The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » the wrong feels right


the wrong feels right

Сообщений 61 страница 65 из 65

61

Нерон проклял все на свете. Его заказ должны были доставить еще потру, но вместо этого ему совокупляли мозг и кормили "завтраками". Мать-перемать, он не за это выложил столько денег, чтобы перед ним елозили задницей и извивались в потугах принести извинения. К полудню Нерон отымел всех, кто ему задолжал, и теперь ждал курьера. Долго. Настолько долго, что дернулся сам лично забрать заказ на вокзале. Собственно, поэтому он проебал (а именно так Нерон живописал свое мотание по городу туда-сюда) ужин. И как назло он оставил свой коммуникатор в офисе, так что даже черкнуть Регине пару слов возможности не было. Впрочем, с нею черкай не черкай, а если прошляпил ужин, огребешь хоть с предупреждением, хоть без.

Регина стала отличной матерью, даже удивительно, насколько ей это шло. Она отправлялась на прогулку с кенгуру наперевес, но выглядела при этом просто космически круто. Ее радости не было предела, когда она поняла, что помещается в свои прежние наряды, и это просто придавало ей крылья. А еще она с усердием взялась за гардероб дочки. Боги, Нерон даже не предполагал, что для малышей в этом городе наряды шьют не менее модные, чем взрослым. Да он вообще не подозревал, что для таких клопов существуют модные тенденции! Что бы они только делали без Регины, которая была в курсе всех последних трендов.

Каждый вечер Нерон спешил домой, где его ждали жена и дочь. Пусть они пока никуда не выбирались, хотя приглашения сыпались ото всюду, им было вполне неплохо дома, на ковре, где Нерон мог часами валяться и качать дочку на вытянутых руках, чем приводил ее в неописуемый восторг. Хотя, порой, очень даже "писуемый". Но куда же без этого! Все неприятности в виде подмоченных пеленок и подгузников здорово компенсируются, когда, едва завидев и узнав твое лицо, твой малыш тебе улыбается, или когда пожимает крошечными пальчиками твой палец. А еще Люция с каждым днем все больше походила на мать.
- Думаю, лет через пять нам уже придется задуматься о том, чтобы проводить отсев женихов. Эти парни из песочницы еще те хлюсты, - смеялся Нерон. Следующим летом они собирались поехать в Четвертый и провести там пару месяцев. Док, памятуя о семейном анамнезе, в котором значился отец-наркоман, настоятельно советовал побольше таскать ребенка за город, ближе к морю или ближе к горам. Пока, по счастью, никаких серьезных последствий бурной молодости Нерона в здоровье Люции не наблюдалось, но тем не менее... Это была словно мина, забытая со времен войны. Быть может, не рванет никогда, но кто знает?

Нерон спешит домой огрести от Регины, а затем обнять ее. Он безумно-безумно скучает по ней каждый день. И ночь. Потому что доступ к телу ему не разрешен по сей день. Скоро уже полгода! Будет чудом, если он не сойдет с ума в ближайшие недели. И это Нерон еще не в курсе, что Регина подумывает о возможности второго ребенка и непременно сына. Печалился ли он, что их первенец - не сын? Ничуть. У Нерона была красавица-дочка, и это было круто, а с его энтузиазмом он может равно восторженно гонять паровозы по игрушечной железной дороге и участвовать в кукольных чаепитиях. Пока еще, конечно, рано до последних, но Нерон ночами, составляя Регине компанию в кормлении, успел изучить всех кукол, что жили в детской и дожидались своего часа.

Он слышит в столовой голоса и готов увидеть, что угодно, кроме только того, что видит на самом деле. Его отец и Регина. Люция сидит на руках деда и глазеет по сторонам, чувствуя себя вполне комфортно. А Регина? На первый взгляд не похоже, что они с отцом пытались душить друг друга и только заслышав его шаги разомкнули пальцы.
- Мне есть о чем беспокоиться? - Нерон удивленно вскидывает брови. Люция, до этого преспокойно сидевшая у деда, тут же поворачивается на знакомый голос и радостно лепечет, протягивая ручки.
- Эй, принцесса, иди сюда, - Нерон ставит на стол бумажный пакет и берет дочку. - Как нас зовут?

Видеть отца неожиданно, мягко говоря, и Нерон, кажется, не знает, как себя вести. Зачем он пришел? О чем они говорили? Говорили ли вообще? Потому что напряжение между отцом и Региной ощутимо.
- Люция, - отвечает Нерон, глядя на отца. - Люция Сцевола.
Гней удивленно приподнимает брови, глядя на Регину, но выражение его глаз не читается до конца. Пауза затягивается.
- Я должен был предупредить, что заеду... - начинает было Гней, но Нерон его перебивает.
- Стоило, у нас было бы время спрятаться, - быстро произносит он с абсолютной серьезностью, но, конечно, это шутка. Отец, правда, все равно осекается, прежде чем понять. И видно, что решение приехать далось ему нелегко. И еще труднее - признание.
- Хотел лично убедиться, что у вас все в порядке.
- Все в порядке. Что-то еще? - нетерпеливо спрашивает Нерон, и, боги видят, он бы хотел, чтобы его тон был другим, но честное слово, если бы не дочка на руках, его бы, пожалуй, трясло от нетерпения.
Гней пожимает плечами. Нерон никогда не видел отца таким... Пришибленным, что ли? Или осторожным.

- Регина сказала, что я задолжал Люции три подарка. Передам их через...
- Ты можешь привезти их сам, когда пожелаешь, - снова опережает Нерон. Будет ли Регина против? Не подарков, конечно, ведь не в них дело. Дело в приезде. Что-то подсказывает, что нет. По крайней мере, она ни разу не заговаривала на этот счет. Да, пусть речь о Гнее Сцеволе и не заходила больше, но Нерон был почти уверен, что попытайся отец наладить отношения, Регина бы не стала противиться. Нерон не ждал между ними мира, нет... Черт, он в принципе думает о мире? С отцом? Да.

- Ты останешься на ужин? Если, конечно, нас покормят, - как ни в чем ни бывало спрашивает Нерон. Они с Региной больше не застуканы с поличным, они муж и жена, они счастливы в браке, счастливы со своей дочерью. Вот все, что имеет смысл. И отец волен выбирать, мирится ли он с этим.
- Думаю, покормят, - отвечает Гней, кивая на пакет, про который Нерон совсем позабыл. Угадать инициалы одного из известнейших ювелирных домов нетрудно.
- Если ты намекаешь... - глаза Нерона блестят. Камень в огород Регины? Но отец, кажется, ничего подобного не имеет в виду.
- Ну, разве не за этим ты готов был подорваться сегодня в Первый?
- Откуда ты только все знаешь?

В резной шкатулке белого дерева - браслет. Платина и бриллианты, причудливая вязь букв имен Регины, Нерона и Люции. Осознает Регина или нет, но она действительно мать семейства, да еще какого. И хочет того Гней или нет, но от нее теперь зависит продолжение рода, которым он так дорожит. остается надеется, что за ужином никто не подавится.

+1

62

Появление Нерона внезапно, но долгожданно. Долго находиться в присутствии Гнея мне тяжело. Не столько из-за прошлых отношений, сколько из-за его собственной упертости. Я не слепая, я вижу, как он смотрит на внучку, как уже ее любит и полюбил наверно с самой больницы. Его кровь, его наследие, рожденное от бывшее жены, изменщицы, ненавистной женщины, из-за которой он чуть не потерял сына. А тут, такое зеленоглазое чудо у него на руках, так и манит поцеловать в розовую щечку и обнимать вечность, ребенок от все той же женщины. Сколько противоречий сейчас читалось на лице бывшего мужа, сколько растерянности, которую он пытается спрятать за маской отстраненности.
Нерон конечно не может удержаться от комментария. И ведь забавная же ситуация, и правда, мы стоим с Гнеем, у него на руках ребенок и мы выглядим вполне спокойно. Как будто это тот самый ребенок от Сцеволы-старшего, которым  когда-то пугала Нерона. Я испуганно и наигранно вздрагиваю, широко раскрывая глаза, будто меня застукали.
- Перепутала.
Реакция Гнея на имя предсказуема, он слегка… даже не знаю, наверно, это своеобразная смесь между растерянностью, праведным гневом, шоком и смешком. Я смотрю на мужа и не скрываю довольной улыбки. Сколько гордости и вызова звучало в представлении дочери перед дедушкой. И в то же время засранец умудрился скрыть все за это за огромной любовью и простой констатацией факта: мы назвали ее так потому что только такого имени она достойна, она самая красивая, и вся в мать.
Я обхожу Гнея и подхожу к Нерону, оставляя на его губах приветственный поцелуй пополам с недовольным:
- Опаздываешь.
Затем захожу в столовую, где Мелита заканчивает накрывать стол.
- Поставь еще одни приборы для господина Сцеволы.
Девчонка кивает головой и бросается за сервизом. У меня и сомнений не возникает, что Гней останется на ужин и я только рада, что Нерон так или иначе, но спокойно принял отца. Едва ли они когда-нибудь будут снова хорошо ладить, но хочется верить, что это маленькое чудо в руках мужа сможет распинать их бойцовские сердца. Наверно, в этом есть что-то судьбоносное, что первой родилась девочка, а не мальчик. Может, тогда эти двое перестанут быть такими…ну, Нерон то взрослостью никогда не отличался, а вот Гнею не мешает вспомнить, что такое нежность.
Возвращаюсь в кухню в тот самый момент, когда старший говорит про какие-то дела Нерона в Первом.
- Это он о чем? – спрашиваю я и прослеживаю всеобщий взгляд до принесенного Нероном пакета.
Мне предлагают открыть пакет и заглянуть. В общем-то, кто я такая чтобы спорить с мужем, да. Похэтому я быстро выуживаю из коробочки браслет и долго рассматриваю его с улыбкой на лице. Больше всего меня конечно задевают инициалы наших имен. Причудливое переплетение букв рождает внутри теплое ощущение, что может, мы и больные на всю голову люди, но все-таки и мы можем быть семье. 3 разбитых в хлам человека и соединяющее их маленькое чудо, ведь именно дочь олицетворяет возможность  не просто существования, но жизни. Семьи.
Я целую Нерона, обнимая и благодаря за подарок. И мне совершенно не стыдно за то, как я веду себя перед Гнеем. Если он намерен стать частью нашего маленького хаоса, то ему придется привыкать с проявлением всевозможных чувств с нашей стороны.
- Ты прощен. И заработал себе ужин. – шучу я, даже не догадываясь, что эта тема минутой раньше чуть не стала предметом ссоры. – Идите за стол, а я уложу малышку. – забираю из рук папочки дочь и снова целую Нерона, но уже в щеку. – Спасибо. Но в следующий раз, опоздаешь без предупреждения и это не прокатит.
С тех самых пор Гней не стал таким уж частым гостем в нашем доме, но мы определенно стали видеться чаще, чем раньше. Иногда он просил забрать внучку и прогуляться с ней по парку и я отправляла им в сопровождение няню. Чтобы на всякий случай, а сама ложилась спать, едва выдавалась свободная минута. Сон был практически моей эротической фантазией. После Нерона, конечно.
Иногда дедуля вдруг предавался воспоминаниям и рассказывал, как сынок вел себя в детстве. Но было это крайне редко и в качестве наставления, мол я не правильно воспитываю дочь и посмотри на Нерона, чтобы понять к чему привело моя собственная расхлябанность и балование сына.
- Со всем уважением, папа, - цежу я сквозь зубы и называю Гнея отцом, зная, как он бесится от этого. – но мы с мужем знаем как воспитывать нашу дочь. – и тут же срываюсь на крик, оборачиваю голову в сторону сидящего Сцеволы на ковре вместе с полуторагодовалой дочерью. – Ради всех святых Нерон, сними ее шляпу со своей тупой головы и сотри с ее лица этот глупый боевой раскрас! Мы не в армию идем, а всего лишь в парк!
А малышка только невинно стреляла кошачьими глазками, изображая из себя абсолютного ангела. Ну что за чертовка, и откуда только такому научилась? Она и пошла то только потому что папка помани новой куклой, сделанной на заказ и созданной точной копией Люции. Малышка любила красивые подарки и стоило сказать, что отец, что дед задаривали ее им с головой. Так что у девочки было большое будущее, она уже верховодила двумя самыми важными мужчинами в ее жизни. Они поддавались ее обаянию. А я в свою очередь была единственной ложкой дегтя во всем этом бочонке меда. Едва я что-то забирала у нее, как она тут же начинала недовольно кряхтеть. Но готова поклясться, что в ее глазах читалось не желание поплакать, а встать и как минимум высказать мне все, что она обо мне думает. А пока что ее речь ограничивалась мамой, папой, дедой и еще парой вещей, которые имели для нее значение. Например, известное всем мамам слово «дай». Это кажется было первым, что она сказала. Помнится, я тогда наехала на Нерона по полной, что он избаловал ее.
И все-таки мы с Нероном еще никогда не было так счастливы, даже когда поженились. Такая полнота эмоций, и ни намека на пустоту в сердце. Все заполнилось  этой девчушкой, которая с первой секунды стала моей любимицей. Потому что первенец, потому что от любимого мужчины, потому что дочка. И я каждое утро думала о том, что не будет на свете мужчины, которого я смогу полюбить так же как Нерона и иногда от заполняющего чувства любви у меня срывало крышу и я посреди ночи могла разбудить мужа, что сказать ему, что люблю его. И хотя он бурчал что-то непечатное, но по его улыбке, я понимала, что он тоже счастлив. Счастлив любить и быть любимым.
А однажды, мы стоим на балконе. Гней на выходные забрал малышку, а мы с Нероном остались вдвоем в пустом лофте. Распустили прислугу. Был вторник. Я держу в руке стакан с виски, Нерон курит, отмачивая очередные шуточки про то, что я пьянчужка, решила вспомнить молодость. А я смеюсь, но на самом деле я не отпила ни разу из стакана. Просто верчу его в руках и смотрю на город.
Столько лет прошло, а я все еще люблю его так сильно, что трудно даже на работу отпустить. И сейчас невозможно представить, как мы умудрялись терпеть целую неделю, дожидаясь вторника, когда Гней уйдет на покер. Трудно представить, что начали с похоти. А закончили детьми.
Детьми.
Я уже несколько месяцев не пью таблетки и Нерон об этом не знает. И едва симптомы стали проявляться, я сразу побежала к гинекологу. Все случилось так, как я хотела  и планировала. Став матерью однажды, я поняла, что вся моя жизнь, которая раньше вертелась вокруг меня одной, а потом вокруг Нерона, стала значимой только с появление Люции в моей жизни. Девочка будет умной и не будет давать спуску окружающим. Она взяла от меня все самое лучшее, а от отца – самое сильное. Но так хотелось увидеть в руках маленькую копию Нерона. Голубоглазую копию с бесстыжей улыбкой, чья взрослая версия сейчас стоит рядом и ляпает на обум оскорбления и шуточки.
Я кладу голову мужу на плечо, вытаскивая из кармана новый снимок узи и протягиваю Нерону. Не собираюсь изменять себе.
- Я беременна, любимый. – улыбаюсь я и слежу за его взглядом. – Что будем делать?
А еще, Сцевола, я так безумно тебя люблю, потому что только ты заставляешь меня спустя столько лет злиться на тебя за плоские шуточки про мой плоский зад.

Отредактировано Regina Lucia-Scaevola (2015-03-17 21:32:32)

+1

63

Никто не верил, что семейное воссоединение состоится. Вряд ли когда-нибудь это вообще возможно, потому что Нерон так и не говорил с отцом, о том, что случилось между ними и Региной, ни один не попросил прощения за... за все, что у них друг о друге было. И уж тем более такого разговора не было между Региной и Сцеволой-старшим, иначе Нерон был знал, будь то даже попытка такого разговора. Получалось, что они просто перевернули страницу и жили дальше.
Регина не была против, когда Сцевола-старший в первый раз спросил насчет того, может ли он пройтись с внучкой, и, кажется, у них даже сложилось что-то вроде графика. Нерон не лез в эти отношения, потому что они вполне справлялись без него и были довольны. И, к слову, слышать от Регины, что Люция "гуляет с папой" было невообразимо смешно, потому что обожаемая жена так забавно произносила "папа", что у Гнея, когда он впервые услышал такое к себе обращение, прямо посередь ужина кость встала в горле. Фигурально. Он тогда делал глоток вина. К счастью, обошлось без жертв. "Папа" всплывал всякий раз, едва Регина раздражалась по какому-либо поводу, типа попыток Гнея учить ее воспитанию Люции. Так что, слыша в очередной раз "гуляет с папой", Нерон оказывался в курсе, что эти двое снова что-то не поделили во взглядах.

Нерон баловал дочку. Невыносимо. Она была его принцессой, его самым большим сокровищем. Черт знает, как это еще аукнется, но его любви к ней было столько, что просто не было сил держать ее в себе. Эти зеленые глаза пушистого котенка, мягкие вьющиеся волосы, драгоценные ручки и ножки. Боги, он любил каждый миллиметр своей девочки. Да, красавицей она росла в мать, а вот неуемный характер всецело унаследовала от него. Она даже пропустила тот момент, когда дети, прежде, чем пойти, сначала хотя бы учатся сидеть. Люция стартовала в самостоятельный мир, когда она определяла, куда ей идти и с какой целью, сразу. Правда, первые шаги дались с трудом, и вышло их всего пару штук, а потом случилось приземление на зад и рыдания, но зато потом она без труда повторила свой успех и закрепила. Теперь за нею нужен был глаз да глаз. Как шнурок она болталась за Нероном, потому что папа корчил рожи, не боясь, что это приведет к морщинам на лице, потому что папа придурялся и смешил ее, потому что... он ни в чем не отказывал. И понимал, о чем она говорит на свой манер.

Первым ее словом было "мама". Потому что, как ни крути, но мама была авторитетом. Едва Люция слышала ее голос, как прислушивалась внимательно, распахивая удивленно глазки и даже не моргая длинными пушистыми ресничками. Она была красива, как куколка. Волшебно красива. И Регина расцветала рядом с ней.

Есть вещи, происхождение которых не объяснить. Например, любовь. Откуда она смогла появиться у Нерона к этой женщине, что стоит сейчас с бокалом виски в руках, и напитка в нем меньше, чем на глоток? Чем он смог заслужить ее любовь, смолящий сигаретой и препирающийся с ней? Когда-то они уже стояли вот так, давно, и не на этом балконе. И был вторник. Только все-таки они были другие, и вторник был другой.
Нерон затягивается, выпуская терпкий дым и глядя на жену, а затем переводя взгляд за горизонт. Солнце еще высоко, но они дома, потому что момент как нельзя подходящий. Люция на поруках у деда, слуг нет. И они по-прежнему гадят друг другу по мелочи, не скупясь в выражениях. Ох, что они за родители? Друзья с такими же маленькими детьми (а, черт подери, нашлась таки героиня, прибравшая к рукам Германика, и тот недавно сам стал отцом) сетуют, что ночи без деток были слаще, а теперь только думаешь, как бы не проснуться от плача! Ну, надо сказать, частенько бывает, что если Люция теперь и просыпается среди ночи, то уж точно никого не будит. Скорее, прерывает на самом интересном месте, это да... И тогда Регина несется к ней, заворачиваясь на ходу в простыню, а Нерон плетется следом. Оба всклоченные, но зато сна ни в одном глазу.

Нерон как раз подумывает над тем, что грех тратить такой день на любование городским пейзажем, если пейзажи Регины волнуют его гораздо больше, как она внезапно выказывает к нему свое расположение. Удовольствие уже растекается в животе, как вдруг до Нерона доходит смысл ее слов, а перед глазами возникает снимок.

Хм. Ведь во второй раз реакция все равно иная, чем первый? Тогда почему у Нерона стойкое ощущение дежавю, и чувства бьют фонтаном ровно так же, как в первый раз? Тысяча солнц внутри. Он смотрит на Регину с немым вопросом в глазах. Не шутка? Нет, не шутка. Ее глаза блестят. И ни капли волнения в ее вопросе.
- Ну, рожать определенно придется тебе, - отвечает Нерон, вспоминая ее вопли в больнице. Черт, она готова пережить это еще раз? Ради него? Ради ребенка?
На его лице улыбка, полная такого непередаваемого счастья, что не нужно никаких слов.

Нерон забирает у Регины стакан и ставит на перила, а сам, как когда-то, подхватывает ее на руки.
- Идем скорее в постель, пока отец не вернулся! - смеется он.
Боги, он обожает эту женщину. Свою женщину. Мать его детей. В ней снова созданная им жизнь, и это лучшее из всех возможных признаний в любви, которые может получить мужчина. Регина мечтает о сыне, но Нерон будет счастлив и пополнению гарема.

*

Как всегда, Регина знает все лучше. Аврелий Сцевола появился на свет ровно с срок. Регина снова материла Нерона, на чем свет стоит, но забыла обо всем, едва взяла сына на руки. Нерон целует жену, и голос его выдает волнение, что бы он там ни нес, а несет он как всегда отборную чушь.
- Мне кажется, с прошлого раза твой зад стал чуть шире, родная. Правда, док?

А накануне были девять месяцев ожидания. В этот раз уши у Нерона и Регины дергались от нетерпения, и они все же узнали пол заранее. Люция ждала брата, и все это время, пока Регина круглела, по обе стороны от ее живота располагалась уже две головы и прикладывались два уха. Удивительно. Взрослый мужчина и маленькая девочка, а чудо для обоих одинаковое. Особенно, когда их макушек касаются руки самой важной для них женщины.

Отредактировано Nero Scaevola (2015-03-17 22:27:59)

+1

64

http://savepic.su/5417673.jpg

Это мой первый раз -
мятных губ твоих вкус.
Это твой первый джаз.
Это мой первый блюз.

Ты - василиск
и
я целую твои глаза.
Горек и сладок риск,
в жилах кипит азарт.
Ты закрываешь дверь,
я - срываю замок.
Ты говоришь: ''зверь''.
Я говорю: ''Бог
отпустит мои грехи.
Если же я - волк,
значит -
беги.

Ты - приглушаешь звук.
/разум, спокойных снов/
Слово из шести букв?
- только бы не ''любовь''.
Делаешь шаг назад.
Плавится
пар
кет.
Шепчешь:
''нас ждет Ад''.
Я говорю: ''свет -
это большой обман.
Света и Тьмы нет.
Свет - это ты
сам.

/ты - это мой свет/.

Ты - василиск,
и
я закрываю твои глаза.
Горек и сладок риск.
Сорваны тормоза.

Это твой первый джаз.
Это мой первый блюз.
Это мой первый раз.
Когда
я
лю
б
лю.

с. Джио Россо

+1

65

Завершено.

0


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » the wrong feels right


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }