The Hunger Games: After arena

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Boots or bows?


Boots or bows?

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

1. Название: Boots or bows?
2: Участники: Cashmere & Mark Metell.
3. Место и время: over 2 года после революции, квартира Марка и Кашмиры, Капитолий.
4. Краткое описание квеста: Астрид не зря страдала в кондитерской - сюрприз подготовлен вовремя и Кашмире осталось дождаться только Марка, чтобы получить ответ на самый интригующий будущих родителей вопрос.
5. Очередность постов: Кашмира, Марк.

0

2

look

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/f9/65/75/f9657594510ea8c2b424ec1e1f7ad25c.jpg

Домой, отпустив на волю несколько контуженную Пейлор, Кашмира вернулась к двум часам дня, и с головой ухнула в домашние и не только дела. Полчаса погуляла с Голди (ретривер осталась недовольна, летом она готова была носиться по улице сутками), приняла душ, переоделась в новое домашнее платье, затянув поясок над животом, поскольку сделать это на талии уже не представлялось возможным. Зато сбывались пожелания Марка - Кашмира окончательно перешла на более женственную форму одежды - в штанах с округляющимся животиком уж больно жарко. Даже дома на её руке - подаренный родителями браслет, девушка снимала его разве что на ночь и в душе, веря в волшебную помощь этих изумрудов с той же силой, с какой дети верят в Санту.

-Пойдём, нужно приготовить Марку ужин - высушив волосы и собрав их на скорую руку в косу, чтобы не оказались в еде, миссис Метелл в компании неспособной долго дуться собаки начинает возиться в кухне. Конечно, одним тортом мужчину после рабочего дня не накормишь... Но раз их ждёт плотный десерт, основное блюдо должно быть не очень тяжелым. И желательно быстрым, дел ещё много. На сей раз Кашмира режет овощи, брынзу и курицу, заталкивает получившуюся смесь в рукав, скрепляет зубочисткой и отправляет запекаться в духовку. Живот ещё не так велик, чтобы доставлять заметные неудобства, так что девушка весьма резво снуёт по кухне, обсуждая то, чем забита нынче голова, хотя бы с Голди. За периодически достающиеся галеты ретривер охотно внимает монологу:

-Знаешь, Марк мог бы столькому научить сына... С другой стороны, с дочкой он бы смотрелся просто очаровательно. И девочке можно покупать платьица. Зато любой мальчик будет счастлив иметь папу-лётчика... А ты что скажешь? Тебе есть разница, кто станет дёргать тебя за хвост? - потрепав любимицу по ушам, весело смеётся Кашмира. Она сама никогда не мечтала непременно о сыне-сорванце или дочке-принцессе, так что будет счастлива в любом случае. Но ей уже не терпится заняться организацией детской и подбором имени, хочется видеть, как их дом день за днём подготавливается к встрече ещё одного жильца. К пяти часам девушка заканчивает готовку и монологи с Голди, заводит таймер, уходит в гостиную. Что бы там ни думала Пейлор об её гормональной почве, про работу Кашмира не забывала. Следующие полтора часа посвящены изучению пришедших факсов - инициатива Айдана с выставкой всё же дошла и до Капитолия, до даты икс остался месяц, а готовы ещё не все украшения, которые хотелось бы представить. Среди бумаг и эскизы, и отчеты по уже использованным камням из хранилища, и ответы от нескольких выставочных залов, которым Метелл рассылала свои требования к защите экспонатов на время выставки. Ещё нужно будет увидеться с Лоуренсом для фотографий... Кашмира делает в органайзере соответствующую пометку. Бумажная работа длится до половины седьмого, когда снизу звонит прибывший с аптекарской точностью курьер.

Получив коробку с тортом, связку шариков и пакетик с декорациями, Метелл складывает рабочие бумаги в стопку, чтобы забыть о них до завтра. Все оставшееся сегодня время - для Марка, и это лучшая часть дня. Не считая жгучего желания расковырять белый, благоухающий ванилью торт прямо сейчас, актуальным вопросом остаётся и место организации сюрприза. Кашмира не хочет огорошить мужа с порога... Сначала нормально поужинают, обменяются новостями... Не хочется смазать столь важное событие. В гостиную Марк пройдёт сразу, закрытая дверь в кухню его, конечно, удивит, а Голди приведёт в панику. Остаётся спальня. И достаточно широкий, к счастью, туалетный столик.

Первым делом Кашмира выпускает в комнату связку шариков, старательно распределяя их под потолком - десять голубых и десять розовых шаров зависают, как цветные облака с дождём из шелковистых шуршащих лент. Голди уже включилась в процесс, бегая под шариками и стараясь ухватить зубами хоть одну ленточку. Кашмира накрывает розово-голубой бумажной скатертью стол, на голубую её половину кладёт розовые салфетки, на розовую - голубые. В центр стола на белой фарфоровой подставке водружается торт... В нём - деревянная растяжка с буквами "it's a...", а где-то внутри - цветные драже.

-И только попробуй нас сдать! - предупреждает девушка собаку, выводя её из спальни и закрывая за ними дверь. Голди поскуливает в мечтах о шариках, но быстро отвлекается на какую-то свою игрушку. Кашмире отвлечься куда сложнее. Она специально так всё рассчитала, чтобы закончить приготовления аккурат к приходу Марка и не испытывать лишний раз свою заведомо слабую выдержку. Когда в семь раздаётся долгожданный звонок - блондинка подлетает над диваном и несётся в прихожую наперегонки с Голди.

Они женаты уже полтора месяца, но эйфория ещё никуда не ушла. Есть что-то волшебное в том, чтобы по вечерам ждать возвращения не сожителя или жениха... А мужа. Оставлять за порогом все волнения кроме тех, что имеют отношения к вашей, закрытых от посторонних жизни. Марк последнее время работал даже больше, чем раньше. То ли банальные рабочие авралы, то ли возросшая в статусе мужа и будущего отца ответственность... Но Кашмире порой казалось, что она скоро начнёт вечерами скулить в прихожей, как Голди. Не нуждаясь в широком круге общения, от немногочисленных близких девушка тем не менее ждала полной выкладки по части внимания. Особенно сейчас.

-Я соскучилась. У нас был такой сумасшедший день... А твой как прошел? - едва позволив мужу переступить порог, Кашмира обвивает его за шею, целует в губы и лишь потом отстраняется, позволяя раздеться. Только с его приходом аппетитные ароматы с кухни и вся сегодняшняя суета переходят из разряда декораций в нечто, действительно имеющее смысл. Конечно Марк помнит, что она сегодня была у врачей, но помимо этого день оказался очень богат на новости, и Кашмире уже не терпится выдать их все, подкладывая любимому курятину.

+1

3

Их свадьба прошла чудесно, и, кажется, родители Кашмиры окончательно смирились с выбором дочки. По крайней мере, отец не выглядел так, будто посылает дочь на заклание в лабиринт к Минотавру или просто отдает в жертву, или что еще хуже - в рабство. Он даже выглядел счастливым за нее, и уж тем более таковой выглядела мать. С нею у Марка отношения строились гораздо лучше, впрочем, так и было с самого начала - миссис Лейн была настроена куда лояльней к кавалеру Кашмиры. То ли она считала, что Марк действительно подходящ, то ли его очарование распространилось и на нее. То ли и то, и другое сразу. Во всяком случае, поздравления обоих родителей звучали не вымученно.

Кашмира была очаровательна в своем платье, на которое совершенно точно не поскупилась. Признаться, Марка устроило бы самое простое торжество, но Кашмиру было не унять. Она загорелась, устраивая праздник, готовя платье, придумывая церемонию, и глупо было лишать ее этого праздника и этого настроения.

Их несколько медовых недель прошли в Тринадцатом, в дали от гула Капитолия или заботливых родителей. Просто они были одни, проводя много времени вдвоем, гуляя. Несколько дней выдались в Четвертом, где они пропадали на море. Кашмира жаждала насладиться жизнью, пока  беременность не отправит ее в вынужденный, хотя и приятный отпуск. По возвращении в Капитолий Марк вернулся к работе, а Кашмира занималась делами по бизнесу, который продолжала вести вместе с сестрой, изредка уезжая в Первый и останавливаясь у родителей. Это было их обычно расписание, распорядок, как угодно. Когда получалось, Марк бывал в Первом вместе с ней, но выходило редко. Он продолжал жить между Тринадцатым и столицей, хотя все больше времени проводил в последней, уже отсюда вылетая то в один, то в другой дистрикт. Правда, гражданских полетов было все меньше, и чаще он летал пассажиром. Революция прошла, но работы в Панеме по преодолению этой войны продолжались.

Сегодня Марк возвращается домой уставшим. Он только что вернулся из Второго, а по возвращении заскочил в министерство, где сдал рапорт о рабочей поездке. Он курировал летную школу, которая открывалась там для подготовки кадров гражданской и военной авиации. По совпадению на месте праздновали чье-то повышение и представление к награде, так что Метелл был немного пьян, но это тот случай, когда стакан хорошего виски действительно является замечательным окончанием рабочего дня.

Кашмира встречает его на пороге, не давая опомниться, целует и засыпает вопросами. Большую часть времени она проводила дома, и хотя занималась делами по ювелирке, все равно тосковала, днюя в одиночестве. Даже Голди не в счет.

- Рабочая поездка во Второй, ничего интересного или сумасшедшего, - улыбается Марк, снимая китель. - Так что готов слушать тебя.
Он быстро наклоняется и целует ее в округлившийся живот.
- Все в порядке?
И не ясно, устал ли он, или все дело в виски, но он чувствует, как ему остро необходимо принять душ, а если усталость не свалит с ног, то еще и поужинать. Возможно. Потому что запахи из кухни сводят с ума.

+1

4

Со своим обостренным беременностью восприятием Кашмира, конечно, не может не уловить в поцелуе нотку какого-то алкоголя, и на секунду к озвученным уже вопросам добавляется ещё с десяток. С кем пил? Что праздновал? Правда ли в поездке не было "ничего интересного"? Марк редко рассказывал ей что-то о работе, в то время, как работа самой Кашмиры всегда была дома, на виду. Впрочем, у них находилось много куда более приятных тем для обсуждений, чем рабочие будни. Напряжение, уже было проскользнувшее в синих глазах, развеивается, когда Марк целует её в живот. Маленькие моменты абсолютного счастья.

-В порядке. Сильно устал? Тебя ждёт горячая курятина - запечатлев ещё один поцелуй, на сей раз на скуле мужа, девушка тянет Марка на кухню, и вслед за ними, надеясь на свой процент ароматной курятины, бежит Голди. Пожалуй, самый надежный способ обидеть Кашмиру - отказаться есть то, что она приготовила, так что вопрос об ужине даже не поднимался, принимаясь, как данность. Наверняка в своих рабочих поездках Метелл перехватывает какую-нибудь сухомятку на бегу. На стол водружаются тарелки, столовые приборы, стеклянную форму девушка извлекает из духовки при помощи прихватки и ножом прокалывает рукав. Да, план сюрприза получается не идеальным - она бы непременно отпустила Марка в душ, но домашняя одежда в шкафу, в спальне, а Кашмире хочется, чтобы они пошли туда чуть позже, вместе.

-С ребёнком всё хорошо. Я сегодня получила результаты скриннинга - никаких отклонений, предполагаемая дата родов в промежутке между десятым и пятнадцатым декабря. Мне немного попеняли за низкий гемоглобин, но это ерунда, ничего серьёзного. Зато у нас появился ещё один снимок с УЗИ - к собственному здоровью Кашмира относилась гораздо более легкомысленно. Она уже раза два забивала холодильник гранатовым соком и прочими источниками пресловутого гемоглобина по совету врачей, благополучно в итоге забывая всё это съедать и выпивать. Разве что во время кратких поездок в Первый Эмбер следила за рационом дочери как Цербер. Перед Марком оказывается полная тарелка курицы и овощей, покрытых белыми островками брынзы. Вино после секундного размышления Кашмира решает ему сегодня не предлагать и берётся за наполнение своей тарелки:

-Что ещё... Астрид сегодня любезно прогулялась со мной в свой обеденный перерыв. Героически отбились от журналистов... В общем, Капитолий неисправим. Ты что-то праздновал? - хорошо, что Пейлор не слышит столь вольного пересказа, иначе бы внесла в него ярые коррективы на тему добровольности собственного участия в любезной прогулке. Последний вопрос - почти без перехода, когда девушка, закрывая духовку, опускается за стол рядом с Марком. Курица действительно удалась на славу - мягкая, сочная, пропитавшаяся сыром. Кашмира старается, чтобы вопрос прозвучал нейтрально, хотя конечно её гложат любопытство и ревность. Просто на всякий случай. Вот уж не думала, что когда-то начнёт ревновать ещё и к работе...

+1

5

Если честно, Марк скорее предпочел бы горячей курятине душ, потому что больше всего ему хочется именно этого. Хорошенько промокнуть, смывая с себя горячей водой все сегодняшние перелеты и поездки. Однако Кашмира, кажется, ничего не замечает, и Марк сдается только для того, чтобы не расстраивать ее. В конце концов, ее деятельной натуре действительно хотелось наконец побыть с ним, и чем дольше, тем лучше. Он ушел сегодня рано, еще до рассвета, пока она спала, так что не виделись они, считай, со вчерашнего вечера.

Он совсем позабыл, что сегодня она должна была совершить плановый поход к врачу, и поэтому внимательно слушает ее известия о том, что все в порядке. Впрочем, и изначально не было никаких опасений. Токсикоз не в счет, организм Кашмиры, кажется, вполне свыкся с той перестройкой, с которой ему пришлось столкнуться, и если ее и мутило, то это бывало очень редко. По крайней мере, они старались, чтобы никаких таких факторов и не возникало. Да и само то, что Голди вертелась вокруг хозяйки и никуда не изгонялась, говорило о многом. Кашмира не чихала, не плакала, не чесалась, а Голди время с хозяйкой как всегда было в радость.

Марк улыбается:
- Пора заводить альбом фотографий, - что-то ему подсказывает, что таковой Кашмира уже держит в уме. - Надеюсь, в другой раз я не пропущу прием.

Он ужинает не спеша, потому что, оказывается, в действительности не так уж и голоден, и напрасно Кашмира беспокоится насчет сухомятки. На обратном пути он перехватил сочный стейк, так что был вполне сыт.
- Астрид и обеденный перерыв? - удивляется он. - Не то чтобы я сомневался в том, что она ест, меня смутило слово "перерыв".
Насчет журналистов Марк не удивлен. Кашмира всегда собирала их вокруг себя, а уж про железную Пейлор речь умалчивала. Точно так же, как она ненавидела папарацци, они обожали ее.
Вопрос Кашмиры о том, что он праздновал, звучит вскользь, но Марк слишком хорошо ее знает, чтобы не уловить любопытства и будто даже нотки подозрительности, хотя и приправлен вопрос ничего не значащей болтовней.

- Сара, сослуживица по Тринадцатому, получила повышение, и решила отметить это событие вечером среди своих, - отвечает Марк. - Для выходца из Тринадцатого это большое достижение. Мы подумывали, что капитолийцам из министерства следует послать кулек костей, но решили, что у них ими и так горло забито под завязку.

+1

6

-Я тоже на это надеюсь - отзывается Кашмира сдержанно. Конечно, про альбом с фотографиями, начинающийся со снимков УЗИ, она уже думала и видела очень красивые альбомы в Капитолийских магазинах, но пока всё упиралось в пресловутый вопрос - будет обложка розовая или голубая? Уже сегодня они узнают ответ и вскоре посмотрят второй снимок, который сейчас в спальне вместе с остальными составляющими сюрприза. Вроде бы безупречный план на остаток вечера, но настроение у девушки вдруг ухает резко вниз.

-Может, Астрид наконец-то решила организовать свой режим дня - и взгляд у синих глаз преувеличенно невинный. Едва ли Пейлор устроила бы себе этот самый перерыв, не дёрни её Кашмира своим звонком к больнице, но ведь что ни делается... Было приятно прогуляться днём с кем-то помимо Голди. Есть ещё одна новость об Астрид, которую стоило бы рассказать, но мысли Метелл уже ушли в другое русло - она ведь услышала женское имя.

-О... Рада за неё. И за Тринадцатый - нет, она ни в чем не подозревает Марка и эту Сару, Кашмира честно работала над доверием после истории с Анной (Анна, Сара, у девушек в Тринадцатом до банального скучные имена), на сей раз дело в другом. Ей достался поход к врачу в одиночестве, в то время как какая-то посторонняя девица праздновала своё повышение в компании её мужа. Конечно, это ведь достижение для Тринадцатого... Случись Кашмире быть на месте министерских капитолийцев и получить кулек с костями, она бы отправила в нём назад дохлого крота. Мысль неожиданно злая, но образ яркий и маячит перед глазами, отбивая желание доедать свой ужин, хотя осилила она разве что половину. Впрочем, Марк сегодня тоже не блещет аппетитом и Кашмира уже не знает, на кой черт ей понадобился торт. Можно было прикрепить снимок магнитом к холодильнику и лечь спать.

-Ты отдыхай, а я ещё немного поработаю. Не все факсы успела разобрать - девушка опускает тарелку на уровень стула и лежавшая под столом Голди мигом подрывается, сметая нежданный подарок в виде остатков хозяйской порции. Пустую тарелку Кашмира ставит на мойку и идёт в гостиную, где забирается с ногами на диван, взяв из стопки присланных бумаг первую попавшуюся. Обычно к возвращению Марка домой она старается отложить все ювелирные дела, но сегодня какой-то на редкость дурацкий день.

Метелл глядит сквозь буквы, не в силах толком сконцентрироваться на тексте. В последнее время она стала более эмоциональной, легко переходя в режим "глаза на мокром месте". То ли шалили гормоны, то ли накопившиеся обиды, действительные и надуманные. Больше всего Кашмире сейчас хотелось бы снова оказаться с Марком в Четвёртом. Греться на песке, целоваться в солёных волнах - и никаких сослуживцев из Тринадцатого... Ни ей ни Блеску никогда не приходилось работать на гос. службе "от звонка до звонка", так что брат при желании всегда мог подстроить свой график под капризы привыкшей к вниманию сестры. Нет, она вовсе не сравнивает, просто... Да Кашмира сама толком не знает, что с ней. Марк любит свою работу, как и она свой ювелирный бизнес, и это понятно, но порой кажется, будто Тринадцатый - живое существо, претендующее на него не меньше.

-Что такое? Не плачь. Хочешь, сделаем для выставки золотую брошку в виде ретривера? - прибежавшая вслед за хозяйкой Голди кладёт морду на краешек дивана и скулит, безошибочно считывая настроение. Кашмира подписывает бумагу, оказавшуюся продлением договора для одного из поставщиков, и гладит собаку по носу. Ей уже не хочется торжественно обставлять свой сюрприз - Марк всё равно так или иначе зайдёт в спальню.

Отредактировано Cashmere Metell (2015-04-26 13:33:23)

+1

7

Марк видит, что настроение Кашмиры резко меняется, и от былой веселости и приподнятости не остается и следа. В последнее время у нее были вполне объяснимые ее положением перепады, и если иногда угадать причину было сложно, то сейчас все как никогда прозрачно. Кашмира вполне определенно реагирует на его реплике о пропуске визита к врачу и о Саре, и не нужно копать глубоко, чтобы связать два и два. С ревностью у его жены были проблемы. Или наоборот не было? Потому что Кашмира была ревнива, и однажды он в этом весьма убедился. Неужели и сейчас заводится та самая пластинка, и Кашмира в претензии, что, пока она дома и носит их ребенка, Марк уделяет внимание другим женщинам. Боги, эту девчонку, наверное, никогда не исправить.

Кашмира почти не притрагивается к ужину, скармливая его в итоге Голди, которая никогда ни от чего не отказывается, особенно если это достается ей прямо со стола. Затем она убирает посуду и, пожелав Марку отдохнуть, идет в гостиную. Метелл провожает ее взглядом и только сейчас замечает, что на ней новое синее платье, которого он прежде не видел. Чувство вины всегда неприятно. Кашмира ждала его, а он так безучастен, потому что просто валится с ног, и не может найти силы лишний раз откликнуться на ее настроение. Конечно, он тоже скучал, и, конечно, он понимает, что уделяет ей мало времени, но он не мог быть без работы, его бы никогда не устроило стать, например, участником ее семейного дела, потому что ювелирка - не его ремесло, а быть всего лишь декорацией к нему было невозможно. Он всю свою жизнь провел, работая, и, конечно, не мог расстаться с этим. Да, приходилось жать на два дома, между Капитолием и Тринадцатым, и Кашмире это не нравилось, но так было всегда, и, по крайней мере, на этот счет Марк никогда не обещал выбрать что-то одно.

Он идет следом за ней. Кашмира усаживается на диван, забираясь с ногами и утыкаясь в свои бесконечные бумаги. Голди крутится рядом, тыкаясь мордой к хозяйке и, видимо, стараясь ее развеселить.
- Ты не покажешь снимок? - спрашивает Марк, садясь в кресло и расстегивая манжеты, ослабляя ворот и галстук. Очень не похоже на Кашмиру не поделиться снимком, как будто на нем ничего интересного.

+1

8

То, что Кашмира скользит взглядом по договору, вовсе не означает, что она совсем выпала из реального мира. Она слышит, как на кухне после некоторой паузы отодвигается стул, слышит шаги Марка, направляющегося в гостиную, но молчит, наблюдая. Может, он идёт в душ или переодеться... Тогда не будет мешать. В своём широком платье и с растрепавшейся косой, поджав ноги, девушка сейчас похожа на птицу на жердочке. Даже нахохлилась почти так же. Возможности по разгону настроения и обид от мухи до слона у Кашмиры, если вовремя не остановить, воистину безграничны. Достаточно просто сидеть и думать. Но Марк опускается в кресло и синие глаза, прерывая бег по строчкам, вопросительно глядят на него поверх договора.

Обмен новостями можно продолжить без скоростных нормативов? Марк усталым жестом расстёгивает манжеты, ослабляет ворот и узел галстука. Некий внутренний истеричный чертик, нашептывающий Кашмире всякие колкости в стиле "вспомнил, что семья теперь не только Тринадцатый?" и несомненно подбросивший образ дохлого крота, стыдливо замолкает. Метелл действительно выглядит усталым... И хотя это не отменяет того факта, что мог хотя бы позвонить в течение дня с работы - Кашмира кладёт бумаги поверх стопки. Настроение из "на грани" переходит в разряд нейтрального, но уже не столь эйфоричного, как в начале вечера. У девушки тоже выдался по-своему непростой день, пусть её и не кидают между дистриктами.

-Он в спальне - всё же было бы глупо выяснять сейчас, кто больше устал и кто кому где недодал внимания, когда их ждут куда более важные и приятные новости. Наконец-то. Кашмира встаёт с дивана, идёт к запертой двери и нажимает на ручку. Из кресла, где сидит Марк, должно быть видно часть "инсталляции" - по крайней мере, шарики. Даже жаль снова поднимать мужа из кресла, но ради такого события можно и продержаться ещё пару минут на ногах.

-Вообще-то, не только снимок - вернувшись к креслу, Кашмира берёт Марка за руку и кивает головой в сторону спальни. С порога уже можно оценить её старания полностью - и шары, и торт, и розово-голубой декор, и снимок, лежащий рядом с подставкой для торта. Сейчас Метелл рада, что выбрала, спасибо Астрид, самый простой вариант. Нечто вычурное смотрелось бы неуместно.

-Смотри. Уже совсем полноценный человечек - она протягивает мужу снимок, который, конечно, уже изучила сама, благо совершенно не понимала, как врач умудрился рассмотреть на нём пол. Малышу всего шестнадцать недель, но это уже не клякса на однородном фоне. Вполне себе сформировавшийся младенец, которого они к Рождеству будут держать на руках. При этой мысли внутри теплеет и Кашмира улыбается Марку:

-Врач сегодня определил пол. Я ещё сама не знаю, ждала тебя. Разрежем торт и поймём. Астрид была моральной поддержкой, чтобы я не вскрыла конверт раньше времени и не умерла от любопытства. Между прочим, было сложно - далеко ходить не придётся, нож тоже лежит возле торта. На свадьбе они не разрезали торт - тогда Кашмира ещё мучилась токсикозом и ограничилась заказом капкейков, которые немногочисленные гости брали сами. Но сейчас вместе наверстают упущенную традицию, даже в более волнительном контексте.

boots or bows

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/0d/5d/a8/0d5da841a28eb899298857cbd3a093d4.jpg https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/47/90/a8/4790a8e9201fa12c2f8299f9dd9741bf.jpg https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/84/25/03/842503c051cb91ca80bfb255b87ec6b1.jpg

+1

9

Кажется, Кашмира меняет гнев на милость. По крайней мере, помедлив, она все же откладывает в сторону свои бумаги, которые, в общем-то, и так изучала отсутствующим взглядом только для того, чтобы чем-то себя занять. Она встает и идет в спальню, и Марк следит за нею, видя часть того, во что превратилась спальня. И улыбается. ну конечно, разве может Кашмира обойтись без сюрпризов?

Она возвращается за ним и берет за руку, увлекая за собой. Комната убрана в розовое и голубое, и, признаться, Марк не улавливает, в чем трюк. Его воображение беднее на выдумки, чем у его жены, которая из пустяка может раздуть событие, так что уж говорить о беременности?
Марк обводит взглядом спальню и смеется:
- У нас двойня?
Или чем еще объяснить равный счет в цветах шаров? Взгляд падает на торт с мини-растяжкой над ним. Но Марка больше занимает снимок. На нем - его малыш, какого бы пола он ни был. Нельзя сказать, кого он хочет больше, мальчика или девочку, потому что это не важно. Главное, что это его ребенок, которого он так ждет. Когда-то он не мог представить себе семью, а теперь вот она, рядом с ним. И пусть не все без шероховатостей, но это жизнь, в ней ничто не бывает так, как хочешь ты, и приходится с этим мириться.

Между тем Кашмира поясняет, к чему торт, и, признаться, ничего подобного он никогда не слышал. Ну что же, раз существует такая традиция, то почему нет? Нужно же было Кашмире чем-то себя занять, чтобы не сгореть от любопытства, дожидаясь, чтобы узнать новость вместе.
- А ты точно хочешь узнать сейчас, а не оставить сюрприз? - смеется Марк. А он хочет?

+1

10

Боже упаси от двойни - как хорошо, что этого гена в их семье нет. В гостях у Айдана Кашмира наслушалась о хлопотах, связанных с близнецами, и о бессонных ночах... А ведь там с детьми сидели оба родителя. С таким рабочим графиком Марка и полным отсутствием у себя опыта - Кашмира не очень представляет даже как они будут справляться с одним малышом. Сейчас девушка лишена многих радостей, прежде скрашивавших ей досуг в отсутствие Метелла - гонок (хотя с ними, конечно, покончено), тренировок в зале... И конечно ей захочется вернуться к привычному ритму жизни как можно скорее, но с бесконечными командировками Марка... В любом случае, сейчас об этом лучше не думать, иначе Кашмира опять себя накрутит и обидится оптом на мужа, Тринадцатый и весь Панем.

-Тебе не нравится? Это новая мода - торты с начинкой в цвет пола малыша, соответствующие декорации... Я подумала, будет здорово оформить такое событие по-особенному - наверное, она никогда не привыкнет толком к их различным с Марком реакциям. Даже несмотря на державшуюся долгие годы ненависть к Капитолию, столичный шик и тяга Первого к некоторым излишествам повлияли на Кашмиру, в то время как её супруг держится в рамках необходимого минимализма. Так что ожидаемого восторга в адрес сюрприза не следует... Но Марк с интересом изучает снимок, что куда более ценно. Не в столь уж отдалённом прошлом Кашмира представить не могла подобного - муж, традиционная семья, ребёнок, которого она уже безумно любит и жаждет увидеть, узнать. Неужели Метелл сможет противостоять любопытству?

-Милый, нам ведь ещё столько нужно сделать. Подумать над именем, дизайном детской... Можно будет заказать одежду и вещи с монограммой. Но если ты не хочешь... У Пейлор достаточно вредности, чтобы съесть торт и даже под пытками не разгласить начинку - да, планы у Кашмиры эпичные и судя по настрою, такими же окажутся траты на детскую. У их ребёнка всё должно быть самым лучшим. Мирная жизнь, никаких страхов или лишений... Ничего из того, что довелось узнать им. Не исключено, что со своей тягой к широким жестам Кашмира может несколько перегибать палку. Но её тяга оградить малыша в будущем от всего кроме счастья - более чем объяснима.

Синие глаза вопросительно глядят на Марка - наверное, с похожим взглядом Голди просит бросить ей наконец мячик. Метелл весь день ждала мужа для того, чтобы он взял на себя инициативу в главном на сегодня вопросе, раз уж не попал с ней на приём... Но если он предпочтёт оставить интригу до родов - Кашмира готова уступить. Голди вот в любом случае будет рада шарикам. "Я ведь не из Тринадцатого, чтобы во всём его понимать" вновь шевелится непроглоченная ещё окончательно обида и вспыхнувшая было во взгляде искорка снова затухает. Стабильность рядом с настроением Кашмиры сегодня даже рядом не проходила. Наверное, многовато эмоций для одного дня. Учитывая ещё креатив журналистов, на полном серьёзе приписавших ей роман с Астрид. Бред не кажется таким смешным, когда твой главный компаньон - собака.

0

11

Кашмира поясняет содержание новой моды (а может быть, это и не новая мода, просто он о ней никогда не слышал, ведь откуда такие изыски в Тринадцатом), и Марк улыбается. Боги, чего только не придумает Капитолий, чтобы превратить что угодно в еще больше праздник или спектакль. Однако видно, как все это нравится кашмире, несмотря на то, что она расстроена тем, что его реакция не такая яркая, как она надеялась. Увы, Марк, наверное, просто пережил возраст, когда этому было место, а может быть, он никогда в нем и не был. То, что кажется Кашмире невозможным, для Марка было обыденным. Он не умел радоваться чему-то яркому, предпочитая простое и понятное. В этом для него и была своя прелесть. Да, Тринадцатый выхолащивает чувства и эмоции. Иначе там не выжить.

- Ты молодец, - Марк целует ее. - И бедная Пейлор.
О да, оставалось представлять, каково было железной пейлор участвовать в выборе торта и прочем. Она, как и Марк, была лишена пристрастий к подобного рода вещам.

Кашмира говорит о том, сколько у них впереди дел, от подготовки дома до самого главного - выбора имени для малыша - и, конечно, Марк все это понимает. Просто... ну разве нельзя сделать детскую в нейтральных тонах, без только розового или только голубого? И уж конечно он ни за что не понимает заказ одежды и вещи с монограммой. то все действительно необходимо и иначе дети в Капитолии не растут?

- Хорошо, - смеется Марк. - Пусть будет по-твоему, миссис любопытство.
Конечно, ему тоже интересно знать, кого носит под сердцем Кашмира, но отчего-то так хочется еще немного оставить это ощущение счастливого ожидания и вероятности сюрприза...
- Готова? - Марк берет нож. Что-то подсказывает, что любопытство Кашмиры не позволит вообще взять что-либо в руки. Марк не тянет момент, быстро вырезая кусок и поддевая на нож. И действительно на тарелку высыпаются цветные драже...

0

12

"Молодец" звучит довольно сдержано и так же Кашмира принимает поцелуй, витая мыслями где-то за пределами спальни. Ей нравилось спокойствие Марка, именно выдержки не хватало самой девушке, но... Иной раз хотелось, чтобы оно не было настолько всепоглощающим. Вполне ожидаемо муж не комментирует и её видение детских вещей, хотя в этом вопросе Кашмира наверняка сделает всё по-своему. Понятно, что ценности и жизнь в Тринадцатом были совсем другими, но их ребёнок будет расти в столице, ей хочется, чтобы его окружали дорогие красивые вещи. Может, именно для того она и обратилась к Сцеволе для помощи в устранении других акционеров? Как чувствовала. Помимо любви к ювелирному делу зарабатывание денег обретает наконец смысл. Дать ребёнку всё, что можно получить от мирной жизни.

-Готова... - отзывается она, когда Марк наконец берёт в руки нож. Сердце начинает учащенно стучать и Кашмира нервно покусывает нижнюю губу... Ожидание и неизвестность для неё - самая изощренная пытка на свете, особенно на исходе последних нескольких секунд. Девушка кладёт ладонь на живот, успокаивая этим жестом скорее себя, чем ребёнка, а нож, как в замедленной съёмке, врезается в торт и подцепляет первый кусок. Из середины на тарелку со стуком катятся цветные драже с шоколадной вроде бы начинкой... Мозг пару долгих секунд обрабатывает информацию, словно впервые увидел цвет. Голубые. "Мальчик!"

-У нас будет сын! - в смехе Кашмиры, когда она принимает тарелку с тортом, и облегчение и радость. И какая-то новая, безумно яркая вспышка осознания грядущего материнства - теперь малыш не нечто абстрактное. Она знает, как к нему обращаться, может заняться подготовкой вещей и комнаты... В её жизни скоро появится ещё один любимый мужчина. Ощущения просто непередаваемо волшебные! Родители, наверное, тоже будут счастливы. Может даже Блеск заинтересуется племянником? Надежда умирает последней, особенно в случае такого упрямства, каким обладает Кашмира.

-Боже... Я счастлива. Не забывай, что с тебя всегда в первую очередь будут брать пример - девушка трётся щекой о плечо Марка, чувствуя, что напряжение сегодняшнего дня вот-вот может вылиться слезами, хоть и от радости. Пожалуй, ответственность за воспитание мальчика даже выше, ведь им суждено вырастать в мужчин - волевых, смелых, готовых принимать решения и ответственность за окружающих. Таких, как Марк. Едва ли у сына может быть лучший пример отца.

-Мне кажется, невозмутимостью он пойдёт в тебя. Иначе бы уже давал о себе знать - одна ладонь Кашмиры по-прежнему на животе, но шевелений девушка ещё не ощущала. Врачи пожимали плечами, говоря, что беременность первая, мышцы у будущей мамы сильные - наверное, почувствует малыша позже, но уж максимум через две недели - наверняка. Опять повсюду ожидание. Кашмира отправляет в рот кусочек торта, памятуя о том, что не очень-то плотно поужинала, а в голове уже крутятся варианты имён, сотни вопросов к мужу касательно начала ремонта... Но наверное правда будет лучше отпустить Марка в душ, а потом обсудить всё лежа в постели? Ей сегодня долго будет не заснуть.

0

13

Кажется, только с восклицанием Кашмиры Марк на самом деле понимает, что означает голубой цвет. И мир, расцвеченный когда-то серыми оттенками Тринадцатого и с появлением в его жизни Кашмиры загоревшийся разными цветами, стал теперь еще ярче. Сын. Мальчик. Ребенок, который будет его плотью и кровью, будет носить его фамилию.
Кашмира говорит еще что-то, но Марк едва ли слушает ее, только целует в ответ, обнимая и качая в объятиях.
- Я самый счастливый мужчина на свете. Люблю тебя.

О, насчет того, кто и какой пример с кого будет брать, еще рано говорить. Сейчас главное это ощущение счастья, которое внутри. Потом будет все остальное. Дизайн детской, пеленки-распашонки с вензелями, как грезится Кашмире, или без них, имена и прочее. Пусть этот момент продлится дольше. Это ощущение внутри бесценно.

- Еще даст, я был непослушным ребенком, - смеется Марк, кладя руку на живот Кашмиры. Она ждет, когда малыш наконец даст о себе знать, и врачи говорили, что пока еще рано что-то действительно чувствовать. Кашмиру это несколько беспокоила, а Марк доверял тем, кто действительно понимал толк в этих вещах. Кашмира же имела свойство переживать и не находить себе места по малейшему пустяку. Наверное поэтому Марк казался ей таким невозмутимым. Он просто привык решать проблемы по мере поступления, а не надумывать себе что-то в стиле "а вдруг что-то пойдет не так".

Торт, несомненно, вкусный, но Марк не голоден, да и торта совсем другая функция, и он ее выполнил.

Марк подцепляет один из голубых шаров и подает Кашмире.
- Дед будет счастлив. Давай пошлем ему всю связку.

О да, отец Кашмиры наверняка мечтает о внуке. По крайней мере, от сына ему его пока не дождаться, так что дочь реализует желание.

+1

14

Вот теперь, когда Марк заключает её в объятия, его рабочие празднования, имя Сары и прочие шероховатости забыты окончательно. Всё это перестаёт иметь значение, по сравнению с той радостью, которую Кашмира видит в любимых глазах, на сей раз с нежностью отвечая на поцелуй. Метелл ни разу не говорил, что хочет непременно девочку или обязательно мальчика, но наверняка все мужчины первом делом задумываются о сыне. Блондинка улыбается мужу:

-И мы тебя - самое приятное, что она может услышать - Марк с ней счастлив. Именно об этом мечтала Кашмира, выходя замуж - создать идеальную семью, ведь иной он не заслуживал. Сложно поверить, что ребёнком Марк был непослушным, так что девушка смеётся в ответ на его признание.

-Правда? Может, тогда пошалим перед сном? - округляющийся животик пока что никак не влиял на темперамент девушки, даже наоборот, иной раз она так ластилась к мужу, словно тот не с рабочей смены возвращался, а из долгой изоляции в подземельях. Но Кашмира помнит, что Марк толком ещё и не отдохнул, и всё же хочет расправиться со своим куском торта, так как на фоне отступившей обиды голод даёт о себе знать.

-Шарики Голди не уступит. Но кусок торта определённо надо отправить... Ты прав, папа с ума от счастья сойдёт. Иди в душ, пока я не отвлеклась от торта и не передумала - смеётся девушка, ещё раз шаловливо поцеловав мужа в уголок рта. Пока Метелл наслаждается водными процедурами, она успевает съесть свой кусок вместе с драже - ваниль в бисквите и шоколадные конфетки, сочетание правда приятное. Затем расстилает постель и переодевается в расширенную от груди ночнушку, тоже новую. Стоит Марку оказаться рядом под одеялом, как Кашмира прижимается к нему, обвивая ногой - единственная из-за живота возможность улечься поближе.

-Совсем забыла. Я предложила Астрид стать крёстной и она согласилась. Ты ведь не против? Мне кажется, это будет здорово и для неё и для малыша - блондинка сегодня просто кладезь новостей. Хотя вряд ли сей факт станет для Марка таким уж удивительным - вариантов было не так много. В Капитолии у Кашмиры почти никого нет, а Диадема ребёнку и так родственница... Девушка касается губами шеи мужа и рисует кончиком ногтя узор на его ещё влажной после душа груди. Лучший момент за день, несправедливо, что вечера пролетают намного быстрее скучного долгого дня.

-Мне скоро понадобится менять гардероб, даже свободная одежда становится тесноватой... Когда у самого счастливого мужчины на свете выходной? - вроде мужу скоро пора отмечаться в Тринадцатом, но Кашмира очень надеется, что не в ближайшие дни. Здесь дел намного больше и они куда важнее. А дистрикт без Метелла никуда не денется, он же не на нём женат. Ремонт в гостевой, конечно, не обязательно начинать прямо сейчас, но они ведь могут хотя бы пройтись по нужным магазинам, прицениться, найти каталоги с интерьерами... По части ремонта у девушки не больше опыта, чем по части материнства. Ладонь Кашмиры мягко скользит по животу Марка. Её мужчина. Любимый, домашний, самый лучший. Хорошо, если у сына будут его глаза. Даже не верится, что разделившись на троих, счастье становится ещё больше, чем было между двумя.

+1

15

Кашмира смеется, что деду непременно нужно отправить кусок торта. Ну, кусок или нет, а сообщить радостную новость нужно, но об этом они подумают уже завтра. Да, пусть радостные причитания новоиспеченной бабули и довольный вид деда останутся на завтра, а пока это счастье только на них двоих. Вернее, троих, потому что малыш наверняка их слышит, пусть и не видит. Но совсем скоро... С ума сойти, как хочется подержать на руках сына.

Кашмира предлагает пошалить, но у Марка на этот счет есть сомнения. Не то чтобы он чрезвычайно обеспокоен, просто этот вопрос нужно обсудить с врачами. Срок растет, и, вероятно, есть резон консультироваться. Он не сможет себе простить, если с положением Кашмиры возникнут осложнения, тем более, что ее беременность начиналась с токсикоза. Однако, как бы то ни было, сначала душ. Смыть с себя этот день, перелеты и прочее. Стоя под водой, Марк ловит себя на том, что он смеется, и умывает лицо ладонями. Черт, он действительно везунчик. Чертов Революция стоила свеч, он нашел свое счастье там, где и подумать не мог. Пусть не все было гладко, но все же. Бочки и иммельманы стоит пройти, чтобы затем выйти в крутой вираж.

Он возвращается в спальню. Кашмира уже в постели и обнимает его, едва он оказывается рядом. Ее новости еще, оказывается, не исчерпаны, и она сообщает о том, что Астрид Пейлор согласилась быть крестной их ребенку. Что ж, для сына крестной лучше не найти.
- Я в неоплатном долгу перед Астрид, - улыбается Марк. - Поход за тортом, теперь такая честь для нас. Она хороший человек, и я рад, что она все таки в некотором роде наша.
Это не вытравить. Они теперь в Капитолии, но деление на своих и чужих, на дистриктовских, какими бы они ни были, и капитолийцев, не вытравить из привычки.

Кашмира говорит о необходимости смены гардероба. К слову, Марку нравится, как она меняется. Она становится такой красавицей, что, казалось, больше некуда, а все же он ошибался.
- О боги, - он закатывает глаза, но улыбку спрятать сложно. - Астрид не освободит еще один обеденный перерыв?
Прогуливаться с Кашмирой по магазинам это беда. Марк бы предпочел 300 рейсов до Двенадцатого в грозу, потому что Кашмира была настолько неуемна, что он валился с ног уже через пару часов. - Клянусь, я одобрю любой ваш выбор.
Он целует Кашмиру, продолжая смеяться.
- И вообще, ты меня раздобрила и теперь пользуешься моей сговорчивостью. Так нечестно.

+1

16

-Наша. Забавно, я до сих пор размышляю так же - Кашмира понимает, что имеет в виду муж. У их ребёнка такого разделения уже не будет, но они сами едва ли оправятся от привычки делить окружающих на дистриктовских, двигавших революцию вместе с ними и капитолийцев, столько времени олицетворявших гнёт и паразитирование. Если Астрид не станет лет через двадцать вплотную знакомить крестника с мотоциклами - выбор и правда идеален, раз мысли у них с Марком сходятся.

-Боюсь, второй раз она на это не клюнет - блондинка прыскает со смеху, вспоминая лицо Пейлор в тот момент, когда рыжая услышала краткое описание их сегодняшней миссии. Что-то подсказывает Кашмире, что теперь Астрид будет очень тщательно проверять все её звонки, прежде чем нестись "на выручку", очертя голову. Почему не могут быть одновременно "наши" и любящие шопинг? Чуть поёрзав, Метелл делает ещё одну памятку - купить подушку для сна на боку, пока в таковую не превратился Марк. Перестраиваться на определённую позу для сна оказалось тяжеловато. Муж целует её и девушка чуть ли не мурлычет, прикрывая глаза и с удовольствием растворяясь в его ласке. Неужели она правда заслужила подобное счастье?

-Приходится использовать свои козыри. Ты весь в работе, и мне чертовски тебя мало, нужно как-то восполнять баланс... Со мной ведь лучше, м? - поцелуи Кашмиры провокационно переходят с шеи Марка на плечо и ключицу, задерживаясь у ямки, где бьётся пульс. Его опасения по части постельных игр понятны, но сдерживаться девушке чертовски сложно, тем более она не целовала мужа со вчерашнего вечера и теперь, когда Марк рядом и хотя бы до утра принадлежит только ей, Кашмире не оторваться.

-Ты уверен, что мы справимся с детской сами? Можно и бригаду нанять... Не хочу, чтобы к родам ты лежал в той же больнице с переутомлением - пускать в их гнёздышко посторонних Метелл тоже не хочется, она до сих пор нервно относится даже к такому косвенному вмешательству в частную жизнь, но если половину времени Марк будет проводить в разъездах, а вторую - в ремонте, то что делать ей? По части облагораживания интерьера Кашмира может помочь только дизайнерскими соображениями, в остальном обе руки у неё левые, способные к созиданию только на кулинарной и ножико-метательной почве.

-Милый, как тебе имя Лазурит? Означает "небесный камень". Когда-то считалось, что с его помощью возможно общаться с богами... Сильное имя для мальчика. А если у него будут ещё твои глаза... - отчего бы не помечтать в такой чудесный вечер. Кашмира уже задавала себе вопрос об именах и на ум непременно приходили из мужских имён - Лазурит, из женских - Аммолита. Красивые, редкие минералы. К тому же талисманами их семьи всегда становились синие камни - у них с Блеском, например, сапфир. Лазурит мог бы стать достойным продолжением ряда, тем более если у малыша окажутся глаза Марка... И связь камня с небом в их семье очень актуальна. Глядя на свой охранный браслет с изумрудами, поблескивающий на прикроватной тумбочке, Кашмира думает о том, что обязательно научит сына разбираться в камнях и ценить их.

+1

17

О да, зная Пелор, Марк может согласиться, что второй раз Астрид точно не клюнет. Он смеется над Кашмирой, крепче обнимая ее. Доведет, кого угодно.
Она спрашивает про детскую, и Марк пожимает плечами. Да, возможно для серьезных работ и следует обратиться к специалистам, но, в принципе, отделочные работы затем он может провести и сам. Тем более, что мастерить что-то своими руками всегда доставляло удовольствие. Будто отвлекаешься ото всего, а такой шанс редко выпадал.

- Нужно подумать над этим, - соглашается Марк. - Зависит от того, какой проект ты затеяла. Может быть, нам потребуется вся команда, которая проектировала президентский дворец, чтобы только один угол уделать.
Прожэкты у его жены всегда были грандиозные. Взять хотя бы сегодняшний вечер и историю с тортом.

Кашмира продолжает целовать его, и Марк довольно жмурится сквозь приятную полудрему. Как хорошо оказаться наконец дома и до утра не думать ни о чем. Однако Кашмира настроена куда как более деловито, и ее после сегодняшней новости просто распирает от жажды деятельность и стремления решить все и сразу, поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, она заговаривает о выборе имени. Да, возможно, это самое логичное, однако...
- Лазурит? - переспрашивает Марк, будто пробуя имя на вкус. Да, значение у имени замечательное, и Кашмира к тому же так сервирует его выбор, но... Марк не хочет имя Первого дистрикта. Не потому что имел что-то против Первого, а потому что ему всегда многие имена, принятые там, казались чужими и странным. Блестящими, но пустыми. Или слишком вычурными. - Обязательно имя должно быть из Первого? - спрашивает он. - И обязательно решать это сейчас? Потому что мы в неравных условиях. Ты меня задобрила и опять пользуешься мной, - Марк смеется. - Наш сын может пока жить без имени?

Марк кладет руку Кашмира под живот.
- По-моему, сын согласен, что может потерпеть. А тебе пора отдыхать.

+1

18

-Сама не знаю... Куплю каталоги и покажу тебе, что приглянулось... - задумчиво тянет Кашмира, блаженно вздыхая в объятиях мужа. Воображение разгонялось так, что остановиться на какой-то конкретной идее было сложно... А правда, президентская команда проектировщиков пережила революцию? Нужно поинтересоваться у Астрид на досуге, вдруг в закромах Капитолия затесался под министрским приглядом кто-то полезный. Пейлор же на правах крёстной теперь тоже при делах. Пожалуй, Кашмира уверена только в том, что хочет сделать детскую в голубом и белом тонах... Подходит для мальчика и навевает ассоциации с небом и облаками. Марк тоже должен оценить. При этом детская должна быть сказочная... Боже, откуда всё это в голове у бывшей профи?

Марк пробует имя на вкус и Кашмира достаточно уже чувствует мужа, чтобы понять, что оно не вызывает у него особого отклика... Вспоминается, как первое время его забавляло имя Диадемы. Первый действительно горазд на оригинальные имена, другой вопрос, что ей, выросшей среди них и не знавшей до Капитолия ничего другого, они таковыми не казались. Но имя ребёнка ведь должно устраивать обоих... Что ж, она надеется, что Марк ещё подумает над Лазуритом, но в одном муж точно прав - решить всё и сразу сейчас не получится, хотя очень охота.

-Не обязательно... Мы всегда можем написать варианты на бумажках, сложить в шапку и дать Голди вытащить, она тоже имеет право поучаствовать - смеётся девушка в ответ. Конечно, сын может пожить без имени даже ближайшие пять месяцев, но как же уже хочется обращаться к нему, как к полноправному члену семьи. К Рождеству так и будет. Возможно, когда малыш начнёт шевелиться - его характер станет более-менее понятен и это тоже повлияет на выбор имени.

-Я не устала - Кашмира отнекивается, желая ещё продлить свой любимый момент дня в руках Марка, под его поцелуями, но голос уже сонный - конечно, она стала быстрее утомляться, несмотря на свой деятельный активный характер. Муж тоже знает, как ею управлять - ничто не умиротворяет лучше ощущения его ладони на животе.

-Только не уходи завтра по-партизански, разбуди меня, ладно? Заодно отнесешь нашей крёстной её откат с успешной миссии - пусть это будет рано, но хочется позавтракать вместе с Марком, поцеловать его перед уходом, а не выспаться всласть, но завтракать с Голди. И она ведь обещала Пейлор кусок от торта - пусть порадуется известию о крестнике. Несмотря на заверения о своей "неусталости", засыпает Кашмира очень скоро, обвив мужа рукой за талию. Судя по рассказам Айдана, после рождения сына такие спокойные ночи будут на вес золота, хотя и в этом, наверное, кроется определённая прелесть.

0

19

Квест завершен.

0


Вы здесь » The Hunger Games: After arena » Архив игровых тем » Boots or bows?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

#pun-title table tbody tr .title-logo-tdr {position: absolute; z-index: 1; left:50px; top:310px }