто не спорит. Все на столько шокированы, что нет сил возражать, и нет никакого желания отправиться за решетку в тот самый миг, когда будет сказано слово против правителю Панема. Но буря стихает, всего лишь затишье, и я отпускаю несколько человек домой, себя в том числе. Остальные остаются дежурить.
Уже подъезжая к дому, я чую неладное. У дверей замечаю царапины на дверном замке. Ко мне кто-то проник. Несмотря на то, что я прекрасно понимаю, что преступник, вероятно, еще в доме, я не кричу на всю улицу, прося о помощи. Даже не обращаюсь к миротворцам, патрулирующим недалеко. Просто толкаю дверь и оказываюсь в своей прихожей. А дальних комнатах горит свет. Взяв в руки зонтик с тяжелой рукоятью на манер оружия, продвигаюсь медленно по коридору в сторону кухни, откуда доносятся звуки. Толкаю дверь и замираю с занесенным зонтом.
На меня смотрят не напуганные, но обозленные глаза. Так и стою, боюсь шевельнуться. Осознание того, что передо мной выживший трибут, приходит сразу. Значит, одно мое неверное движение, и я буду трупом валяться на пороге кухни. Опускаю нож, глубоко вздыхаю, и замечаю.
- Лучше с хлебом, сытнее. И можно запить соком, он на дверце. Или я могу сделать чай, - хуже не будет, если я позволю ей поесть. Чтобы она не предприняла сейчас, в следующий миг она окажется в лапах миротворцев, которые с ней любезничать не будут. Прислоняю зонт к стене, и с деланным спокойствием прохожу мимо девочки, открываю холодильник и достаю остатки завтрака, которые можно разогреть. Вся соль прислуги в том, что они готовят ежедневно, ожидая хозяина в любой момент. Но я снова звоню домой и говорю, что не приду, и они уходят. Именно поэтому, моя гостья оказалась здесь незамеченной. Разворачиваюсь от холодильника и пристально рассматриваю ее лицо. - Ты очень похожа на одну мою знакомую, ее звали Кашмира.

+2

4

У меня чуть кусок ветчины не застрял в горле, когда мужчина зашел на кухню. Мне нужно было решить в считаные секунды – резать ему печень или пока не стоит? Внимательно слежу за всеми его телодвижениями, чтобы в случае чего немедля убить. Пока он не выражает особого страха или агрессии, может быть выжидает? Такой вариант возможен. Вместо всего этого, мужчина предлагает мне взять сок из холодильника, ага, нашел дуру, чтобы ударить меня по голове, как только отвернусь за соком. Помимо сока сделано ещё предложение чая. Он в себе чертовски уверен, и мне это не нравится. Мне это определенно не нравиться, сейчас уже вопрос стоит так: убить или не убить его? Я его не знаю, может капитолийская шишка? По крайней мере апартаменты весьма и весьма неплохие, а с другой стороны здесь нет охраны вроде бы и прислуги тоже. Странно даже.
Может всё-таки перерезать ему глотку, это же легко, так же легко, как разрезать пополам яблоко, уж я-то знаю. Я знаю, потому что перерезала глотки двум трибутам на арене и это было легко. Будет так же легко. Я уже двинулась в сторону мужчины, кстати, а может надо было спросить его имя? Ну чтобы хотя бы знать, кого я собираюсь убить, наверное, это странно, но не хотелось бы безличия полного и бесповоротного.
Кашмира. Он знает мою кузину Кашмиру, это меня остановило. Не должно было, ведь в Капитолии Кашмира достаточно известная личность, всё-таки победительница голодных игр, ментор от Первого, в общем неудивительно.
- Похожа, да, - протянула я. Мне стало любопытно, он узнает во мне трибутку с последних игр или нет? Думаю, узнает. – Мы с сестрой похожи, вернее с кузиной. - А мы с ней действительно похожи, разве что у меня зеленые глаза, а у неё синие, в целом же сходство имеется, на этом даже была сделана ставка ради выигрыша.
Всё же я думаю, что он меня узнал, не знаю почему, но думаю, что так и есть. Впрочем, доля ошибки всё же возможна, как всегда и везде, этот риск сегодня не то чтобы оправдан, но и хуже не сделает, во всяком случае мне так кажется.
- Кажется мне был предложен чай.
Я уселась на стул и не спускала глаз с мужчины, на всякий случай. Мне определенно не хватало чая, в последнее время приходилось пить только простую воду и это ещё везение, что, хотя бы вода у меня была, иначе мои дела были бы совсем плохи.
- Ты кто?
Мне действительно любопытно, кто это передо мной сейчас? Тем более с таким спокойствием.

+1

5

Совсем нелегко сохранять мнимое спокойствие, когда внутри страх разъедает душу. Признаться, я всегда старался держаться в стороне от насилия, но передо мной сидит выжившая трибут. И в ее глазах я вижу такой же страх, и еще отчаяние. Я тот, кто сейчас решит и ее и свою судьбу. Стоит мне только дать оповещательный знак, как тут будут миротворцы, но я это вряд ли увижу. Конечно, можно попробовать успеть укрыться, но что-то я сомневаюсь, что в моем возрасте есть хоть какое-то преимущество перед ее.
- Кузина, - повторяю я. На столе рассталвены буттерброды, где-то еще должно быть сладкое. - Мы виделись пару раз. Симпатичная особа, и я сейчас не про внешность говорю.
Кашмира оставила свой отпечаток в моей жизни. Не уверен, что смогу забыть ее. ДУмаю, я такой не один. Она яркая, запоминающаяся. Думаю, Диадема могла бы стать такой же, если бы не обстоятельства. С трудом, но заставляю себя повернуться к ней спиной. Тот факт, что она не убила меня сразу говорил о том, что она так же сомневается.
- Я должен буду сообщить, понимаешь? Взрыв Арены. Все трибуты должны были погибнуть, - не оборачиваюсь, ставлю чайник на плиту, и завариваю свежий чай. Упираюсь ладонями в край плиты и смотрю перед собой. Во мне снова борятся два противоречивых чувства: я должен сообщить,и я знаю, что ее убьют. Я не могу сообщить, потому что ее убьют, а она ребенок. Пусть уже и совершила несколько убийств на Арене. Я был вынужден видеть это, когда монтировал эфир. -Хотя, судя по тому, что миротворцы патрулируют улицы, и каждые два часа заглядываютв дома, подозрения, что кто-то выжил у них есть.
Когда вода в чайнике закипает, я завариваю два крепких чая в больших кружках. Ставлю их на стол и сажусь на против девушки. Она голодна, исхудала, на лицо видимые повреждения от взрыва, и еще что-то она добавила, когда пыталась выбраться. Мне ее жаль, но у меня есть долг. И я буду вынужден его исполнить, но никто не говорит, что прямо сейчас. И все же я твердо решаю помочь ей, хотя бы постораться. Для Кашмиры.
- Я? Это все очень сложно и не интересно, - вожу пальцем по ободку кружки. - Меня зовут Бернд. И ты не можешь долго остваться здесь, но пару дней...думаю, если ты побудешь здесь несколько дней, чтобы отдохнуть и собраться с силами...
Мне не дают договорить, в двери кто-то стучит, сильно, настойчиво. Смотрю на нее, словно боюсь, что она нападет на моего гостя. Выхожу из кухни, а потом возвращаюсь.
- Спрячься. На втором этаже вторая дверь справа. И кружку с собой прихвати, - после этого скрываюсь в прихожей. Конечно, это были миртоворцы.
- Мистер Вайдунг, обычный патруль, вы позволите? - как будто я могу сказать "нет". Они проходят через прихожую, заходят на кухню, словно знают, что я кого-то прячу. На столе всего одна кружка и тарелка с парой буттербродов.
- Очень устал после работы, - замечаю я. Главный в патруле оборачивается, согласно кивает.
- Если будет что-то подозрительное, обязательно сообщите.
- Конечно, -заверяю я мужчин, и выпроваживаю их. После поднимаюсь на верх. Она в моей спальне. - Удивительная вещь, хозяйская спальня, почему-то сюда заходят меньше всего.
Присаживаюсь в кресло возле журнального столика.
- Так, что ты планируешь делать, Диадема?

+1

6

- Симпатичная особа, - повторяю я. – Да, очень.
К чему он заговорил о моей кузине? Мне это не то чтобы не нравится, но как-то странно. Кашмира и правда очень красивая девушка, впрочем, у нас это семейное. Кем он был для неё или она для него? Просто красивая девушка, а он мне сейчас заговаривает зубы? Самый вероятный вариант. Не спи, Диадема, смотри за ним в оба, а то не успеешь оглянуться, как он позовет охрану или миротворцев. Наблюдаю за тем, как он ставит чайник на плиту, а ещё говорит. Говорит о том, что трибуты не должны были выжить. Никто. Это откровенный намек. Живой меня никто не выпустит, только вот незадача – этого я прихвачу с собой на тот свет.
- Сообщишь и твоя жизнь закончиться сразу же, - уже говорю я. – Никто и не выжил, разве нет? И меня здесь нет. Сделай вид, что я плод твоего воображения, галлюцинация после морфлинга.
Я беру кружку с обжигающе горячем чаем и задаюсь вопросами относительно мотивов этого человека. Он мне говорит, что должен донести, но никаких телодвижений для этого не делает, зато поит меня чаем. Зачем ему всё это? Банальный страх, что я перережу ему глотку в этот же момент? Вполне может быть. Он же капитолиец, а капитолийцы храбростью не отличаются.
Зато я узнала, что зовут его Бернд – больше он о себе ничего не рассказал, впрочем, это не так уж и важно для меня, куда важнее выбраться из всего этого дерьма живой. Хотя бы живой.
Предложение провести несколько дней у Бернда вызывают подозрение и желание остаться одновременно. Мне нужно отдохнуть и хорошо бы спокойно поспать, хоть немного. Я устала, я правда очень-очень устала, ведь после взрыва арены, у меня не было нормальной возможности поспать, да даже банально принять душ и уж точно не ела ничего горячего.
И всё же мне нужны ответы на вопросы: что же случилось с ареной? Почему произошел взрыв? Выжил ли ещё кто-нибудь, кроме меня? И если да, то где сейчас Марвел? Все вопросы готовы сорваться с языка, как вдруг постучали в дверь – я вздрогнула и уже была готова перерезать глотку любому.
Бернд просит меня спрятаться в спальне. Уж не ловушка ли это? Впрочем, у меня нет времени проверять прямо сейчас, поэтом решаю за благо последовать его совету и прихватив кружку, скрываюсь в недрах квартиры. Уже сидя в его спальне, я слышу голоса и судя по всему они принадлежат миротворцам.
Он меня не выдал. Мог бы, но не выдал. Да кто он вообще такой!? Почему миротворцы не пошли с обходом квартиры? Они обычно не церемонятся. Чтобы Бернд ни говорил, а он не так прост, как хочет казаться.
- Ты меня не выдал, почему? – Спрашиваю я, когда Бернд появляется в спальне. – Я не знаю, правда не знаю. Мне нужно затеряться, переждать всё это. Вроде даже получается пока что. – Показала на фиолетовый парик, который здорово помогал маскироваться. Всё же стоило остаться на окраине Капитолия, по крайней мере там было легче затеряться. – Что вообще происходит? Почему взорвалась арены и за что нас хотят убить? Мы же просто трибуты и всё.

+1

7

Мы находимся в моей спальне, но в воздухе нет опасности, нет возбуждения. Мы просто сидим друг против друга: она на моей кровати, я в кресле у журнального столика. Закинув ногу на ногу, я ставлю блюдце с чашкой на свое колено и рассматриваю ее. Она задет логичный вопрос, но вот беда, у меня нет логичного ответа. Сам не знаю почему я открыл дверь и вошел в свой дом, а не позвал патрульных, как только заподозрил неладное. Не знаю, почему, когда патруль пришел в мой дом, вместо того, чтобы выдать ее, я лгал миротворцам. Поэтому просто жму плечами.
- Не знаю. Считай это жест миролюбия. - делаю небольшой глоток малинового чая. Привкус косточек тут же оседает на языке и зубах. Киваю головой в сторону парика. - Надеюсь, ты его просто украла, иначе патрульных на улицах станет еще больше.
Может, правда, стоит ее выгнать, пусть сама разбирается? Или позвать миротворцев? Но что-то подсказывает мне, что Диадема не будет арестована, ее убьют на месте. Ее не должно быть, не должно существовать в этом времени.
- Я не смогу прятать тебя вечно. Через пару дней тебе придется уйти, - и все же я принимаю решение в первую очередь, как человек. Уже потом я буду думать, как капитолиец, что не выискал в этой ситуации выгоды для себя. Но это будет потом. Возможно, я буду страдать, но недолго. Я быстро найду способ, как скрыть факт пребывания в моем доме погибшего трибута. Дженей более разговорчива, чем ее кузина. Снова делаю глоток, и задумываюсь над ее вопросами. По началу мне казалось, что я смогу быстро дать ответ, не задумываясь. Но нет.
- Не знаю. Правда, не знаю. В столице объявлен комендантский час. На работе ходят слухи, что мятежники подняли восстание, и именно по этой причине взорвали арену. Ходят слухи, что именно мятежники...случайно... - я не верю в случайности. Ни одна случайность не случайна априори. Расположение арены знали только члены распорядительской комиссии, и я в том числе, будучи одним из них. Я твердо знаю, что никто из нас не разглашал местонахождение, что сомневаюсь, что мятежники смогли бы найти ее. Полагаю, это сделал Сноу, но зачем? - Несколько дней назад в эфир пустили обращение президента с просьбой о прекращении бунтов и мятежей. Увы, это обращение не возымело эффекта.
Мог ли Кориолан Сноу приказать убить всех, кто был на Арене? Конечно. В сущности, эти дети и так все мертвы, только один выходит победителем. Но Сноу смешал все карты.
- Или же это был сам президент,желая снова подавить восстание. Бей своих, чтобы чужие боялись, - высказываю свое предположение, не думая о том, что передо мной все же ребенок. Я всегда выбирал тактику поведения с людьми, как с себе равными. - Как ты выбралась? Как удалось выжить?
Это не праздный интерес, просто думается, эта девочка родилась под счастливой звездой. И у нее все получится. Просто надо решить, что делать, ведь здесь она оставаться не может. Я не могу выдать ее за свою родственницу, ибо попросту не имею не детей, не племянниц. Да и ее лицо уж слишком знакомо, спасибо Цезарю Фликкерману.

+2

8

Просто украла? Он сам-то верит в эту надежду? Увы, но парик не просто украла – мне нужен был не только парик, но и одежда, всё-таки те лохмотья, а за время скитания моя трибутская одежда превратилась в откровенные лохмотья, тем более приметные лохмотья. В общем выбор у меня был невелик и это ещё повезло, что меня на окраине явно за бродяжку приняли и не узнали во мне недавнюю участницу игр, но рисковать и дальше своим везением, было уже рискованно, гораздо рискованнее, чем перерезать горло той женщине, а так там типа банальное ограбление. И Бернд ещё спрашивает: я надеюсь ты его украла? Да, конечно, я его просто украла… с трупа. Впрочем, вслух этого лучше не говорить, чую, что он может быть мне ещё полезен, даже если это будет всего два дня.
- Я его нашла, - уклончиво ответила.
А что? Это почти правда, я его действительно нашла на голове женщины, о нюансах лучше умолчать для его и своего спокойствия.  И всё же мне он кажется странным человеком – вот так вдруг, ни с того, ни с сего помогать незнакомой девчонке, даже ещё и потенциально опасной, даже если не рассматривать вариант того, что я его могу прибить на месте, так он сам может вляпаться за пособничество мне, а Сноу, говорят, скор на расправу, достаточно вспомнить уровень казней и легион безгласых.
Долго мне здесь не пробыть, оно, наверное, и к лучшему, в конце концов я действительно могу здесь постоянно прятаться, вот только пока плана у меня нет. Может быть стоит вернуться на окраину и где-то там затеряться? Навык убийцы у меня есть, даже и не пропаду там первое время, а так как-нибудь устроюсь. Вот только с внешностью нужно что-то делать, одним париком не обойдешься, хорошо бы где-нибудь раздобыть пластический грим, так будет проще маскироваться.
- Что!? Мятежники нас взорвали?! Да такого быть не может! – Я не верю ни единому слову официальному вранью правительства, вот как нас могли взорвать мятежники? Да там такой уровень безопасности, что комар носа не подточит, а тут просто так взяли и взорвали. – Что-то здесь нечисто
Оказывается, пока мы гонялись за курицей горелой по всей арене, стал назревать мятеж и не сказать, что я очень уж удивлена, только вот мы-то чем помешали? Хотя… нашу гибель решили свалить на чужие плечи и паззл стал собираться воедино. Зато я теперь знаю, чем займусь после того, как покину Бернда.
- Вообще без понятия, что произошло. Я помню, что был огонь, и мы гнали Китнисс Эвердин, ещё чуть-чуть и мы бы её прикончили, а потом прогремел взрыв – больше ничего не помню, кажется меня взрывной волной отнесло на несколько метров, а когда я очнулась, то рядом никого не было. Похоже, не только я выжила.
Машинально допиваю чай и обдумываю полученную информацию о том, что же случилось. Было ли это спланировано заранее или чистой воды экспромт? Кто ещё выжил из трибутов и если есть выжившие, то где они сейчас? Голова идет кругом.
- Ты сказал, что я могу побыть у тебя пару дней? Тогда ты не будешь против, если я приму душ?
А душ мне сейчас, ой, как необходим, несколько дней на арене, плюс скитания не пойми где, не добавляют мне красоты и благоуханий.

+1

9

Я ей не верю, но ни меня, ни ее это не волнует. Мы просто принимаем тот факт, что это случилось, и мои нотации здесь ни к чему. Да и какое право я имею осуждать ее? Что делал бы я на ее месте? Не выжил. Вероятно так. Мне знакома медицина, мне знакомы яды, но вот в выживании я не преуспел. Как-то не думал об этом, наслаждаясь богатой жизнью Капитолия.
Никогда не лелеял ложных надежд, касательно победителей или тех же трибутов. В большинстве своем они убийцы, хладнокровные, беспощадные, какими бы хорошими они не были людьми, это ничего не меняет.
- Грядет что-то серьезное, громкое. Как только прогремел взрыв многие, кто были в Капитолии на главной площади спонсоров, оказались арестованы. Некоторые уже растреляны. Думаю, нельзя отмахиваться от мысли, что назревает конфликт, - так думаю я и еще несколько человек, но президент Сноу считает, что все держит под контролем. Многие, кого я знал, оказались под прицелом миротворцев, обвиненные в преступлении против государства. И эти люди говорили, что Тринадцатый поднимет с колен весь Панем. Как бы глупо это не звучало, мне было страшно осознать, что Плутарх Хевенсби на стороне тех, кто верит в Тринадцатый. И его вера просто убийственна. Этот человек умеет управлять и манипулировать людьми, именно поэтому у его "революции" столько сподвижников. Качаю головой.
- Несколько дней после взрыва мы давали только сообщения Президента. А Миротворцы патрулируют город, не было сообщения о том, что трибуты вообще выжили. Вы не должны были, понимаешь? - тошно от этой мысли. Они ведь дети. Всего лишь дети. - С другой стороны, зачем столько патрулей, если мятежники сбежали, а другие - уже сидят в тюрьме. Тогда получается, что ты права. И ты не единственная, кто выжил. И что ты будешь делать, куда пойдешь?
Согласно киваю. Я сам решил показать себя радушным хозяином и предложил девушке остаться у меня на пару дней, пока она залечит раны. Поднимаюсь с кресла и показываю дверь у окна.
- Конечно. Я поищу что-нибудь из одежды. Кажется в гостевых комнатах можно найти что-то подходящее, - отхожу к дверям. Мне понятно, что ей придется занять мою спальню. Все в Капитолии знают, что я живу один. Свет в других окнах может вызвать подозрение. Пожалуй, мне будет лучше расположиться в кабинете и отказаться от использования верхнего света. В дверях оборачиваюсь. - Не хочу быть понятым превратно. И мои прикосновения к тебе могут так же оказаться превратным. Я немного смыслю в медицине, оставлю на тумбочке баночки с мазями. Они помогут залечить раны и порезы. И еще...когда примешь душ, постарайся немного поспать, ты выглядишь измотанной.
Выхожу из комнаты и направлюсь на поиски одежды. В гостевых комнатах много вещей, но все они не подходят. Трачу добрых двадцать минут, чтобы найти штаны из мягкой ткани и белую рубашку по размеру подходящую девушке. Что ж, столь юных особ в своем доме я не принимал уже очень давно. Возвращаюсь в спальню - Диадема еще в ванной комнате - оставляю вещи на кровати и снова прикрываю дверь. Спускаюсь вниз и снова завариваю себе чай. Надеюсь, она воспользуется моим предложением поспать, а я пока приготовлю что-нибудь на ужин. Перекус - это здорово, но у нее растущий организм. Мое стремление о ком-то заботиться, может выйти для меня боком, но все равно не нахожу в себе и одного повода выставить девушку на улицу.

+1

10

Конечно я понимаю, что не могу здесь остаться надолго, но хотя коротенькая мне не помешает, даже нужна – нужно подумать, что делать дальше? Вариантов немного: затеряться на окраине Капитолия и шансы, что меня поймают достаточно высоки и всё же, как вариант можно рассмотреть, второе – попробовать найти оставшихся в живых трибутов, что почти невыполнимо, третье – попытаться убраться из Капитолия и затаиться где-нибудь в лесах – поганый вариант, если честно. Голова идет кругом. Я даже толком и не отлежалась после того взрыва.
- Я подумаю об этом чуть позже, пока мне хотя бы душ хотелось принять, всё-таки несколько дней на арене и скитаний после… - Да чудо, что от меня ещё не смердит, как от скунса, но ещё пара-тройка таких дней и завоняю. – Спасибо, - кое-как выдавила из себя. Всё же Бернд капитолиец, но помогает мне. – Последую твоему совету: приму душ, намажусь мазью и постараюсь поспать. Отдых мне сейчас не повредит.
За Берндом закрылась дверь, я немного ещё постояла в его спальне и пошла в душ. Теплые струи воды смывали всю грязь, которая налипла ко мне за время бродяжничества – было чертовски приятно смыть её с себя, если бы можно было решить остальные проблемы так просто.
Он ведь что-то ещё знает, чувствую, что знает. Может быть завтра или послезавтра будет более разговорчив? Если бы хотел меня сдать властям, то уже сдал бы во время обхода миротворцев. Стоит только вдуматься! Миротворцы ходят по домам капитолийцев! Так разве вообще бывает? Оказывается, бывает. Видимо дело совсем плохо, раз пошла такая пьянка, плюс массовые казни. Стул под Сноу загорелся – ему стоит догореть до логичного завершения. Давно пора.
Наконец-то отмывшись, а мне казалось, что я буду вечно смывать всю эту грязь, я просушила волосы феном и надела висящий на вешалке халат. На столике меня уже дожидалась мазь. Открыв банку, пробно смазываю рану на ноге – вроде лучше. Зачерпываю ещё мазь и начинаю обрабатывать остальные раны и ссадины на теле, коих оказалось предостаточно. Странно, но до сегодняшнего вечера, я не особо их замечала, а сейчас, глядя на себя в зеркало, понимаю, насколько крупно повезло и повезло, что всё без осложнений.
Замечаю на кровати рубашку и штаны – то что мне сейчас нужно. Снимаю халат и облачаюсь в принесенные Берндом вещи. Оно куда приятнее, чем вещи снятые с трупа, хотя особой брезгливостью я не страдаю и всё же. Всё же нужно поспать, хоть немного. Только голова моя коснулась подушки и всё, тут провалилась в крепкий сон. Мне снилась арена: снова гонимся за Эвердин и взрыв, только теперь вижу как бы со стороны – огонь, дым и кровь.
Проснулась уже только утром, поначалу даже сразу не поняла, где и нахожусь, только потом вспомнила, что залезла в чужую квартиру и сейчас здесь же валяюсь в кровати.

+2

11

У меня выдались трудные дни. Я укрываю у себя человека, которого разыскивает едва ли не весь Панем. Не ее одну, конечно, но все же. Мне кажется, что мир сошел с ума. Она всего лишь ребенок. Пусть она сознательно шла на Голодные Игры, пусть убивала, но все же это было по принуждению. На деле Диадема всего лишь ребенок, который хочет жить. Понятное дело, что житья в моем доме у нее не будет. Рано или поздно миротворцы что-то заподозрят, и я не смогу придумать отговорок, чтобы не впустить их в дом. Нужно было что-то придумать, но выгнать ее из дома на произвол судьбы мне не позволяет совесть.
У меня не было своих детей. Так сложилась жизнь. Ни одна женщина не проникла в мое сердце, чтобы я захотел создать семью, а с остальными я был предельно осторожен. У меня не было племянников, по крайне мере, чтобы они были мне известны. Наверняка, где-то ходит продолжение рода Вайдунгов, а может быть, и нет. Но дело даже не в этом. Я все же достиг того возраста, когда пора бы уже и дерево посадить, и дом построить, и сына воспитать. Я защищал Диадему не потому, что считал ее невиновной, а потому что я хотел защищать хоть кого-то.
Я вернулся утром спустя несколько часов после своего ухода. Узнал последние слухи и договорился о возможности побега для Дженей. Я сильно рисковал, но все, что происходит в Капитолии в данный момент, мне не нравится. Приготовил завтрак для двоих, не торопился подняться наверх и разбудить свою гостью. Пусть выспится.
К тому моменту, как Диадема спустилась на кухню, я уже читал свежий выпуск газеты, попивая малиновый чай.
- Доброе утро, - глянул на нее поверх газетной страницы. Выглядит намного лучше. Синяки почти сошли, сильные раны затянулись и стали походить на царапины. Ссадины местами исчезли, местами оставались. Но больше ее вид не привлекал к себе внимание. - Выглядишь намного лучше.
Поднимаюсь из-за стола и накрываю на стол. Не спрашиваю ее, как будто такой завтрак у нас происходит каждый день. Раскладываю по тарелкам яичницу с беконом. Мне, правда, было лениво делать что-то более существенное. Наливаю ей домашний лимонад, а сам сажусь напротив.
- Я был сегодня в центре. Ты права, ты не единственная, кто выжил. Не знаю, где сейчас твои друзья или враги, но город весь бурлит от сплетен на этот счет. Все несут информацию в центр миротворцев, рассказывая где и кого они видели. - отправляю в рот кусочек бекона и пережевываю ее. - Тебе нельзя здесь оставаться, чтобы мои соседи не успели растрезвонить, что у меня кто-то есть. Но и отпустить сейчас я тебя не могу. Это равносильно смерти.
По правде сказать у меня нет плана. Точнее он есть только в теории. На практике я не уверен, что все получится.
- У меня есть пара знакомых. Они возят еду на границу Капитолия. Они любезно согласились назвать мне место и время своей стоянки в городе. Но я все равно не знаю, что ты будешь делать дальше. ДУмаешь, в Дистрикте вам будут больше рады?
Конечно, ее привезут к границе с Первым, и думается, Диадема считает, что они ее укроют. Она еще не знает, какие массовые беспорядки, а следовательно и расстрелы происходят в дистриктах едва ли не каждый час.

+2

12

Как бы мне не хотелось поваляться ещё в кровати, но нужно было вставать – итак задержалась, впрочем, пока ещё могу побыть здесь, передохнуть и обдумать свои дальнейшие действия. Дальнейшие действия, только мыслей пока у меня нет. Снизу доноситься запах жарящейся яичницы, голод тут же дал о себе знать в виду урчания желудка, так что я поспешила спустится на кухню к Бернду
- Доброе утро, - ответила я на приветствие. – Да, мне помогла твоя мазь, плюс здоровый сон, у меня давно не было такой возможности нормально поспать.
Усаживаюсь за стол напротив Бернда, а мысли заняты едой на тарелке, ведь помимо нормального сна, я ещё была лишена нормального же питания, даже на арене питалась хорошо. Всё просто: мы, профи, захватили все припасы себе и поэтому не знали чувства голода, да и в Первом мы хорошо питались. А вот после взрыва для меня настали тяжелые времена и в плане провизии, что-то нашлось у меня в рюкзачке, впрочем, той еды было немного, а в Капитолии пришлось заняться подворовыванием – риск колоссальный на самом деле. Я сейчас сижу и думаю: каким чудом до сих пор не попалась? Это придает силы и оптимизма. Помимо оптимизма, ещё и еда, на которую я чуть ли не набрасываюсь с голодухи.
- Сколько же я проспала, что ты успел в центр скататься? – удивляюсь я. Даже не знаю, чему больше: собственной отлючке или оперативности Бернда. – Ты не знаешь, кто ещё выжил? Какие там друзья, друг только один – мой земляк. – Вот именно он меня интересует, жив ли Марвел остался? Хочется верить, что и ему удалось выжить. – Они несут ложную информацию, не так ли? Ведь если бы кого-то из выживших трибутов поймали, то это стало бы уже известно. Ты уж извини, но капитолийцы, не особо умный народ. Я несколько дней прожила на улицах Капитолия и ничего, никто и не заметил, хотя может у меня прирожденный талант к мимикрии, - вяленько пошутила.
В каждой шутке есть доля истинны – меня ведь действительно никто не узнал, хотя сложно было узнать в оборванке, которая вчера смотрела на меня в отражении зеркала, красивую трибутку из Первого. О, я лишена скромности на свой счет и знаю, что весьма красива, так вот все эти скитания немного приглушили красоту ровно настолько, насколько это было нужно, чтобы оказаться неузнанной, но не изуродованной, чтобы это оказалось непоправимо в будущем.
- Вы тут подглядываете друг за другом? – Я спросила только потому что он упомянул не в меру любопытных соседей. – Разве ты не можешь завести себе женщину? Почему бы и нет, ты ещё не совсем старый.
А вообще я удивлена, да, почему такой мужчина и живет один? Конечно это не мое дело и тем более сейчас на время забивать голову всякими глупостями, у меня проблемы куда важнее.
- Честно говоря, я не знаю, насколько вообще это правильно, ехать в свой Дистрикт, хотя возможно, если мне повезет без приключений добраться до своего дома, то я могла бы укрыться там, хотя бы пока не утрясется вся эта свистопляска. Вот ты бываешь в центре, скажи честно: есть шанс, что всё измениться?

+1

13

Улыбаюсь, пока смотрю, как она ест. Мне хочется ее остановить, сказать, чтобы она ела помедленнее и тщательно пережевывала пищу, но не осмеливаюсь. Просто молча встаю и подкладываю еще еды. Все же ее появление в моей жизни пошло мне на пользу. Правда, я никогда ни о ком не заботился, и пусть она преступница, но она ребенок, который нуждается в заботе, и я даю ей то, что она готова принять.
- Не так долго, на самом деле. В том, что ты занимаешь высокую должность, есть свои преимущества, - мягко говорю я, попивая свой малиновый чай. - Ходят слухи, что видели парочку трибутов, но это ни чем не подкрепленная информация. В центре нет никаких новостей о месте, где они могли бы прятаться.
Для своих лет она размышляет, как взрослый человек, который много пережил. Не спешу ее разубедить, позволяя выговорится.
- Если бы они сообщили, что кто-то пойман или убит, в городе началась бы паника. Таким образом была бы подтверждена информация, что трибуты на свободе и они опасны. У страха глаза велики. Люди боятся даже той информации, которую фильтрует правительство. И поэтому многие несут информацию, которая к делу совсем не относится, - поясняю я. На самом деле я бы сажал всех, кто дает ложную информацию. Миротворцы и так снуют по улицам и суют свои носы в дома честных жителей. Срабатывает система доноса: если мне не нравится сосед напротив, я могу позвонить в центр и сказать, что видел в его доме подозрительных личностей, или даже обвинить его в укрывании преступников. В моем случае, мне только повезло, что со всеми соседями у меня хорошие отношения.
- Жизнь в Капитолии не так интересна, как кажется с первого взгляда. Некоторые от безделья следят за соседями. Но дело не в том, что они захотят в чем-то обвинить меня, а в том, что они захотят познакомиться с тобой, что в любом случае, раскроет нашу тайну, - с улыбкой говорю я. Ее слова заставляю меня рассмеяться. - Конечно, могу, но не столь юную и красивую, как ты.
Взаимный комплимент. Если бы все было так просто, щелкнуть пальцами и завести себе женщину для серьезных отношений. Не в моей жизни, не в моем мире. И только не сейчас.
- Думаю, что в Дистриктах вас ждут. Это логично, что вы попытаетесь добраться до дома, чтобы там спрятаться, - задумчиво отвечаю я. - Центр взволнован. Сноу укрепил цензуру. Это все не спроста. Думаю, что мятежники - это не просто слух или кучка либералов. Уверен, они где-то есть и у них есть свое убежище. Было бы неплохо тебе найти их, твоя помощь им бы пригодилась.
План неплох, за исключением пары моментов: мы не знаем, где укрываются мятежники и как до туда добраться. И это ставит нас в затруднительное положение. Не могу же я выгнать ее в пустоту.
- В Капитолии я как-то, - осекаюсь и смотрю на нее, потом все же продолжаю, - покупал победителей. Среди них был один парень, его звали Бити. Мы подружились, он многому меня научил. После взрыва на арене я не видел его, и не знаю, что с ним случилось. В тюрьме Капитолия его точно нет, но если бы я смог с ним связаться, уверен, он бы точно придумал что делать...Кстати, - подаюсь вперед, - твои кузина и кузен тоже исчезли в неизвестном направлении. В родной Дистрикт они не возвращались. Вообще мало победителей вернулись домой. Думаю, они где-то с мятежниками.

+1

14

- У вас правительство в своем уме? Как горстка выживших трибутов может быть опасна? Бред какой-то, - Я искренне недоумевала над действиями Сноу и компании.
Действительно, чем трибуты могут быть так опасны, что может разразиться паника? Обычные подростки и не более того, ладно, подростки с умением убивать, но их мало, да и что они могут против армии Капитолия? Странная истерия вокруг всей этой истории. Только одно мало-мальское объяснение – Сноу боится, видимо режим действительно зашатался. Конечно все Дистрикты вздохнут с облечением, если Сноу падет. Неужели к этому всё идет? Даже мечтать о таком страшно.
- Да у вас тут культ стукачества процветает, - иронизирую. – Успей донести первым на своего соседа и получи медаль во всю грудь. Грустно на самом деле. Так значит твои соседи ни за что не поверят, что ты завел юную любовницу? Ну, а как же постулат о бесе в ребро с седыми волосами? – я смеюсь, хотя ситуация далеко от веселья.
А ситуация у меня действительно невеселая, это ещё повезло, что умудрилась залезть в квартиру к Бернду, а не к какому-нибудь дотошному капитолийцу, хотя скорее всего последнее, что он увидел бы – это нож в собственной груди, в худшем варианте в спине. Миндальничать не стала, в конце концов перерезала же глотку той женщины с окраины из-за вещей и парика. Звучит ужасно на самом деле. Сама не могу поверить, что из-за тряпок, но как говориться: на войне все средства хороши, даже такие.
- Вот и я подумала, что в Первый мне возвращаться очень опасно, по крайней мере пока, может попозже, когда основной ажиотаж уляжется с трибутами, но и это время мне нужно где-то переждать. Согласна, что было бы неплохо примкнуть к мятежникам, только вот проблема: мы не только не знаем, где они, но и кто к ним относиться. Есть вероятность напороться на людей Сноу и отправиться прямиком на тот свет, а я честно говоря умирать ещё не готова, даже когда оказалась на играх – только победа и на меньшее не была согласна. Видишь, даже взрыв арены умудрилась пережить.
Говорят, что только в юном возрасте можно быть настолько самоуверенным в собственной неуязвимости, наверное, доля правды в этом есть. У меня ещё и оба кузена выиграли игры, поэтому и была настолько в себе уверена.
- Бити? Да, я помню такого победителя игр, нам же постоянно в академии показывали голодные игры прошлых лет, чтобы мы что-то взяли на заметку, учли какие-то ошибки. Бити ведь гениальный изобретатель, как по слухам, да и выиграл он поджарив 6 человек разом. Так говоришь, что он может быть из числа мятежников?
А вот следующая фраза меня чуть ли не в ступор вогнала: Кашмира и Блеск исчезли, то есть вообще никто не знает, где они.
- Мне нужно их найти, особенно теперь.

+1

15

Только ухмыляюсь в ответ на ее возмущение. Это и ее правительство тоже. Вот только жители Капитолия намного терпимее к своему узурпатору. Сноу говорит: Капитолий – сердце Панема, а Дистрикты – органы, без которых сердце не может работать. По сути он прав – с недавних пор, когда в Дистриктах происходит все больше восстаний, мы много лишились, и не можем никак найти заменитель многим вещам, просто потому что не считали нужным, чтобы это производилось в Капитолии. Это наша вина, наша недальновидность. Глупо было считать, что все продлится так, как есть. Говорят, что войны не будет, пока о ней помнят. Голодные Игры, как постоянное напоминание о подчинении и подавлении, но никак не о войне, уничтожившей целый Дистрикт.
- Потому что вы должны быть мертвы. Этот взрыв…- подбираю слова, чтобы терпеливо все объяснить своей собеседнице. – Это был знак. Знак, что Сноу все равно все контролирует, и призыв остановиться. Как только выяснится, что вы живы, упадет тень на президента.
По правде говоря, давно уже пора. Меня воспитывали в уважении и восхищении Кориоланом Сноу. Но я рос, и мое мнение менялось, оно становилось собственным. Я уважал этого человека, порой даже восхищался, но не могу закрывать глаза на то, что происходит сейчас. Кориолан Сноу перешел черту. Многие капитолийцы согласны со мной. Вдруг понимаю, что это, действительно, так. И несогласные нашли своих единомышленников. Значит, мятежники существуют, это не очередная уловка правительства.
- О, ну я не самый популярная персона у женщин, - с улыбкой, но все же уклончиво отвечаю я. К своим годам я хотел обзавестись семьей, детишками, но не сложилось. Кажется, мое мимолетное чувство влюбленности к девочке, которая росла на моих глазах, не отпустит меня, а значит, место рядом со мной будет еще долго пустовать. – Скажем, они бы спокойней отнеслись, окажись на пороге моего дома симпатичный молодой человек твоих лет.
Развращенный Капитолий знает себе цену. И в кои-то веки, я хочу сделать что-то правильное, что-то существенное. Мы найдем способ связаться с Бити. Он, наверняка, знает, где сейчас Блеск и Кашмира. И это возможность для меня искупить грехи прошлого. Я помогу этой девочке, даже если это последнее, что я смогу сделать.
- Не уверен, но, думаю, да, - все же я не привык обвинять никого ни в чем, пока сам в этом не буду уверен. И остается только одно. – Мы должны попасть в центр. Если получится, то сразу же получим указания, и я смог помочь тебе выбраться. Оставаться здесь опасно, идти со мной в центр тоже опасно.
Не знаю, что выбрать. Смотрю на девушку, в ожидании ее ответа. Похоже, я серьезно напугал ее своими соседями, что негласно мы оба приходим к одному и тому же решению – идем в центр. Предлагаю ей немного отдохнуть, пока сам убираю со стола. На самом деле я думаю план. Выйти с ней на улицу в таком виде равносильно самоубийству, а я еще хочу жить. Связавшись со старым знакомым, быстро заручаюсь его поддержкой. Через полчаса на пороге моего дома стоит его слуга с одеждой и сумкой. Благодарю мужчину, и прячусь за входной дверью. Поднимаюсь в комнату, где отдыхает Диадема.
- Цезарь Фликкерман говорит, что золотой нынче в моде, - бросаю ей баночку с золотистым кремом для кожи и парик. Женские вещи оставляю на кровати, а сам деликатно удаляюсь вниз. Остается только вопрос времени, как быстро в ней раскусят мятежницу.

+1

16

- Сноу уже не всё контролирует, не так ли? Мятеж допущен, а трибуты с арены, вместо того, чтобы склеить ласты при взрыве, взяли и разбежались по всему Панему. Определенно наш президент, пока президент, уже не держит руку на пульсе. – А в меня это вселяет уверенность. Может и правда всё получится? Ведь чем больше говорит Бернд, тем отчетливее я понимаю, что Сноу боится, пусть не так явно, но поджилки застряслись.
Мы не должны были выбраться, но выбрались. Хм, что-то тут явно нечисто. Где был эпицентр взрыва? Не слишком близко к нам, но и не слишком далеко, а кто ещё был жив на тот момент из трибутов? Мы – профи, двенадцатые, кажется из Одиннадцатого и девочка из Пятого. Вроде так. Кто из них остался в живых? Вопросов так много и совсем нет ответов.
- Тебе не нравятся женщины? – Следующие предложение поставило всё на свои места. – А, так ты предпочитаешь мальчиков, но это нестрашно. Попробовать загримировать меня под парня?
Между прочим, не самая легкая задачка – я имею довольно женственный вид, начиная от лица и заканчивая остальными частями тела. В общем парень из меня не ахти какой получится, хотя может и выдать за этакого женоподобного юношу? Пресвятые алмазы, какой бред мне лезет в голову! Соберись, Диадема, некогда фигней заниматься, даже мысленно.
Идея с центром занятная, только как меня вывести отсюда? Ну положим я одену те вещи, в которых пришла, но они вряд ли обманут миротворцев из центра.
- Для меня везде замкнутый круг, - криво усмехнулась. – Куда ни кинь, всюду клин. Ты ведь и правда рискуешь помогая мне, но я благодарна тебе за помощь, даже за банальную возможность выспаться в нормальной кровати. Что же до центра, думаю, нужно рискнуть, а вдруг другого шанса не будет? Куда мне тогда деваться? Прятаться по подвалах и помойкам, до развязки? Сомнительная перспектива. – Сомнительная, но возможная на самом деле, как бы это ни было печально. – И вот ещё, раз твои соседи любят подглядывать, ужасная привычка на самом деле, то если увидят меня выходящую из твоей квартиры, то нужно что-то более ли менее правдоподобное придумать.
Ох, уж эти любопытные соседи – просто отвратительное качество характеров лезть в чужую жизнь, подсматривать, наушничать. Просто убожество и тупость в чистом виде, впрочем, о недалекости капитолийцев целые анекдоты ходят, похоже, что наполовину правдивые. Такие, Как Бернд редчайшее исключение из правил. Кстати, о Бернде, он кому-то позвонил и пока мы доедали завтрак, курьер принес какую-то коробку и пакет.
- Я люблю золотой цвет, это мне напоминает о родном Дистрикте-1. – Беру баночку с золотой краской.
Не хотелось бы, но придется. Быстро допив кофе, неторопливыми мазками наношу на себя золотой крем. Буду золотой девочкой в прямом смысле, забавно.
- А золото всегда в моде, это же золото.
Бернд деликатно оставил меня одну, пошуршав в пакете, нахожу вещи по капитолийской моде: какую-то невнятную кофту малинового цвета с разрезами и дурацкими вставками, похоже, что из зеркала, широкие брюки красно-розовую клетку и еле-еле доходящие до щиколодок. Полный трындец, я похожа на клоуна, но зато мать родная не узнает в таком виде.
- Ну как я тебе? – Спрашиваю о своем виде, выйдя из спальни. – Хоть сейчас в цирк, детишек веселить.

+1

17

- Мне нравятся женщины, - запоздало понимаю, что не правильно выставил себя перед девушкой. В прочем, это не так важно. Мне всегда было неважно, что думают обо мне, ведь живу я не для них, а для себя. - Мне нравится одна женщина, но...В прочем, это долгая и не интересная история.
Сообщаю ей об этом и выхожу из комнаты. Дожидаюсь ее в низу, и не могу сдержать улыбки, когда Диадема появляется в таком виде.
- Тринкетт обзавидуется, - усмехаюсь. До сего момента только Эффи Тринкетт могла произвести фурор своим костюмом, но, чую, мы побьем новые рекорд. Вместе выходим из дома. За невысоким забором я вижу фиолетовую макушку своего соседа. Отлично. Едва не закатываю глаза. Должно быть, в тот момент, когда мы проходим по дорожке к моей машине, он рассылает сообщение всем знакомым, что я все-таки привел женщину в свой дом. Скрипнув зубами, снимаю сигнализацию с машины, и помогаю девушке сесть в салон. - Порой ненавижу Капитолий. Эти устои...я как будто родился не там, где должен был.
Но не хочу грузить Диадему своими переживаниями. В конце концов, встреча с ней подарила мне то, о чем я не мог и желать. почти фантастический боевик со мной в главной роли. Кто бы думал, что я пойду против тирании Сноу и буду помогать мятежникам. Но это правда. До центра добираемся без происшествий. Припарковав машину, первым выхожу из салона и осматриваюсь. Я совершенно не знаю, кому можно доверять. И остается положиться только на собственное чутье.
- Идем. Старайся сыграть дурочку...тут таких любят, - не хочу ее обидеть, но чем глупее девушка, тем меньше на нее обращают внимание в Капитолии, только если она не победительница. Стоит проявить силу и интеллект, как с тебя требуют столько же, сколько с мужчин, если не больше. Подходим к посту контроля, протягиваю свой документ. - Берндхардт Вайдунг. Меня сопровождает...эм...Брунхильда де Карлсруэ.
Игнорирую округлившиеся глаза Диадемы и смешок проверяющего. Можно подумать, что у большинства жителей Капитолия имена лучше. Было бы с чем сравнить. Получаю очередную отметку о визите в центр, и мы вместе проходим через турникеты. Это оказалось даже проще, чем предполагалось. Теперь необходимо подняться на верхние уровни в зал, где находится сосредоточение компьютеров и связующих приборов Капитолия. Конечно, это не военный объект, а всего лишь место, где я занимаюсь отбором того, что можно пустить в эфир, а что нет. Но этот зал оснащен последним словом техники, то, что нужно.
Оказавшись там, запираю дверь.
- У нас есть минут сорок, не больше. Есть познания в компьютерах? - спрашиваю на всякий случай, ибо сам прекрасно понимаю, что работать придется самому. На многочисленных экранах мелькают ролики, которые идут в данный момент по всему Панему на всех каналах страны. Не отвлекаюсь на это, пытаюсь воссоздать все то, чему меня учил Бити. И спустя пятнадцать минут, слышу знакомый голос. - Бити, это Бернд из Капитолия. Нам очень нужна твоя помощь. После взрыва на арене остались выжившие. И тут рядом со мной одна из них. Я не знаю, что делать и как ей помочь.
И пусть в ответ я слышу только кряхтение, я точно знаю, что донес информацию, и спустя какое-то время получу ответ.

+1

18

- Мне где-то даже льстит, ну как же, у самой Эффи Тринкетт утянуть лавры на самую модную в Капитолии, - рассмеялась я.
Наряд на самом деле ужасный, а вот Эффи Тринкетт такие любит. Эффи – сопровождающая Дистрикта-12, самого отсталого Дистрикта, которая отчаянно мечтает выбраться в другой, получше. Откуда я это всё знаю? Всё оттуда же – кузены-победители двух игр подряд. К ним-то мне сейчас и нужно попасть. Авантюры мы затеяли отчаянную конечно, но хотя бы попробовать стоит. Всё же мне до сих пор странно – почему Бернд мне помогает? Но я не жалуюсь, даже на такое ужасное одеяние – это же так по-капитолийски, мы же должны слиться с толпой. Только выходим из квартиры Бернда, как показались чьи-то фиолетовые волосы, не пойми чьи кстати, то ли мужские, то ли женские – их тут иногда с первого взгляда и не разберешь.
- Ты говоришь, как выходец из Дистрикта, - замечаю я. – А я всегда думала, что вы тут в Капитолии все поголовно обожаете этот строй, живете, как шоколаде.
Мы без происшествий добираемся до центра. Всю дорогу старалась вести себя непринужденно, а пока ехали в машине, глупо хихикала время от времени и шептала всякую чушь на ухо Бернду. Не знаю, может это и лишнее, но лучше уж перебредь, чем недобдеть.
- Я постараюсь, тем более в таком-то наряде, да я сама готова поверить, что я клиническая идиотка, раз такое надела на себя, - тихо говорю, мало ли.
На удивление гладко всё проходит, хотя я чуть было не хихкнула, когда услышала наши имена. Сдержалась, только глупо улыбалась охраннику. Надо же, Берндхард, а я сейчас Брунхильда де Калсруэ, о пресвятые алмазы! Такие имена. Хотя Брунхильда, кажется, из скандинавского эпоса. Песнь нибелунгов вроде бы, про Зигфрида, Брунхильду и Кримхильду. Чем дело кончилось? По-моему, паршиво кончилось. Зигфрида отправили стрелой или копьем? А Брунхильда сожгла себя на костре вместе с любимым – какой ужас. Имечко конечно досталось, а ещё кто-то думает, что в Первом странные имена, да уж не страннее Капитолия.
И между прочим прокатило. Нам выдали визитки или что это такое? В общем пропустили внутрь центра. Мне до сих пор не вериться – неужели это всё со мной происходит? Со мной. И ведь не узнали во мне Диадему, вот что значит хороший грим.
- Ну на уровне пользователя, я компьютером владею, а по технической части, как-то не особо. - Да уж, с закрытыми глазами собрать компьютер - это не про меня.
Мы в какой-то комнате, без понятия, что, где и как – всё же верю в Бернда. Экранов здесь очень много, постоянное мельтешение. Убиться легче, чем здесь постоянно работать. В общем всем занялся он сам, а мне только наблюдать оставалось.
Появилась связь с Бити. Теперь и он знает обо мне, ну то есть знает, что здесь выживший трибут, но кто именно, Бернд не сказал.
- Что он сказал? Меня можно будет вывези из Капитолия? – Я уже чуть ли подпрыгиваю от нетерпения.

+1

19

Я нервно стучу пальцами возле клавиатуры. Вместо четких указаний от Бити слышу только трещание адаптера. Но вот появляется его лицо. внизу экрана вижу надписи, звука нет, но я могу прочитать все, что мой друг хочет мне сказать. Мысленно отмечаю все пункты в списке. Найти карту, о которой он говорит. Невероятно! Под Капитолием полно подземных ходов, которые, как артерия пронизываю весь Капитолий. Необходимо выбрать подходящий тоннель, и Диадема сможет добраться до пункта встречи, где ее подберут тринадцатые.
Я собрал ей немного еды с собой, неизвестно, сколько Дженей придется идти. Выглядит план достаточно легко, но мне невыносимо больно отпускать ее одну в неизвестность.
- Сейчас я распечатаю карту тоннелей под Капитолием. Мы найдем ближайший вход и ты пойдешь по нему до места указанного, на карте, там тебя встретят, - отчитываюсь перед девушкой. Бросаю быстрый взгляд на монитор, показывающий, что происходит с наружи. Вскоре тут будут сотрудники канала и корректированного центра, нужно уходить, чтобы не привлекать внимание. Бити говорит что-то еще. И я понимаю, что Капитолий тоже знает про сеть туннелей. Понимаю, что мне придется обеспечить ее безопасность на тот период, пока она проникнет под землю. Из меня ужасный шпион и агент под прикрытием, потому что я ужасно боюсь. За себя в первую очередь. Кто-то дергает ручку двери, а я злюсь, что принтер работает так медленно, будто назло. Практически выдираю бумагу из принтера, удаляю всю историю на компьютере и перезагружаю его. - Сюда, - зову за собой Диадему. Прекрасно понимаю, что девушка в состоянии постоять за себя, но трупы нам ни к чему. Кажется, сотрудники и так что-то заподозрили. Через вторую дверь выходим в коридор, едва не наткнувшись на патруль. Идем быстро, но я на ходу успеваю говорить с ней.
- Это карта маршрута. Начинается он здесь, - тычу в красную точку на бумаге, - заканчивается здесь. Осталось дело за малым, найти вход в этот чертов туннель в Капитолии. Полагаю, он должен быть где-то под тренировочным центром.
Кручу карту в руках, пытаясь сверху представить сооружения Капитолия и понять, где именно находится вход. Мы вылетаем из-за угла, и я сталкиваюсь взглядом с офицером на пропускающем пункте. Он с кем-то говорит по телефону, смотрит на меня, потом на Диадему, и в его глаза немой вопрос.
- Ничего себе скорости, кто-то тебя узнал, - замечаю я, инстинктивно выставляя плечо вперед, чтобы закрыть ее собой. Офицер отвечает, что мы еще находимся в центре и мимо него не проходили. С благодарностью киваю мужчине, а он отводит взгляд, будто сам не знает, зачем сделал это. Я его не виню. Выскакиваем из Центра, и если бы не Диадема, я бы ринулся к своей машине, которую осматривают миротворцы. - Спасибо, - задыхаюсь от быстрой ходьбы. - Отсюда до тренировочного центра всего двадцать минут пешком, но надо идти осторожнее.
Меня ожидает тюрьма, и это меньшее, чем меня могут наказать за содеянное. В прямом смысле, я помогаю преступнице. И это мне дорого обойдется, Свернув за угол, мы переходим на бег.

+1

20

Оказывается, под Капитолией куча подземных туннелей, вот как раз один из них нам и нужен. Мне до сих пор, что это всё происходит со мной, кажется, что если я сейчас закрою глаза, то открою в Первом, у себя в кровати и окажется всего лишь сном, довольно неприятным сном. Увы, это не сон. Стараюсь вслушаться в разговор Бити и Бернда, голос Бити пробивается сквозь шум, понять крайне сложно.
Бернд говорит, что осталось только распечатать карту туннелей и можно будет отправляется в рискованный вояж, что ж, я здесь именно за этим.
- Очень хорошо, я думала, что будет сложнее. – Только я проговорила это, как кто-то начал дергать ручку запертой двери.
По моему лицу мелькнула тень испуга – неужели всё насмарку пойдет и нас схватят? Только не это. В живых меня точно не оставят, насчет Бернда сомнения есть, но скорее всего и его могут прикончить за помощь беглой трибутке.
К счастью он не растерялся и быстро удалив всё из компьютера, прихватив карту, повел меня ко второму выходу, а я ведь его даже сразу и не заметила. Всё равно сердце застучало более учащенно, особенно когда мы чуть было не напоролись на патруль. Уж не возникло ли у кого-то подозрения? Не нравится мне всё это.
- Я всё поняла. – Бернд показал мне карту: откуда стартую и до куда нужно дойти по туннелю. – А ты? Ты не пойдешь?
Краем глаза замечаю постового, который коситься на нас и с кем-то говорит по телефону. Бернд прав – меня узнали. Только вот он говорит, что ничего подозрительного не происходит. Или не узнал всё-таки? Голова идет кругом ото всего этого и больше всего хочется уже убраться из этого отвратительного города с его разряженными жителями.
- Ничего, дойдем, у меня хорошее предчувствие, что доберемся.
Предчувствие предчувствием, но в центре будет куда сложнее, особенно если и правда меня узнали. Вот только как? У меня такой вид, что и мать родная не узнает: парик, золотая кожа, ужасное тряпье в духе Капитолия. Кто-то очень внимательный по всей видимости. Закатать бы в асфальт этого внимательного, а сверху ещё и придавить чем-нибудь.

+1

21

Ее вопрос нагоняет меня, но я не знаю, как ответить на этот вопрос. Я не собирался идти с ней. Просто не знаю, что буду делать там. Пользы от меня немного. Но я могу помочь здесь. Я совершил немало плохих дел, и считаю, что то, что я останусь здесь, искупление моих грехов.
- Нет, кто-то должен сделать так, чтобы они не пошли за тобой и не нагнали, - да, я собирался пожертвовать собой ради этой девчонки. Что-то в ней было особенным, что заставило меня сделать то, что противоречило всей моей сущности. Мы петляем улицами, идем темными проулками, вздрагивая от каждого шороха, который кажется нам подозрительным. Я все еще обдумывал, как сделать так, чтобы никто не пошел за ней. Хотя почти уверен, что за нами пущен ни один патруль миротворцев. Кто-то точно признал Диадему, и теперь ее необходимо доставить к Сноу живой или мертвой. Как печально. - Сюда.
Мы сворачиваем в проулок. Отсюда нет выхода, только в одну сторону, с которой мы пришли. Люк на асфальте, наверняка, и есть вход в подземные туннели. Значит, здесь мы должны проститься. Кажется, это ее сложнее, чем доставить ее сюда. Помогаю ей надеть рюкзак, который все это время нес сам. Там хватит еды на несколько дней. Кроме того, она была на Арене, она умеет экономить, то есть это количество можно увеличить на два. Мне останется только молиться, чтобы с ней все было хорошо.
- Послушай. Я точно не знаю, но догадываюсь, если Хевенсби в Тринадцатом, то там же находится одна особа. Ее зовут Кассандра Джулай. Мы были знакомы с ней в прошлом, я так и не сказал ей самого главного, - снимаю с груди нательный крестик и протягиваю его девушке в немой просьбе отдать его той, чье имя я назвал. Честно говоря, я бы многое отдал, чтобы сказать ей все лично, но боюсь. меньшее что меня ждет, мгновенная смерть. - Давай.
Подталкиваю ее к входу. Я уже слышу приближение других людей. Судя по тому, как стучат их ботинки по тротуару, это патруль. Вдвоем мы с трудом сдвигаем крышку люка, потом я помогаю ей спуститься.
- Удачи, Диадема. Я был счастлив познакомиться с тобой. - быстро, почти невесом касаюсь ее губ своими в прощальном поцелуе. Почему-то я уверен, что больше ее не увижу. Пока Диадема быстро перебирает руками, спускаясь по лестнице, я раздумываю, что сделать, чтобы сокрыть этот вход. Одному сдвинуть крышку люка еще сложнее. Добившись необходимого, я прикрываю люк разорванными коробками. Когда патрулю вбегает в тупик, я уже поднимаю руки над свой головой.
- На колени, - командует старший из отряда. Подчиняюсь неохотно, я в своих любимых брюках. Мужчина обходит меня, за подбородок поднимает мое лицо, смотрит в глаза. - Где она?
Мотаю головой, всем видом показывая, что не понимаю о чем он говорит. Получаю несильный, но чувствительный удар под дых и практически сваливаюсь на тротуар.
- Уберите его.
В моих руках нет карт, они остались в рюкзаке Диадемы, и я смею надеяться, что девушка не стала дожидаться окончания действия, и уже прошла достаточное расстояние, чтобы если они надумают спуститься в канализацию, ее не обнаружили. Я не могу встать, и двое миротворцев поднимают меня под руки. Почти не передвигаю ногами.
- Сгниешь в тюрьме, - обещает мне миротворец. А я почему-то думаю, что меня ждет казнь.

+1

22

Мне ничего не оставалось, как полностью довериться Бернду, впрочем, пока это было оправдано. Если бы хотел, то уже давно мог бы от меня избавиться, но нет, помогает ведь. По-прежнему не понимаю его мотивов, может оно и не надо, главное, что помогает выбраться из всего этого дерьма. Конечно может статься, что попав к мятежникам, там тоже окажется не сахар и всё же это шанс на выживание.
Мы идем каким-то закоулками, что ж, ему виднее, как быстрее и безопаснее дойти до центра. Хочется много чего сказать, но язык как будто прирос к небу – только бы выбраться. И всё ему нужно пойти со мной, не знаю, так чувствую и всё же не могу его насильно заставить пойти со мной, а ведь так было бы безопаснее для него.
- Может ты передумаешь и пойдешь со мной? – Спрашиваю ещё раз, пока он помогает мне надеть довольно объемный рюкзак. Хотя бы голодать сильно не буду, пока доберусь по лабиринтам. – Я постараюсь её найти, обещаю. – Беру нательный крестик, который мне предстоит отдать некой Кассандре Джулай.
Кассандра Джулай – без понятия, кто это вообще такая? Не медийное лицо. Лицо не медийное, но видимо очень близкое для Бернда, раз он просит отдать ей свой крестик. Я хотела было ещё раз предложить пойти, но что в его лице меня остановило – он не пойдет точно. Мне жаль.
- Спасибо тебе, спасибо за все. Я сама была счастлива с тобой познакомиться, ведь если бы не ты… - дальнейшую фразу можно даже не продолжать, итак ясно, что ничего хорошего, ведь рано или поздно, но меня скорее всего нашли бы миротворцы. – И тебе я тоже желаю удачи, она тебе понадобиться.
Мы сдвигаем крышку люка, а где-то за спиной всё отчетливее слышны шаги – можно не сомневаться кому они принадлежат и что ждет Бернда. Очень надеюсь, что он всё же выживет и повстанцам удастся одержать победу над Капитолием.
- Надеюсь, мы ещё встретимся. – В ответ так же целую его в щеку.
Быстро начинаю спускаться в недра подземного лабиринта. Я уже почти спустилась, когда услышала голоса миротвоцев. И всё же удачи тебе, Бернд, мы постараемся побыстрее закончить со всем, только бы тебе дожить до этого момента.
Вокруг темнота, порывшись в рюкзаке, нахожу фонарик – Бернд всё предусмотрел. Предусмотрел, особенно карты, ведь, как оказалось здесь очень много разных входов-выходов и никаких особых знаков нет. Насколько бы я здесь могла застрять? Можно сказать: до конца жизни, тем более под землей. Стартовать пришлось достаточно быстро из-за погони, но вот странное дело – я не слышу шагов за спиной, вообще ничего. Наверное, они не погнались за мной или свернули не в тот лабиринт.
Я потеряла счет времени, сколько я здесь уже нахожусь, кажется, поспала раза два, поела то, что заботливо положил мне Бернд. Бернд, при мысли о нем, у меня сжимается сердце от боли, а если его убили? Или пытают чем-то особенно страшным? Нет-нет, он жив, а мне нужно торопиться, может тогда удастся как-нибудь выкрасть его, хотя и звучит почти самоубийственно.
Показались какие-то силуэты при тусклом освещении. Неужели я добралась?
- Смотрите, это вроде бы она? – Послышался чей-то голос. – Нам сообщил о тебе Бернд, а где он сам? – Похоже, это был Бити.
- Он остался там, я уговаривала его пойти со мной, но за нами шли миротворцы, и он решил остаться и задержать их. Вы сможете ему помочь выбраться? Ведь они же убьют его.
- Сделаем, что сможем. Идем, тебя нужно привести в порядок.

+1

23

Квест завершен.

0


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Run, Glimmer, Run


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }