The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Девушкам на войне вообще нет места. Особенно таким маленьким


Девушкам на войне вообще нет места. Особенно таким маленьким

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1. Название: Девушкам на войне вообще нет места. Особенно таким маленьким.
2: Участники: Avena Baker, Carlos Moreno
3. Место и время: октябрь 3322, Дистрикт-13
4. Краткое описание квеста: На войне некогда играть в детский сад, а особенно нянчится в детишками, которые еще даже не достигли своего совершеннолетия. И как бы Карлос не отмахивался, Центр управления приказал следить за Авеной Бейкер от и до. Но кто знает, что взбредет девочке, которая только что убежала из лап смерти?
5. Очередность постов:Carlos Moreno, Avena Baker

0

2

Прошло около месяца, как Карлос пришёл в 13 Дистрикт. Власть Капитолия не смогла его удержать даже сейчас, что и четырнадцать лет назад, потом так же они не остановили его. Этот человек свободолюбив, а они - лживые твари нарушают его покой. Не будем говорить что они делают с самими людьми. Тринадцатый вроде и проще, и лучше, но в нём так же много правил и распорядков, душа требует свободы. Не устраивает его такой уклад жизни, хоть ты тресни. Но выбирать сильно не приходится, если ты хочешь победить Капитолий и получить всё то, о чём очень давно мечтаешь. Первую неделю Морено терялся в этих огромных коридорах глубоко под землёй, сейчас более менее привык и уже может найти свою комнату без чье-то помощи. Вспомнил как общаться с людьми. Почти все тут к нему хорошо относятся, есть тут некоторые, которые недоверяют и сомневаются, но в такой куче людей, их и не заметишь. Ему даже Центр Управления быстро работу нашёл. Его задачей стало собрать небольшой отряд, обучить их всем примудростям военного дела, стать их командиром или по-друго папочкой, если можно так говорить! Не очень сильно то и хотелось на такую работ выходить. Сильно напоминает работу ментора. Тут такой же большой риск потерять своих подопечных. Только не 1, 2 человека, а целый отряд. Чтоб такого не случилось на войне, нужно солдат новобранцев как следует подготовить. Чем в скором времени и станет заниматься Карлос, когда ему наберут всех людей, которых требуется. Сколько их будет, какого пола, возраста, из какого Дистрикта, ничего Морено не сообщалось, просто дано задание получить в своё распоряжение новобранцев. Отлично, ещё этого не хватало, не обучал давно детей, конечно...
С такой мыслью Морено подошёл к двери, где печатными буквами написано "Центр Управления", там работают достаточно много человек и каждый выполняет свою задачу и работу. Карлосу нужно было попасть к одному из них, ведь его вызвали чтобы сказать что-то очень важное. Надеюсь хоть на верх пустят, проветриться? Чувствую себя животным, загнанным в клетку. Ладно, хер с ними, раньше зайду, раньше выйду. Дела не ждут. Вежливо постучав в дверь, ему быстро ответили - Заходите! - Карл улыбнулся сидящей девушке поблизости, которая его впустила, но не успел он и рта открыть, как она сказала - Мистер Морено? - Мохнув головой, девушка показала ему на сидящего мужчину в конце кабинета. Морено пошёл к этому мужчине, в строгом костюме, с важным лицом. В это же время, лицо Карлоса нахмурилось и приобрело очень серьезный вид. Только подойдя к столу, он сходу выдал - Что чёрт возьми за фигня такая? С какого это перепугу я должен брать к себе этих тупых новобранцев? Почему именно я? Зачем мне усложнять жизнь? - Тон слишком быстро стал повышаться, при этом все присутствующие слышат этот не спокойный разговор. Морено не потерпит такого отношения к себе, он слишком наглый для таких простачков. Поэтому реакция мужчины была проста - сильное удивление.
- Мистер Морено, я прошу Вас успокоиться! Я не собираюсь разговаривать с Вами в таком тоне. Либо успокойтесь, либо выйдите из кабинета.- Как будто эти слова были выучены наизусть. Настолько ровно и чётко мужчина произнес. Полное спокойствие владело им, в отличие от Карлоса. А его этот тон не возьмёт так просто. Больше раззадоривает только - Слушайте сюда, мистер спокойствие! Если Вы мне сейчас не объясните кто приказал такую хрень, ждите беды! Я Вам это гарантирую, будьте уверены... - Его речь далеко не вежливая, он не любитель таких почестей и занудства. Всё нужно говорить только по делу. Таково мнение Морено и вряд ли оно когда-нибудь поменяется. Кабинетная крыса протяжно вздохнула и посмотрела на злобный взгляд Карлоса. Явно этому человеку не в первой сталкиваться с такими дерзкими людьми, которые только и знают одни "вежливости" и прилежное поведение - Хорошо, не будем сейчас ругаться, Вы к нам только прибыли. К Вам приставят новобранцев из молодых парней и девушек. Некоторые из них трибуты последних Голодных Игр. Ничего удивительного нет в том, что Вам нужно их обучать. Вы были ментором и прекрасно знаете что это такое. Мы Вам не большую толпу ставим, а всего человек пять, десять, как Ваш подход пойдёт, от того и будем отклоняться. Не пониманию проблем и лишних вопросов. - От того, что этот придурок сказал, Морено легче не стало. Тем более говорить то, что ты по факту знаешь. Просто глупо. Вот идиот! Где таких только работников и берут? Глаза закатились сами собой и озлобленное лицо перешло в недовольство и непонимание ситуации. Карл медленно наклонился, приближаясь лицом к лицу к мужчине. Поставил обе руки на стол, хорошо прижав ладони к коричневому лакированному дереву. Этот рабочий стол был совсем обычный и как следственно напичкан всякими разными бумагами и документами, а так же стоял рабочий компьютер. Карлос никогда не любил такую электронику, он с ними не дружил и терпеть её не может. В чём-то он прав, иногда это бесполезная вещь, а вот где-то и нет. Их взгляды пересеклись и они оба начали друг друга мысленно "пилить". Как же ему хотелось запугать эту крысу, не знающую даже значения слова - жизнь. Но ему нельзя, иначе его вышвынут вон с 13. А сейчас это крайне не хотелось. Ведь он поклялся себе, что отомстит Капитолию за всё его бесчинство и не человечность. Так что хочет он этого или нет, нужно вести себя в каких, никаких рамках приличия - Вы так говорите о молодых людях, как будто я этого сразу не понял. Дело не в том откуда они и кто. Меня это не сильно волнует, если честно. Мой вопрос заключается в том, почему именно мне решили дать молодых, почему нельзя дать, у которых хоть год обучения в этой сфере есть? Почему Вы выбрали именно меня? Причём тут командир и ментор вообще? Вы хоть понимаете разницу между первым и вторым? И будьте уже так добры, сказать сколько мне сначала поставят людей и когда. - Явно сдерживается, с трудом ему удаётся не сказать гадость в сторону мужчины или хотя бы засмеяться. Может он только тогда поймет на сколько он туп. Неожиданный стук, ниже уровня локтей, прошёл мимо мужчин. Это бьющиеся пальцы Морено, нервно стучавшие об стол. Так Карл хоть как-то пытался себя успокоить. Но всё было тщетно - Потому что по нашему мнению Вы хорошо подходите к этой работе. Взрослый мужчина, с большим опытом. Нам же не брать молодых людей, которые старше всего на пять лет самих новобранцев. Не правда ли? С молодыми, Вы умеете ладить и общаться с такими людьми, поэтому именно эту категорию присвоили Вам. А на счёт ментора и командира... Не вижу сильно большой разницы. Обучаешь, подготавливаешь отправляешь умирать и там и там, обычно этим и заканчивается. - Последние слова окончательно вывели Карлоса из себя. Он взял и ударил кулаком по столу. Его гнев не передать - Что за чушь Вы несете?! Кто Вас допустил к такой работе вообще? Не зная ни того, ни другого, по какой чёрт Вы говорите  о том, что Вас никаким боком не касается? Вы не знаете настоящей жизни, даже эти трибуты пережили больше, чем Вы! Поэтому закройте уже свой рот на эту тему и сидите пишите, серая крыса. - Развернулся и пошёл прочь.
В след только и услышал - К Вам приставят одного новобранца, все его проколы и ошибки будут считываться с Вас. Поэтому советую пристально следить, иначе Вам хуже будет! - Услышав это, Морено зашагал быстрее из кабинета, тихо сматерившись - Вот сука! - Хлопнул дверью и удалился оттуда. Следующие полчаса он сидел и размышлял о том, что теперь ему делать. Но в коридоре увидел проходящего мимо охранника с молодой девушкой. Когда охранник увидел Карлоса, он остановился и воскликнул - А я тебя уже час ищу! Где ты ходишь? Вот тебе первый новобранцев, зовут её Авена Бейкер. - Карлосу хватило трёх секунд чтобы понять что происходит, перед тем, как охранник это сказал. Увидев Авену, ему стало ясно, что случай тяжёлый - И что, давно трибуты стали такими дохлыми? В мои годы даже трусливые выглядели больше и сильнее. А она вообще маленькая какая-то, что мне с ней делать? - Неожиданное недоумение ударило в голову. Охранник пожал плечами и ушёл. Карлос стал внимательно рассматривать девушку. Она была с виду обычная и беззащитная. Вот это и придётся Морено исправлять. - Ну что, здраствуй, что-ли... Авена, да? Я Карлос Морено. - Протянул руку для пожатия - Можешь называть просто Карлос или командир. Как тебе удобней. - Он даже не знает с чего начать разговор и чем в начале заняться. Поэтому спросил что первое в голову пришло - С какого ты Дистрикта? Как умудрилась попасть в Голодные Игры? Расскажи про себя. - Теперь Морено знает что день будет долгим и скорее всего трудным.

+1

3

Дистрикт-13 мне совершенно не нравился. Это больше походило на жизнь в консервной банке, ибо каждодневные металлические стены напоминали только этот способ хранения продуктов. В голове закралась странная мысль, что может быть и нас так хотят законсервировать на какое-то время? Но об этом не с кем поговорить, хотя я вижу, что всем трибутам здесь абсолютно не нравится. Мы в равных условиях недовольства, даже когда находимся по разные стороны баррикад.
Там, на арене, мы стали одной семьей. Мы вместе выживали, мы обучали друг друга и спасали, мы лечили и были рядом, чтобы только никого не убили, находясь в засаде. Сейчас же каждому из нас дали определенные задания, которые мы должны выполнять каждый день. Да, поход к медсестре тоже считался заданием. И за это время, пока каждый из нас не получил допуск к сдаче экзамена, мы упорно изучали каждый свою область. Я выбрала медицину под руководством доктора Сандерса, который же в первый мой день сказал «зашей ему плечо» достаточно невозмутимо, чтобы я поняла, что попала по адресу. Учеба и споры повлияли на меня куда лучше, чем транквилизаторы. По два кубика утром и вечером. Сандерс сам разорвал мой рецепт, обозвав его ересью, хотя и сам выписал на первичном осмотре. И теперь я готова к тому, чтобы отправляться на простые задания в роли полевого врача. В руках сумка с самым примитивным набором лекарств, бинтов, а на поясе небольшой пистолет, который положен каждому врачу, дабы облегчить путь тем, кого не заберешь с поля боя.
Рано утром я захожу в командный центр по приказу президента Койн.
- Солдат, - говорит седовласая женщина железным голосом, от которого в венах начинает стынуть кровь. – Садитесь, пожалуйста.
Я повинуюсь и присаживаюсь за стол напротив нее, держа в руках планшетку и стилус, выданный мне на время обучения. Если меня вызвало само правительство, то я просто обязана здесь находиться с чем-то, что можно записать. Просто так руководству я не сдалась.
- Мы наблюдали за твоими успехами, солдат. – Койн начинает переходить с нарочито вежливой формы общения на какую-то неформальную. Я киваю женщине, постукивая стилусом по экрану. Она внимательно изучает мои жесты и мне даже показалось, что она издала звук, похожий на «ага», только со сжатыми губами. –[u] Все тесты пройдены на отлично. Вы готовы, Авена, чтобы приступить к службе. Но так как вам нет 18 лет, то мы не можем вас зачислять в военные отряды, даже в числе медсестер, которые нам необходимы. [/u]
Ее голос так и остается холодным, словно это сталь, прорезающая воздух. Политикам так и положено держаться отстраненно и холодно? Сноу держался схоже, а то и безумней, улыбаясь кровавыми зубами, в то время сжимая в руках белую розу. Безумно было к лицу Кориолану, а этой же к лицу холодность и металл, который здесь повсюду.
- И что вы предлагаете? Начать мне здесь выращивать цветочки? Или же строем ходить на сдвоенную математику по средам? – слова просто срываются с губ, будто даже не я их произношу. Они звучат едко, но в то же время отстранено – как и полагает наш этикет общения. Койн опять хмыкает – она проверяет меня на прочность?
- Ты очень импульсивна для солдата, который просто выполняет приказы, - последнюю фразу женщина сильнее интонирует, как бы показывая истинное предназначение людей, кто пошел против Капитолия. Просто выполнять приказы. Словно пушечное мясо. – Вам уже говорили об агитационных роликах. Нам нужны символы Революции, которые смогут вдохновить большее количество людей.

- Я помню это. Так что мне делать в Тринадцатом? Тогда бросать пафосные речи по вторникам, а по средам остается математика? – Я уже начинаю горячиться. Стилус в руках сжимается крепче, готовый треснуть в любой момент.
- Пойдешь в отряд Морено медицинской сестрой. Съемки в агитационных роликах являются обязательным условием. Если ты не соглашаешься или отказываешься на определенном этапе, то попадешь под трибунал. Надеюсь, условия понятны. Отправляйтесь на тренировки, солдат.

Койн выставляет меня за дверь, дав понять, что и в Тринадцатом никто не в безопасности. К чему мы придем, если президентом станет эта седовласая дама? Я закусываю нижнюю губу, чтобы только не ворваться в ее кабинет вновь и не высказать, что она не смеет мне угрожать. Мне нечего терять здесь, как ей – целую империю, которую она строила. Мы-трибуты, спаслись от многого. Здесь очень много бывших трибутов, бывших жителей дистриктов, кто пойдет за своими лидерами. Но вместо этого я отправляюсь в тренировочный центр и с неким остервенением начинаю стрелять в отведенное для меня время.
- Авена. Тебя вызывает Центр управления. – Ко мне подбегает мальчик лет тринадцати, с которым я посещала оказание первой медицинской помощи на курсах.
- Гребаная… лучше бы ты… Что? Президент? – слишком много Койн на меня сегодня свалилось.
- Нет. Не президент. Ты все узнаешь.
Отдаю оружие и все другие приспособления для стрельбы, и выхожу из Центра, чтобы наконец-то разобраться в ситуации, которая определенно не радовала меня. Я искала хоть какое-то себе применение здесь, а в итоге должна стать ручной собачкой правительства, чтобы в итоге приносить хоть какую-то пользу людям. Черт возьми! Круг, который невозможно разорвать.
Но около дверей меня ждал совершенно другой человек. С виду смахивал на типичного жителя 13 – такая же униформа. Он хватает меня за руку и приказывает ждать. Молчу… и жду. И вот меня приводят к какому-то мужчине. Беглый осмотр, который сопровождается его комментарием по поводу меня и моей миниатюрности.
- Карлос. Отлично. – Я не подаю руку в ответ, скрестив их на груди в защитной позе. – Третий Дистрикт, а попала я как и все – выбрали на Жатве. Других вариантов из-за моей дохлости просто нет. Давно оцениваем всех по внешнему виду, Карлос?
Я специально выделаю имя, словно подчеркиваю, что мне бы не хотелось так начинать наше знакомство.
[b]- И я не трусливая и не маленькая девочка. На каких условиях я попала в твой… ваш отряд, Карлос? Надеюсь, что я не должна отсиживаться в планолете, пока идут боевые действия. Медсестры нужны в это время как никогда. [/b]

+1

4

Всё старое рано или поздно напоминает о себе. Сей факт Карлос понял, когда ему приказали собрать небольшой отряд из юных солдат. Тогда он вспомнил те самые времена... То, что убивало его изнутри. Всё самое ужасное что могло происходить с людьми в целом. Когда Капитолий целиком и полностью правил этим миром, унижая, убивая и подчиняя волю Дистриктов. Люди из этих мест по себе знают, что такое не жить, а просто хотя выживать. Делать всё что угодно, лишь бы прокормить свою семью и себя самого. Работать круглыми сутками, не покладая рук, а получать за это одни гроши. Не все, конечно же, были в нищете, были и такие, которые стабильно жили и даже были такие, которые просто тупо наживались на всей этой трагедии. Как дети теряли родителей на работе, а особенно как взрослые теряли детей на этих чёртовых Голодных Играх. Не что так сильно не пугало народ, как эти публичные казни. Вроде и казнь, а вроде и нет. Сноу нравилось устраивать шоу, самому смотреть на это. Наверно его это заводило. Просто ведь на публику тупо казнить, это же "неинтересно". Надо что-то "весёлое".
Что ж, рано или поздно это должно было случиться. Карл в этот кошмар тоже попал. Преодолев большие трудности, страх, боль... Только тогда смог выжить. По-другому никак. Пережив свои Голодные Игры, потеряв отца, жену беременную, ему уже было плевать на всех, на Капитолий, на Сноу, на его подчинённых, на все Дистрикты в целом, было просто пофиг. А самое печальное, что ему стало срать и на себя. Жив он или мёртв - это не имеет значения, когда ты остался совсем один, потерял всех своих любимых и родных, зачем жить дальше, для чего? Для кого? Вот и Морено так думал. Забил на всё. Пришлось стать ментором, человеком, отправляющих детей на публичную смерть. Это единственное, что брало за душу мужчину. Больше всего на свете он не мог терпеть именно эту "работу". Больше всего на свете он не мог справиться со своими пережитыми чувствами, потому что именно эти дети "ковыряли" открытую кровоточащую рану в сердце. Не специально, не по своей вине, но ему делали ещё больнее, не давая забыть свой кошмар. Каждый день был как сон, как дурман, то, чего не существует на самом деле.
Всё происходило как в тумане. Так жил Карлос. Первые три когда, юный ментор не знал как им помочь, его уроки, понятное дело не приносили больших плодов. Он сразу видел, что эти дети быстро погибнут. Первая своя пара погибла в первый же день после начала Игр. Они были слишком слабы, чтобы принимать участие в таком ужасе. Тогда Морено снова замкнулся в себе и до следующих Игр не выходил из дома, не работал на лесопилке, с людьми не общался, местами даже выпивал, но не постоянно, зная что это вредная привычка и она закончится плачевно в конечном итоге. Видел, как взрослые Победители Игр спиваются и больше с алкогольной зависимости не выходят. Так и умирают. Такой грязной смертью Карлос умирать не хотел, но и жить смысла не было. Настали вторые Голодные Игры, новую пару к нему привели. Они были более наученные и неплохо учились на тренировках. Но этого мало, чтобы выжить, им не хватало стойкости и чувства необходимости жить. Дети погибли на третий день после начала Игр. От рук профи, они прятались и думали что всю Игру смогут выживать, не попадаясь на глаза другим трибутам. Карл им сразу говорил, рано или поздно вы с кем-нибудь столкнётесь и вам придётся защищаться. Они не поверили, думали что если Арена большая, спрятаться будет легко. Их не знание, их же и погубило. Снова он ушёл в себя и год провёл как в тумане. Третьи Игры стали крайними, всё снова повторилось, дети, к которым ты привязываешься, заботишься и учишь, погибают, оставаясь в твоей памяти. Последним, с кем они общаются, именно ты. Это в каком-то роде страшно себе представить. Но Карлос терпел, терпел как мог. Год пытался восстановиться, как те два, но не смог. Не сдержался. Психанул, сорвался и просто сбежал от всего, думая что всё это пройдёт само собой.
А сейчас дела обстоят похоже. Как сказала одна кабинетная крыса, что к нему поставят детей, их придётся обучать и отправлять на войну и нет никакой гарантии что они выживут. Карл не хотел в это верить, не хотел это понимать. Но ему пришлось. С болью и ужасными воспоминаниями, он принял Авену такой, какая она есть. Морено хоть и видел в ней слабый дух, но надеялся что сможет это покорить и воспитать в ней бойца. Хотя бы девушку, которая спокойно за себя постоит. Её наглое выражение лица, действия, давали понять, что это всего лишь показуха. То, что она якобы не нуждается в помощи и обучении. Хотя оба прекрасно понимают что это не так. На пожатие рук, она ответила отказом - скрестила их на груди, показывая свой защитный инстинкт. Но следующий вопрос, дал понять, что с этой девицей придётся работать и работать - Давно оцениваем всех по внешнему виду, Карлос? - Она юна, неопытна, поэтому не понимает что спрашивает. Морено придётся объяснять что, да как, так же как отцу своей дочери. Что нельзя себя так вести, нужно иметь уважение и понимать что ты делаешь перед взрослым человеком. Особенно акцентируясь на его имени. Что ж, пускай будет так - И я не трусливая и не маленькая девочка. На каких условиях я попала в твой… ваш отряд, Карлос? Надеюсь, что я не должна отсиживаться в планолете, пока идут боевые действия. Медсестры нужны в это время как никогда. - Не всё так просто, как тебе хочется верить, жизнь не даст тебе расслабиться, вот что усвоил Карлос в подростковом возрасте. Она просто не знает что с ней может случиться, если она будет так себя вести. Нельзя быть наглой и самоуверенной.
- Хм... - С щурил глаза и пристальнее стал смотреть на девушку - Это совсем не оценка, Авена. Это всего лишь первое впечатление. Надо тебе усвоить то, что сарказм - в наше время совсем нормальное явление. Привыкай, солдат. Не такое ещё ждёт. Мне надо тебя проверять, а обычно начинают именно с первой реакции в ответ. - Убрал руки за спину и начал ходить вокруг Авены Бейкер, продолжая наблюдать за её реакцией. Это его стало даже веселить, поэтому правый угол губы поднялся вверх, создавая ехидную улыбку, на серьёзном лице, серьёзного мужчины - А я этого тоже не говорил или ты сама так это считаешь? Во-первых, не забывай что я старше тебя и ты в моём отряде, значит подчиняться тебе. Не путай. Во-вторых, условия просты - ты новобранец, опыта в военных действиях не имеются, а я тот, который может из тебя сделать идеального солдата, хочешь верить, хочешь нет. Заставлять не буду. И третье, тебе придётся привыкнуть к тому, что все мои команды, требования, нужно выполнять с головой и полностью, иначе ты долго не продержишься. Что на счёт того, если что-то не будет получаться - всё получится, я добьюсь этого, главное желание с твоей стороны. Вот что самое главное. Не переживай, сидеть и скучать я тебе не дам, иначе это не я. Очень ответственная работа - медсестра, поэтому буду в два раза больше гонять. Понятно? - Голос был серьёзный и уверенный, никакого отчаяния или страха в тоне не присутствовало. Остановился сзади Авены и головой потянулся к её левому уху. Медленный вздох. Губы стали шевелиться в миллиметре от уха, тихо, медленно, но очень понятно - Ещё вопросы? - Голова медленно стала отодвигаться назад, Морено выпрямился и в стороне увидел чужой взгляд. Посмотрел в ответ серьёзным взглядом. Неизвестный мужчина, испугавшись, быстро перевёл взгляд вниз и ушёл в другую сторону. Ха, вот трус! Снова наглая улыбка вернулась к нему.
Повернувшись к Бейкер, сказал - Вот видишь как выглядят трусы? Быстро заметно, да? А ты не много боишься, но не на столько, чтоб это было сильно заметно. Поэтому твоя защитная реакция, нормальное явление. Я тебя научу даже большему, будешь у меня уметь в ответ что-то путное говорить. А сейчас давай пойдём в тренировочный зал, хочу проверить тебя на деле. Покажешь мне всё, что умеешь, ясно, солдат? - Последние слова были сказаны с высокой интонацией и приподнятой головой. Её взгляд был немного растерянным, но всё же серьёзным. Это не могло не радовать Карлоса. И мгновение спустя, этот взгляд, стал каким-то знакомым, как будто он его уже где-то видел. Не может быть, херня всё... Она слишком молода, чтоб я её раньше где-то видел. Показалось... Не стал на этом моменте зацикливаться, а просто начал размышлять о том, что же она может показать и как это сделает, тоже не мало важно.

+1

5

Muse – Stockholm Syndrome

Женщине на войне трудно вдвойне, а совсем юной, так поверхность совсем не место. Что может дать от себя 16-и летняя девочка с нервным потрясением? Которая во всем ищет подвох, пытается разобраться что хорошо, а что плохо, пытается делать первые шаги в личностном росте. Но если обратиться к теории деятельности, то именно этот возраст является тем ключевым, когда идут первичные обращения к своему второму я, задумки над будущим, вероятные пути профессионального роста. Возраст, когда происходит амплификация всех известных знаний и переработка их в какой-то продукт – решение. У Авены этого нет. Ее решение – это замаскированные действия других людей, которые подстроили все так, словно это она захотела. Она захотела сняться в роликах. Она захотела изучать медицину. Она захотела на поверхность. Возраст бунта. Возраст сознания. Ее лишили этого, заставили посмотреть на мир взрослыми глазами, где убивают, где ЗАСТАВЛЯЮТ убивать, где играют в политиков и политиканов, где кровь является такой же жидкостью, как и вода, а плоть – обычным куском мяса. Реалии, жизнь обрушились. Ей остается только смириться.
У мисс Бейкер оставались в запасе только воспоминания. Возможно, они были счастливые, а возможно, это очередной кошмар, как и эти металлические стены, окружающие всех и вся здесь. И лечение, что было прописано, это никак не меняло. Здесь каждый чего-то боялся, только не говорил об этом вслух. Здесь каждый ищет себе новую жизнь, потеряв старую, только не каждый делает шаги к этому. Все это лишь одна большая маска, притворство Революции, если это можно назвать именно таким словом. Танцы на костях. Прогулка среди могил.
В своих воспоминаниях она была маленькой девочкой лет шести или семи, держа худенькими пальчиками руку долговязого подростка Бити. На ее светлых волосах венок из полевых цветов, сплетенный грубыми руками бабушки. Ее кружит мама. Ее слушает Вайресс после школы о самом красивом мальчике из школы. Ее… столько воспоминаний, в которых нищета и бедность уходит на задний план. Но теперь, пережив кошмары, она может только думать о том, что этого больше никогда не будет. Матери, бабушки, дедушки нет в живых. Вайресс замкнулась еще сильнее. Бити теперь будет только ее. А Авена – она одна. У нее есть не ее выбор, не ее жизнь, не ее семья.
И чтобы найти себя в этом новом мире, Бейкер соглашается сниматься в агитационных роликах или промо, как именуют в центре управления сей маразм, в ответ на место в отряде. Хоть солдат. Хоть медсестра. Хоть помощник помощника. Главное, на повехность. Главное, подальше отсюда.
- Это совсем не оценка, Авена. Это всего лишь первое впечатление. Надо тебе усвоить то, что сарказм - в наше время совсем нормальное явление. Привыкай, солдат. Не такое ещё ждёт. Мне надо тебя проверять, а обычно начинают именно с первой реакции в ответ, - собеседник Авены убирает руки за спину и начинает обходить вокруг нее, словно тигр наконец-то догнал свою жертву и решил добить. Возможно, именно это и должно было напугать маленькую девочку, которая еще помнит теплоту солнечного света и освежающее действие мяты, когда гуляет по полю.
- Кроме сарказма есть много других психологических средств защиты. Я рада, что вы можете определить хоть одну. Дохлость – внешность. Я не лукавила, а вполне согласилась с вами, сделав свои умозаключения на основе тех данных, которыми я располагаю. Вы не похожи на военного, хоть и пытаетесь в него играть.
Девушка приподнимает  правую бровь, словно говорит «Авена Бейкер +10 баллов». Красной нитью в его речи идет одна простая мысль – тебе на войне нет места. Но ведь только там она сможет реализовать себя в полном объеме. Что ей еще терять?
- И как первый тест? Логорея с манией величия? Тогда мне придется еще недели две торчать в своем отсеке, травя свой мозг разговорами с психиатрами и подобными псевдолекарями.
Девушка фыркает. Светлые волосы, собранные в хвост, задорно подпрыгивают в ответ. Она зла.  Очень зла на Карлоса, на Койн, на все это гребанное руководство, на Дистрикт-13, на Капитолий, на Сноу, на отца – на каждого, кто хоть как-то пытался влиять на Бейкер. Юношеский максимализм зашкаливает, а самозащита остается на уровне «я покусаю в ответ». Примитив.
- Понятно? – Морено говорит твердо и уверенно прямо на ухо Бейкер. От этого юная девушка все еще больше начинается злиться и сжимать руки в кулаки, прикусывая зубами невидимую нить.
- Так точно, товарищ командир. – Выправка. Теперь и у Авены должна она быть. И ничего, кроме соглашаться она не должна. Только в одном у нее будет право – право на спасение жизни, и тут ей никто не скажет что и как делать. Ради этого она и стала врачом. Тот выбор, который она опять не делала.
- …будешь у меня уметь в ответ что-то путное говорить. А сейчас давай пойдём в тренировочный зал, хочу проверить тебя на деле. Покажешь мне всё, что умеешь, ясно, солдат?
Если бы Авена могла классифицировать всех людей, то Карлосу она бы отдала почетное место в числе людей, которые за счет других поднимают себе самооценку. Авена не боялась его. Ее голова стоила куда дороже его, поэтому он ничего не сделает с ней. Приказ Койн, иначе трибунал. И мисс Бейкер это прекрасно знала.
- Отвечать на вопросы или подобные высказывания меня научила мама, которую в Капитолии до смерти истерзали. Я не нуждаюсь в уроках лингвистики, фонетики, фонологии и так далее по списку. Если же у нас, ТОВАРИЩ КОМАНДИР, как вы сами сказали, отношения «командир и солдат», то, будьте добры, сделайте из меня хорошего солдата, а я приложу максимум усилий.
Авена отправилась в сторону тренировочного зала. Именно тогда она впервые и сказала об истинной причине, почему она так рвалась на поверхность. Ее семья в Капитолии. Отец сбежал как трус под крыло Кориолана, мать, которую схватили из-за ролика, где показали, что трибуты живы. И Авена понимала, что во всем этом виновата только она одна. Но слезы никогда не решают проблемы, слезы только заставляют заниматься самоедством. Поэтому больше она не плакала. И как только в отсеке выключался свет, Бейкер раз за разом вспоминала то, что боялась забыть – свою прошлую жизнь.
Открыв дверь в тренировочный зал, на него подуло прохладой. Огромный отсек с тренировочными комплексами, вплоть до модулятора действий. Зал пустовал, все тренировочные инструменты были аккуратно выставлены на стендах рукоятями вперед. Авена здесь уже была несколько раз, поэтому запомнила четкое расположение всех комплексов. Первая мысль девушки – аналогично капитолийскому. Казалось, словно это и было подготовкой к 75 Играм.
- Я могу показать то, чем я владею?
Вопрос-вызов. Вопрос, в котором скрыт ответ. Я владею этим. Я могу тебе показать свои умения. Да. Я иду целенаправленно.
Девушка берет нож без рукояти. Металл кажется тяжелым для руки, слишком холодным и массивным. Тонкие длинные пальцы обхватывают его и резким ударом отправляют вперед, где кучкой были свалены манекены. Острие пробивает корпус там, где у человека должно находиться легкое. Он начинает плеваться кровью и задыхаться, а после умирает от удушья. В сердце точнее, но смерть моментальная. Второй нож попадает в импровизированные глаза. Третий…
Третий Авена выбирает с ручкой – простой нож для свежевания. Лезвие и ручка прекрасно балансируют в руке, словно являются ее продолжением.   
- Нож нужен в рукопашном бою. На поверхности метание ножей не является продуктивной деятельностью – появились давно заменители. А этот нож как нельзя лучше подойдет. Обычно острие у них несколько длиннее. Это все, чему я научилась на Арене. Еще бегать и прятаться от миротворцев. Если говорить о моей жизни до Игр, то там моими максимально убийственными навыками можно считать отправление травами, ягодами и прочим подножным кормом. Теперь мы можем приступить к делу?

+1


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Девушкам на войне вообще нет места. Особенно таким маленьким


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }