The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » you're as crazy as I am


you're as crazy as I am

Сообщений 91 страница 120 из 126

91

Я вижу, как для Нерона важен этот разговор. И я не хотела заводить его так внезапно, не хотела даже думать о втором ребенке, пока не рожу Рема. Но все же, не знаю, атмосфера праздника и снежной погоды была настолько магической, что я подумала, что лучше момента мне не найти.
Конечно я откровенно понимала, что Нерон хочет своего ребенка, даже несмотря на то, как сильно уже любит Рема. Но желание иметь своего сына, свою кровь – это естественное желание каждого мужчины. Рем когда-то уже говорил Нерону об этом, когда объявлял о моей беременности на семейном ужине. Но тогда конечно, никто из нас двоих не воспринял его слова как счастливое изречение, потому что оба мы с Нероном понимали, с растущим в моем животе ребенком, рушатся все наши надежды на совместную жизнь. И никто тогда не предполагал, что в итоге этот ребенок останется единственным живым напоминанием о погибшем Реме? Кто мог знать, что этот мальчик для Нерона станет таким сокровищем еще даже не родившись? И кто мог подумать, что Нерон станет этому мальчику отцом?
И все же, как бы Нерон не хотел, но его пугают перспективы, что ребенок будет инвалидом, будет живым напоминание о прошлых ошибках и хуже того, будет за эти ошибки расплачиваться. И я тоже понимаю, что будет тяжело. Ребенку будет тяжело, как бы сильно мы его не любили. И Нерону будет тяжело, потому что будет винить себя всю жизнь, глядя на малыша. И возможно даже будет винить меня, что предложила, что дала надежду. Но я готова справиться с этой виной. И я правда хочу ребенка от Нерона.
- Дурак ты, Сцевола. – я шутливо бью его по щеке и тут же глажу отросшую трехдневную щетину. – Каким бы наш ребенок ни был, как бы сильно он не был похож на тебя, но он все равно будет самым любимым человечком на свете. Потому что он – твой.
Как только в этом мужчине умещается такое скотское отношение к людям, которое отталкивает и не позволяет приблизится, словно иголки и этот хрупкий страх за будущую жизнь собственного сына или дочь? Как Нерон может быть такой сволочью и таким внимательным и любящим, заботливым отцом? Как этот человек мог обсирать меня на начальных этапах нашего знакомства и в итоге стать самым дорогим, что у меня есть? Человек парадоксов.
- Я очень надеюсь, что ты потребуешь. И так же надеюсь, что ты сделаешь это не на какой-нибудь конференции с членами правления. – я треплю его за щеку и целую, прикрывая нас своим капюшоном от любопытных глаз детей. Такое зрелище им лучше не видеть.

7 января.

А дни идут. Срок в 2 недели истекает и день в день меня кладут в больницу. Все по расписанию. Дня 4 мне нужно было отваляться в больнице, чтобы меня подготовили к родам, поэтому приходится развлекаться на месте.
Пока я дохну со скуки в палате, пользуюсь моментами, когда Нерон приходит ко мне. И начинаю компосировать ему мозги на тему детской, некоторых недоделанных деталей, вставляю мужу за то, что он там без меня наверно закурил весь лофт и давно устроил там бордель.
- Видят боги, если я по возвращению домой, найду хоть одну пару трусов и они не подойдут тебе по размеру, тебе не жить, Нерон.
И чем ближе роды, тем более раздражительной я становлюсь. Рожать страшно. Иногда по ночам мне казалось, что я слышу чертов крик этих рожениц из палат. А пару раз они могли слышать мои крики, потому что прихватывали ложные схватки. И каждый раз меня уже готовились класть на роды, но ситуация быстро выправлялась, стоило появиться врачу и успокоить мои расшевелившиеся на затылке волосы от страха.
О втором ребенке мы больше не заговаривали, потому что не было ни времени, ни необходимости. Нерон ясно дал мне понять, что пока еще рано об этом думать, что он еще не готов. Да и правда, с его лечения прошло меньше года. Тут никакие лекарства не помогут, нужно немного подождать. И может тогда и Нерону станет легче, он перестанет бояться, когда достаточно времени проведет с Ремом и почувствует себя уверенно в статусе отца. А я не сомневалась, что отцом он будет прекрасным. И это должно отвлечь его от тех мыслей, от той опасности возвращения к наркотикам, которая каждый день нависает над мужем, словно туча. Да, он любил меня и мы были вместе и у нас все было хорошо, но я по своей профессии знаю, что наркоман – это как рак в ремиссии. Может и пронесет, а может и вспыхнуть снова и не поддаться лечению. Для Нерона следующая доза могла быть последней. И я как могла отвлекала его от этих мыслей и воспоминаний о прошлом, раздавая ему задания направо и налево.
Сцеволу трусило каждый раз, едва у меня начинались схватки. Однажды одна нерадивая медсестра умудрилась позвонить Нерону посреди ночи, когда меня прихватило и муж тут же прискакал на своем вороном, аккурат к тому моменту, как я уже спала мертвецким сном. Уходить он отказался, типа, вдруг меня опять прихватит и долго стоял на улице, ибо его отказывались пускать в больницу в такое время. Дисциплина у них тут была строгая в этом плане и я сама удивилась. А учитывая, что и со мной все было в порядке, так тем более они не хотели пускать Нерона в мою палату. Крики меня настолько доконали, что пришлось встать посреди ночи, подойти к окну, открыть его и заорать на всю улицу на этих придурков, чтобы они пропустили этого несчастного психа в мою чертову палату, иначе я разнесу к херам все здание больницы.
Это была первая и последняя ночь, когда мы с Нероном спали вместе в больнице. Он хамло, даже умудрился предложить опробовать койку на предмет выдержки, недвусмысленно улыбаясь. За что получил по затылку. А его морду пришлось прикрыть подушкой, потому что на миг я готова была согласиться.
День родов, когда меня скрючивало на кровати от схваток не был лишен своего обаяния и милых наставлений.
- Мелита убрала детскую? Там не должно быть ни пылинки, Нерон. Ты проверишь. И не смей больше курить в лофте. Если я услышу хоть намек на никотин, твои дорогие сигареты и портсигары полетят в окно и больше никогда не появятся в доме. – я крепко держу Нерона за руку и через раз постанываю от боли.
- А это должно быть так больно? – обращаюсь к медсестре, которая ставит мне капельницу.
- Все так и должно быть, мамочка, не переживайте. У нас лучшие врачи, они позаботятся о вас. – она адресует понимающую улыбку Нерону. Сучка, на меня смотри, когда я с тобой разговариваю.
- Так пусть нашаманят мне поменьше боли.
- Они всего лишь врачи. А роды всегда сопровождаются…
- Я сказала, пойди и найди мне врача. – шиплю я на молодую девку и она испуганнол скрывается за дверью. – Какая я ей мамочка?.. Дрянь желторотая… - а потом я снова обращаю свой взор на Сцеволу. – Сегодня должны были прибыть игрушки, которые я заказывала. Арес их забрал? Нерон, если только он их не забрал и заказ потеряется… Это самые лучшие игрушки, которые я когда-либо видела.
Телефон на моей тумбочке разрывается от постоянных звонков. Кто-то наяривает уже минут 15 и в конце концов это меня достает. Однако именно в этот момент в палату заходит врач и объявляет, что меня должны отвозить в палату для родов. Я торможу процесс, ведь мне надо ответить на звонок.
- Миссис Сцевола, но роды нельзя откладывать, вы же сами просили…
- Я ждала 9 месяцев. 5 минут дела не решат.
Отвечаю на звонок и понимаю, что это врач моей клиники, в которой я работала когда-то.
- Можно побыстрее, я тут уже практически рожаю. – резко говорю я, крепко цепляясь в Нерона и закатывая глаза.
Я не сразу слышу, что говорит врач из-за гула в ушах. Я ничего не понимаю, и даже от схваток отвлекаюсь, от происходящего хаоса вокруг. Все это уходит на третий план.
- Миссис Сцевола, вы меня слышите? Ваша мать проснулась.
У меня выхватывают телефон, но я даже не протестую. Единственное что я делаю, это намертво хватаюсь к Нерона с которым меня хотят расцепить.
- Едь к маме. Сейчас же. Со мной все будет в порядке. Пожалуйста.

Отредактировано Regina Lucia-Scaevola (2015-04-12 21:31:54)

+1

92

Они проводят прекрасное Рождество и не менее восхитительный Новый год в горах. Правда, несколько дней мело так, что было не видно света в окнах коттеджей напротив, и даже речи о том, чтобы выйти куда-либо, не шло. Тогда Нерон и Регина просто заперлись у себя, и на это время их мир превратился в самую маленькую страну на земном шаре. Помимо них взаперти оказались Арес и Мелита, так что по крайней мере смерть от голода и холода не грозила - Арес прекрасно разводил камин, а Мелита творила чудеса на кухне. Засыпая под завывания ветра Нерон думал о том, что мог бы, наверное, провести вот так остаток жизни. С Региной в объятиях, под грудой пуховых одеял.

Когда метель улеглась, снега намело столько, что даже Нерон взялся за лопату, резво расчищая дорожку, а Регина, основательно закутавшись, сидела на крылечке с чашкой горячего травяного чая и раздавала указания. Погода установилась морозная и звонкая, солнце вернулось, и на улицу высыпала ребятня на лыжах и снегоходах. Здесь было хорошо, действительно хорошо, но, увы, первым утром Нового года пора было возвращаться в Капитолий. Срок родов приближался, и Регина решила, что несколько дней она пробудет в клинике. Ей было боязно на тот случай, если схватки начнутся внезапно, а она не сможет различить, ложные они или нет. Нерон не возражал, наоборот. Ему и самому было тревожно. Вообще, не стоило ему проявлять инициативу и узнавать, как именно протекает процесс рождения ребенка. Глядишь, был бы поспокойнее.

Регина становится раздражительной по мере наступления срока, и поэтому отвлекается на все, на что только возможно. Она чихвостит Нерона на предмет его возможных измен, пока ее нет дома. О да, она навсегда запомнила тот чудесный ящик... Пусть даже никогда вслух об этом больше не вспоминала. А еще ее заботила детская и игрушки, с которыми все было в порядке, но Регине упорно казалось, что нет. И Нерон проявля недюжинное терпение, потому что понимал, как ей на самом деле страшно.
- Представляешь, мне даже некоторые мои трусы стали велики... Что если ты решишь, что они не мои? Мне ждать обвинений в том, что я гомосек? - совершенно серьезно интересуется Нерон и тут же получает за свои шуточки.

Однажды он приехал к Регине после встречи с так называемыми анонимусами. Он по-прежнему бывал на этих собраниях, правда, чаще молчал. Конечно, все его прекрасно знали в этом клубе, так что ни о какой анонимности речи не шло, наверное, поэтому он и не считал нужным что-то рассказывать - любому достаточно было посмотреть новости. Однако людям, которые собирались в этом кругу, на самом деле, было плевать на то, что там писали о Нероне. Круг собравшихся всегда был одним и тем же, и Нерон даже с удивлением заметил, что помнит всех по именам. Сегодня он внезапно решил рассказать о себе. О том, что его жена вот-вот будет рожать, и что его беспокоит это. Впервые за много раз он ни разу не упомянул о наркотиках и о том, как бывает тяжко думать о дури. Здорово, если это было симптомом выздоровления. Ведь мысли о наркоте никуда не исчезли. Исчезла наркота, но не память о ней, и это было опасно. Просто он никогда не говорил об этом с Региной. Они никогда не говорили о его зависимости и о том, каково ему сейчас